Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке
— Я представляю это так, — сказала она. — Мистер Стоун сидел в кресле, немного наклонившись вперед, поэтому затылок оказался открыт. Его внимание было сосредоточено на предмете на столе. Убийца стоял над ним, взял бронзовую статуэтку и ударил. Но первый удар не убил Стоуна мгновенно. — Теперь картина вставала у нее перед глазами. — Мистер Стоун попытался подняться. Удар наверняка его оглушил. Возможно, он уперся руками в подлокотники, чтобы встать, и тогда убийца ударил снова. От второго удара Стоун рухнул набок на пол. Держась за кресло, он опрокинул его. После этого убийца продолжил наносить удары. — Кендра представила адреналин, хлынувший в кровь преступника, обычный при сильнейшем стрессе. — Возможно, ему понадобилось какое-то время, чтобы вообще понять: мистер Стоун уже мертв.
— Черт побери, — прошептал Фредди и перекрестился.
— Потом убийца бросил статуэтку. — Кендра старалась не думать об отпечатках пальцев преступника, которые, скорее всего, все еще оставались на орудии убийства. Получить их она никак не могла. А даже если бы могла, здесь не было базы данных и возможности снять отпечатки у подозреваемых. — Затем он забрал то, что лежало на столе, и ушел.
Она повернулась к мужчинам. — Каким был мистер Стоун?
Фредди ответил первым: — Настоящим ублюдком, вот каким. — Его взгляд упал на тело, лицо исказилось от отвращения. — Но такого я ему не желал. Нет. Это неправильно.
— Нужно известить графа, — мрачно сказал Джеймсон. — И о нападении на фабрику, и об убийстве мистера Стоуна.
— Я пошлю сообщение в Фалкон-Корт, — сказал Мэтьюз, который, оказывается, снова незаметно вошел в комнату. Он по-прежнему был мертвенно-бледен и покрыт потом, но Кендра мысленно поставила ему плюс за то, что вернулся. — Однако сегодня вечером незачем тревожить покой его светлости. Мистеру Стоуну все равно уже ничем не помочь.
Кендра почти забыла о мальчишке, пока Эндрю не вставил: — Да, его светлость страшно расстроится, что его новые дорогие станки разбиты.
Она подняла брови. — Сильнее, чем из-за известия, что его служащего убили?
— Станки дорогие, — пожал худыми плечами мальчик.
Жизнь в 1815 году стоила дешево, знала Кендра. Хотя чувствовать превосходство над людьми девятнадцатого века она не могла. Ей довелось расследовать слишком много бессмысленных убийств и читать слишком много историй о компаниях, которые ради прибыли сознательно рисковали человеческими жизнями. Если смотреть на историю назад или вперед, печальная правда оставалась одной: человеческая жизнь никогда не ценилась слишком высоко.
Все повернулись на звук шагов в коридоре. Через секунду в комнату стремительно вошел пожилой мужчина с кожаной сумкой, потрескавшейся и выцветшей от времени. Под треуголкой виднелось длинное обвисшее лицо, придававшее ему вечное брюзгливое выражение. Брови нависали над глазами пушистыми козырьками, но Кендра заметила под ними голубой блеск радужек. На мужчине было пальто с несколькими пелеринами поверх коричневого шерстяного сюртука. Бриджи мешковатые, сапоги потертые, галстук завязан небрежно. За ним вошел молодой человек в шерстяном пальто, шляпе и шарфе, неся фонарь.
— Доктор Пул, спасибо, что пришли, — приветствовал его Мэтьюз.
— Это не светский прием, Оливер, — огрызнулся доктор. Он цокнул языком и продолжил идти, пока носки сапог не уперлись в стол. — Я видел, что эти проклятые вандалы натворили внизу. — Он остановился и посмотрел на мертвеца. — Похоже, и здесь ущерб немалый.
Доктор Пул вдруг резко повернулся к Кендре. — А вы кто, мадам?
— Это мисс Донован, — представил ее Мэтьюз. Он промокнул скомканным платком капли пота над верхней губой. — А этот джентльмен — герцог Элдриджский, опекун мисс Донован.
Пушистые брови Пула едва заметно поднялись. — Пожалуй, это все-таки светский прием, — пробормотал он и коротко поклонился герцогу. — Видимо, я лишился рассудка, но что делают герцог и дама в таком месте?
— Вот и я хотел бы знать, — буркнул констебль.
— Мы были в гостинице и услышали о мистере Стоуне. Я хотел сам оценить положение, — осторожно ответил герцог, чем вызвал удивленный взгляд врача.
— Любопытство?
— Правосудие, — сказал Элдридж.
Доктор несколько секунд молчал, осмысливая ответ. — Том сказал, что мистера Стоуна убили луддиты.
— Улики говорят об обратном, — ответила Кендра, качая головой. — Думаю, к моменту прихода луддитов мистер Стоун уже был мертв. Доктор Пул, можете определить, действительно ли статуэтка — орудие убийства?
Пул озадаченно посмотрел на нее, потом поставил сумку на пол и подошел к столу. Взял бронзового льва, изучил засохшую на основании кровь, бросил взгляд на мертвеца и поставил статуэтку обратно.
— Да. Думаю, это она.
— Хорошо, что вы провели столь детальный анализ, — сухо заметила Кендра.
А чего она ожидала? Внезапно Кендре ужасно захотелось вызвать доктора Манро — лондонского анатома, с которым ей уже дважды доводилось иметь дело. При первой встрече она не ожидала многого от врача девятнадцатого века, но быстро поняла, что Манро очень умен и исключительно педантичен в работе. Даже если бронзовая статуэтка явно была орудием убийства, он никогда не стал бы считать это доказанным, не сопоставив основание с раной. Похоже, профессионализма доктора Манро в Ист-Динглфорде ожидать не приходилось.
Пул снова повернулся к телу. — Детальный анализ, говорите? Стоуна, похоже, ударили чем-то твердым и тяжелым. — Он повернулся, снова поднял бронзовую фигуру. — Статуэтка твердая и тяжелая. А вот это видите? Кровь. Какие еще доказательства вам нужны, мисс Донован?
Кендра шумно выдохнула, чувствуя себя глупо из-за желания применить процедуры двадцать первого века. Нужно было отпустить это. Она ведь не готовила дело для суда и не обязана была свято хранить цепочку сохранности доказательств. Насколько она знала, здесь вообще существовали две судебные системы: одна для простолюдинов, другая для аристократии.
— А что можете сказать о мистере Стоуне? — спросила она Пула. — Можно приблизительно определить время смерти?
— Вы, случайно,