Свидание с Ангелом Смерти - Екатерина Владимировна Новак
— В последнее время все крутится вокруг этого Ангела Смерти. Поэтому у меня возникла такая вот мысль. Мы можем вечно ходить по отелям и по городу, вглядываясь в лица в надежде однажды увидеть Мишу. Но ведь мы почти уверены, что она заинтересовалась именно этим расследованием. Наркотики, бесовщина, темная магия и так далее. Эти афиши развешены по всему городу. Наша итальянка не могла их не заметить. Что, если она уже была в этом театре? Разговаривала с персоналом? Может, они что-то расскажут нам?
— Саша, это, конечно, хорошая идея. Но теперь, когда мы точно знаем, что она в порядке и с Сабантини… Ты уверена, что вам все еще нужно ее искать? — попыталась вразумить подругу Джо.
Саша снова улыбнулась. Она точно знала, как сделать так, чтобы Джо пошла с ними. Девушка чувствовала, что у младшей Клиффорд, хоть она ничего об этом не говорит, есть проблемы по части отношений с ее ненаглядным Артуром. И ей не столько нужна была ее помощь, сколько хотелось, чтобы подруга развеялась и забылась.
— Скажи мне, — начала Саша, — ну неужели тебе самой не интересно заняться этим расследованием? Да, Мишель не с нами. Но что, если мы разберемся с делом раньше нее? Она наверняка там себе думает, что все может сделать сама. А мы возьмем и докажем ей: это мы можем, а она без нас нет!
Джо после этих слов села в кресле прямо. Лицо ее преобразилось, и она тотчас полезла в телефон. Саша поняла — капкан сработал, и подруга ищет билеты на ближайший сеанс. Генри таким подходом явно был недоволен. Но Покровская, пользуясь тем, что младшая Клиффорд отвлеклась, молча приложила указательный палец к губам — мол, ничего не говори, это единственное, чем ее можно захватить, — и улыбнулась. Генри понял ее и кивнул в ответ.
Монументальное здание Национального театра расположилось на набережной реки Влтавы. Заново отстроенное в 1983 году после пожара, оно полностью соблюдало все каноны архитектуры старой Праги. Железная конструкция по периметру крыши купола отдавала золотым блеском и в ночной подсветке казалась грандиозной короной, словно театр был венчан на царство. Бронзовые статуи, установленные на фасаде, придавали зданию еще больше величия и торжественности. По краям на подиумах аттика обосновались особенно впечатляющие статуи Свободы, управляющие упряжками норовистых лошадей. Они словно были готовы вот-вот сорваться с крыши и лететь по небу, благословляя на процветание жителей города и всю Чехию целиком.
Туристы то и дело бросали взоры на театр и восхищенно вздыхали, поклоняясь силе его архитектуры. И только одна девушка бежала по каменной мостовой, стуча металлическими каблуками своих модных дорогих полусапожек, и ничуть не впечатлялась многовековым строением. Она торопилась попасть в театр до того, как начнется представление.
Мишель давно знала, что деньги решают все, и поэтому заранее оплатила режиссеру оперы встречу с главным актером, игравшим роль Ангела Смерти. Невысокий, совсем еще молодой мужчина, одетый по последней моде, встретил Ринальди в фойе здания, она кивнула ему и, не обращая внимания на внутреннее убранство театра, быстро засеменила туда, куда указал режиссер.
Молча прошли длинными коридорами за сцену и очутились в большой гримерной, где к спектаклю готовились статисты.
— Леош у себя? — спросил режиссер одного из труппы.
— Куда б ему деться? — послышался ответ.
Мужчина кивнул и направился прямиком к одной из дверей, ведущих в индивидуальные гримерки прим театра.
Небольшое помещение, которое открылось взгляду Мишель, пахло каким-то особенным запахом и наполняло душу неизведанным ей до этого чувством. Девушка даже остановилась, пытаясь понять его. Находиться внутри комнаты, где творилось волшебство превращения обычного человека в персонажа, оказалось таким упоительным, что она, довольно черствая по отношению к подобным местам, сейчас ощутила всю прелесть таинственности закулисья старого театра.
В комнате стояло высокое зеркало в обрамлении деревянной, выкрашенной в золото, рамы. На столе перед ним были разложены гели, лаки для волос, кремы, спреи, кисти для макияжа, ножницы и множество других мелочей. Небольшой шкаф с прозрачными дверцами был полностью заполнен гримом, коробочками, накладными усами, бородами и бижутерией. На бронзовых вешалках висели парики разных размеров и цветов. А у стен стояли, дожидаясь своей участи, старые атрибуты для украшения сцены.
Леош сидел перед зеркалом и собственноручно наносил на лицо грим. Он не сразу заметил, что в комнату вошли. Режиссер аккуратно шаркнул туфлей по полу, чтобы привлечь к себе внимание, актер вздрогнул и обернулся.
— Это та самая леди, что хотела с тобой поговорить, — оповестил режиссер, и Леош заметно скуксился.
— Некогда мне болтать, — раздраженно бросил он.
— Я вас надолго не задержу, — с некоторым благоговением, которого от себя не ожидала, ответила Мишель.
Актер состроил кислую мину, но коротко кивнул. Режиссер понял, что все на мази, и поспешил выйти из комнаты.
— Вы журналист?
— Скорее, частный детектив.
— И чем же, позвольте спросить, моя персона заинтересовала частного детектива?
Леош отвернулся от Мишель, взял со стола черный парик и нахлобучил его себе на голову. Поправил, одобрительно посмотрел на себя в зеркало и снова обратил взгляд на итальянку.
— В последнее время в Праге происходит очень много самоубийств, и часто упоминается некий Ангел Смерти.
Леош вздрогнул и помрачнел.
— Также ваш режиссер упомянул, что вы в свое время… э-э-э… так сказать употребляли… э-э-э… запрещенные препараты. Если честно, сама не знаю, почему решила обратиться к вам, но вы играете Ангела Смерти. Я подумала, может, вы знаете о своем персонаже чуть больше, чем другие.
— Употреблял и действительно одно время находился на грани самоубийства, — честно признался Леош. — Но не понимаю, как все это связано.
— Скажите… вы никогда не видели настоящего Ангела Смерти?
Леош снова вздрогнул.
— Странный вы какой-то детектив. Я думал, начнете расспрашивать про поставщиков… а вы… Впрочем, это даже лучше. Присядьте-ка.
Актер указал жестом на стул, стоявший в углу комнаты, Мишель взяла его, поставила рядом с Леошем, села и в упор уставилась на него.
— Вы можете доверять мне. Я склонна верить в сверхъестественное.
— Ну что ж… тогда… Да, я его видел. Как и