Свидание с Ангелом Смерти - Екатерина Владимировна Новак

Неизвестно, сколько времени они провели в таком положении, но Саша успела задремать и даже увидеть какой-то неприятный сон. Ее разбудил глухой звук ударов металла о металл. Все трое вскочили и рванули в сторону дверей. Какой-то бездомный снаружи пытался снять амбарный замок, громко стуча по нему. Он уже собирался уйти, но Саша подоспела вовремя.

— Стойте. Подождите! — крикнула она.

Тот от неожиданности поскользнулся на мокром асфальте и чуть не шлепнулся прямо в лужу. Разразился бранью. То, что это нецензурная лексика, Покровская распознала по его интонации.

— Помогите! Нас здесь закрыли!

Джо успела подбежать и включить переводчик. Показалось, что человек понял их. Его ответ был настолько неразборчив, что даже переводчик в телефоне Джо «задумался» и так и не произнес ни слова.

— Что? Что вы сказали? Повторите! — нетерпеливо переспросил Генри, который тоже был уже рядом.

Мужчина перевел на него полупьяный взгляд и попятился. Он кивал и что-то вещал, но переводчик не распознавал его речь. Саша протянула руки к нему через железные стропила и продолжала умолять помочь. Тот снова закивал, а потом развернулся и припустился бежать.

— Нет… нет, пожалуйста, — застонала Покровская.

Когда мужчина скрылся из виду, она в изнеможении обмякла. Генри подхватил ее и поднял на ноги.

— Смысла идти обратно нет. Здесь могут проходить более адекватные люди. Они нам помогут. Ждем, — сказал он.

Прошел еще час. Друзья то присаживались на корточки, то нервно шагали вперед-назад по коридору. Стояла безлунная ночь. На спасительной улице по ту сторону дверей не было никакого освещения. Лишь далеко за домами мерцал свет ночных витрин и редких фонарей. Друзья находились в полном отчаянии. Так себя Саша не чувствовала даже на Кубе в логове сумасшедшего Карла, который выкрал ее и заставлял быть его королевой.

Когда надежды уже не осталось, со стороны дороги вдруг раздался шум автомобиля. К воротам подъехала полицейская «Шкода». Открылась водительская дверца, и оттуда вышел молодой человек в форме. С заднего сиденья практически выполз тот самый бомж.

— Какое счастье! — только и смогла вымолвить Джо.

Полицейский сообразил, что перед ними иностранцы, и заговорил на английском.

— Как вы оказались здесь?

Саша и Джо наперебой рассказали о том, что с ними приключилось. Молодой человек не смог удержаться от смеха, покачал головой и пошел к автомобилю. Бомж все это время брюзжал и что-то ему доказывал.

Тот от него отмахнулся, залез в багажник и достал ножовку. С трудом он умудрился распилить ручку замка, снял его и, наконец, выпустил несчастных заключенных наружу.

Генри пожал ему руку, рассыпаясь в благодарностях. Девушки по очереди обняли его, не переставая говорить «подековани» — «спасибо» на чешском. Единственное слово, которое они знали. Бомж тоже распахнул руки, предлагая обнять и его, но подруги попятились от него. Чтобы разрядить ситуацию, Клиффорд достал из кошелька банкноту в пятьдесят евро и протянул ее спасителю. Тот аж протрезвел от такой удачи, схватил бумажку и пустился наутек.

— Зря вы. Напьется ведь опять, — добродушно отозвался полицейский. — Садитесь в машину, отвезу вас в отель. И от лица Чехии приношу вам извинения за происшествие.

В машине молодой человек рассказал, как их спаситель ворвался в участок, нес что-то про запертых в клетке иностранцев и никак не мог угомониться. Ему сначала не поверили, но решили на всякий случай отправить патруль проверить.

У дверей отеля полицейский снова извинился за своего нерадивого соотечественника и пообещал постараться найти его и наказать парой дней ареста.

Друзья, уставшие, грязные и мокрые, вошли в двери отеля. По счастливой случайности на ресепшн никого не оказалось, и они тихо прошмыгнули в свои номера.

Саша, завернувшись в теплый махровый халат, стояла у окна. Она и Генри успели принять душ, и теперь он разливал по бокалам до сих пор нетронутое приветственное вино от отеля. Джо в это время уже крепко спала у себя в комнате.

— За наше спасение? — улыбнулся Генри и подал ей бокал.

— Мне что-то не хочется. — Саша выставила руку вперед, отказываясь принимать его. Клиффорд пожал плечами и поставил бокал обратно на столик.

— От Сабантини так и не было вестей?

Покровская бросила взгляд на экран телефона. Ни звонка, ни сообщения. Она лишь тяжело покачала головой.

— Мишель точно влипла в какую-то историю и утянет нас за собой, — вздохнула Саша. Надо было взять номер телефона этого милого полицейского. Вдруг он смог бы нам помочь?

— Милого? — переспросил Генри.

Она перенесла взгляд с окна на него. Молодой человек улыбался, и Саша поняла, что он подтрунивает над ней. Клиффорд поставил свой бокал, подошел сзади и обнял, положив подбородок на плечо девушки. Она глубоко вздохнула и прикрыла глаза, наслаждаясь его теплом и близостью.

— Мишель… ах, Мишель…

— Саша, остановись. В первую очередь нам надо выспаться. А завтра все обсудим и придумаем что-нибудь.

— Ты, как всегда, прав.

Покровская еще раз посмотрела в окно. Прямо перед ней на противоположной стене здания висел огромный плакат — реклама Чешского Национального театра, точнее, новой оперы, поставленной на его подмостках. На красном фоне плаката был изображен худощавый человек в развевающемся черном плаще, с капюшоном, полностью скрывающим его лицо. Надпись под ним гласила: «Rande s Andělem Smrti»1.