Развестись и попасть - это я умею. Путь волчицы - Алиса Рудницкая

— В теории доказательства есть, — остановила его я. — И они находятся прямо на месте. Азар, скажите, а можно как-то определить, подсыпали ли тот порошок в вино?

— Да, — кивнул Азар, вставая вслед за мной на ноги. — Я отправлюсь с вами и покажу наглядно. Вам могут не поверить, если вы поедете одна, но как главный жрец луны в столице я имею хоть какой-то вес. Потом, если будет нужно, я подтвержу все что скажу и сделаю под сывороткой правды в сыскном доме. В этой непростой ситуации я — целиком на вашей стороне.

— Это бессмысленно, — покачал головой Лаур. — Наверняка все улики уже убрали. Бокалы помыли и…

— Точно! — чуть не подскочила на месте я. — Бокалы! Лаур, мы так углубились в общую канву того, что случилось, что даже не подумали о том, как враг все это провернул! Как вообще твой отец угадал, какой я бокал возьму?

— К слову, об этом, — сказал Азур, — пусть ваши болячки поджили, но я все еще ощущаю, и очень остро, запах приправленной порошком крови. И не один, а два.

Мы уставились на него ошарашенно. Потом переглянулись.

— Вино ведь с вашей домашней винокурни, — напомнила я. — Так… зачем твоему отцу было запариваться с тем, чтобы отравить всего один стакан? Если состав не имеет ни запаха, ни вкуса, его куда легче было подмешать во все вино на банкете. И опоить сразу всех, оптом.

— Ох, господин Азар, а насколько это вообще опасно? — ошарашенно уставился на старого вампира Лаур.

— Ну, положим, вы кажетесь мне сейчас довольно вкусными из-за вашего сладкого запаха, — сказал он с мягкой улыбкой. — Если бы я не был таким старым, то непременно постарался бы подлизаться к вам, сделать вид, что голоден, и попросить об услуге. Что до молодых вампиров, даже запах ваших болячек вскружил бы им голову, и они могли бы попытаться напасть на вас двоих.

— А значит, не на нас двоих, а на всех, кто остался на приеме, — сказала я. — Твою мать… надо быстрее возвращаться туда и всем все рассказать!

— Я с тобой, — вздохнул Лаур, тоже поднимаясь.

— Нет, — остановила его я.

Лаур посмотрел на меня ошарашенно.

— Ты поедешь в поместье Тир’Фаэлей, ко мне домой, и будешь ждать меня там…

— Что? — возмутился он. — Ты что, издеваешься, Аэ⁈ Да как я могу тебя бросить в такой ситуации⁈

Я посмотрела на него тяжело.

— Как бы ты отца не ненавидел, а ты, Лаур, не сможешь ему противостоять. Либо испугаешься, либо привязанность взыграет. Нет… Я сама разберусь. Надо нанести удар до того, как кто-нибудь обо всем этом узнает и переиначит на свой лад.

Лаур посмотрел на меня зло, но встретился с твердым взглядом. Пошарил вокруг себя глазами, будто ища повод мне возразить. Не нашел… но все равно возразил.

— Я так не могу, — почти простонал он. — Ты права, абсолютно права. Но мне неприятно от того, что я буду отсиживаться в кустах, пока ты, Аэ, будешь решать мои проблемы.

— Неправильно мыслишь, сладкий, — усмехнулась я. — Забыл? Я — женщина Тиар’Мелин, а ты — мой драгоценный партнер. Это я должна тебя защищать. И тебя, и Истара. Вы пострадали, так что это я не могу трусливо спрятаться и ждать, пока все само рассосется. Это покушение на дочь королевской советницы, в конце-то концов! Виновник должен понести наказание.

Я сжала в кулаке стрелы Луны.

'Да и, если все пойдет как надо, — подумала я, — я и престиж Истара подниму. Не к каждому вампиру приходит на помощь местное божество.

— Но все же, — начал было Лаур, но я сделала к нему решительный шаг и сцапала за подбородок.

— Лаурчик, сладкий, — мурлыкнула я с угрозой, понимая, что сейчас вообще не хочу с ним кокетничать, — если ты не прекратишь препираться, я тебя свяжу, в карету закину и прикреплю записку, чтобы стражники заперли тебя опять в темнице, пока я не вернусь. Ты же понимаешь, что это не тот случай, когда надо потрафлять своим хотелкам? Дело твоего отца касается, а не постороннего какого-то злодея, ты там будешь только мешаться. Я сама разберусь. Это не обсуждается. Так что давай, думай, что ты должен сказать?

Лаур обреченно опустил взгляд. Было видно, что мужская гордость вступила в конфликт с благоразумием. Он мучился добрых полминуты, прежде чем благоразумие, к моей радости, все же победило.

— Хорошо, госпожа, — сказал он обиженно. — Я не буду в это лезть.

— Вот и славно, — кивнула я, а потом, наклонившись, поцеловала эльфа в яремную ямку, в только недавно поставленную метку. — Будь паинькой и сиди дома тихо, не высовывайся.

— Что ж, — Азар кивнул на выход. — Идемте. Только держитесь от меня, по возможности, на расстоянии, госпожа Аэлрия. Все же запах от вас, как не крути, исходит очень притягательный.

Он облизнулся, и я страдальчески улыбнулась. Слишком уж сильно этот жест был похож на то, как облизывался Истар.