Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке
– Добро пожаловать! Следуйте за мной!
Своими светлыми коридорами и видом на уютные внутренние дворики отделение поначалу напоминает обычный современный образовательный центр для проведения различных курсов и семинаров. Но затем посетитель начинает замечать, что часть интерьера, как на судне, намертво прикручена к полу или стенам. На всем пути вглубь здания их сопровождает звяканье ключей, отпирающих и запирающих двери очередных отсеков, как и в обычной тюрьме, отделяющих один коридор от другого. На диванах в уголках отдыха и у столов для настольного тенниса встречаются пациенты – это бородатые мужчины, большинство из них в шлепанцах, некоторые явно напичканы лекарствами. Глаза у встреченных по дороге Тули́н пациентов весьма печальны, и похожи они на обитателей дома для престарелых. Тем не менее некоторых из них Найя помнит по фотографиям в прессе, хотя, конечно, они стали старше и лица у них теперь какие-то мертвые. К тому же она знает, что на их совести несколько человеческих жизней.
– Вы совсем не вовремя. Не понимаю, почему нельзя было предупредить меня заранее.
Главный врач спецотделения Вайланд явно не в восторге от их появления. И хотя Хесс объяснил его заместителю цель их визита по телефону, ему приходится начать все с начала:
– Прошу прощения, но нам необходимо побеседовать с ним.
– В состоянии здоровья Линуса Беккера наблюдается прогресс. Но с ним нельзя говорить на темы смерти и насилия, потому что это может нарушить его душевный покой и затормозить положительную динамику. Линус Беккер и так относится к пациентам, которым запрещается ознакомление с материалами СМИ в любом виде, за исключением часовой телеперадачи о природе раз в день.
– Мы зададим ему вопросы лишь о тех вещах, о которых он уже рассказывал ранее. Нам просто необходимо побеседовать с ним. Если вы не разрешите сделать это сейчас, я все равно добьюсь разрешения судьи, но для этого потребуется время, что может стоить кому-то жизни.
Тули́н отмечает, что главврач не был готов к такому повороту. Он явно не желает терять лицо, но, помедлив, все же смягчает тон:
– Подождите здесь. Если он не откажется, то всё в порядке, но понуждать я его не стану.
Вскоре главврач возвращается и кивком головы дает понять Хессу, что Линус Беккер дает согласие на встречу, и исчезает. Хансен провожает его коротким взглядом и начинает инструктаж о мерах безопасности:
– Недопустимо вступать с пациентом в физический контакт. Если появится хотя бы намек на проявление эмоций со стороны Беккера, необходимо дернуть тревожный шнурок в комнате для свиданий. Если вдруг – не дай бог, конечно, – что-то случится, мы будем наготове прямо за дверью. Понятно?
85
Комната для свиданий величиной примерно пять на три метра. В окно из толстого бронированного стекла, что объясняет отсутствие на нем решетки, видны внутренний дворик, весь в зелени, и шестиметровая стена на заднем плане. Четыре стула из твердого пластика стоят ровно посередине у каждой стороны небольшого прямоугольного стола, и такая точность объясняется тем, что все эти пять предметов мебели намертво прикручены к полу. Когда Тули́н и Хесса вводят в помещение, Линус Беккер уже сидит за столом.
К их удивлению, он весьма мал ростом – пожалуй, не выше метра шестидесяти пяти, – молод и почти напрочь лишен волос. Лицо у него детское, но тело сильное, мускулистое. Он слегка смахивает на гимнаста – впрочем, может, еще и потому, что на нем синие спортивные брюки и белая футболка.
– Можно я сяду у окна? Я больше всего люблю сидеть у окна. – Беккер поднимается с места и, словно боящийся вызова к доске школьник, робко взирает на вошедших.
– Конечно. Вы сами вольны решать. – Хесс представляет себя и Тули́н, и она замечает, что тон он выбрал доброжелательный и доверительный, а заканчивая фразу, даже поблагодарил Беккера за то, что тот согласился уделить им время.
– Ну времени-то у меня теперь куры не клюют. – Линус говорит это без всякой иронии и улыбки. Просто констатирует факт и смотрит на них неуверенным взглядом. Найя садится на стул напротив молодого человека, и Хесс начинает объяснять, что они нуждаются в его помощи.
– Но я не знаю, где захоронил тело. Мне ужасно жаль, но я и вправду не помню ничего, кроме того, что уже рассказал.
– Не думайте об этом. Речь пойдет о другом.
– А вы занимались этим делом тогда? Я вас не помню.
Линус Беккер, похоже, слегка испуган. Он часто моргает своими невинными глазами. Сидит, выпрямившись на стуле, и сосредоточенно обрывает заусеницы на красных неухоженных пальцах.
– Нет, не занимались.
Хесс рассказывает легенду, которую согласовали они с Тули́н. Он показывает свой европольский жетон и объясняет, что вообще-то работает в Гааге с профилями правонарушителей. Выявляет характерные черты личности и поведения преступников – таких, как, к примеру, Линус Беккер. Подобные профили могут помочь в раскрытии однотипных преступлений. А сейчас Хесс находится в Дании и помогает своим датским коллегам, в том числе и Тули́н, создать подобный отдел. Они беседуют с некоторыми заключенными об их переживаниях в период, предшествовавший совершению преступления, и очень надеются, что Линус Беккер не откажет им в короткой беседе.
– Но ведь меня не предупредили о вашем приходе.
– Верно, произошла ошибка. Вам должны были сообщить о нашем приходе, чтобы вы могли подготовиться, но, к сожалению, случилось недоразумение.