"Зарубежный детектив 2026-30". Компиляция. Книги 1-12 - Сара Парецки

– Выпьем чего-нибудь? – с надеждой предложила я, но Элеонор была непреклонна: рабочая неделя еще не кончилась.

Так как автобус только что ушел, мы могли провести на остановке как минимум минут пятнадцать. Это, конечно, малоподходящее место для допроса, но все же лучше, чем ничего. Мы разговорились о том, как тяжело работать полный день, а на самом деле и сверхурочно, и при этом оставаться в форме, ведь, несомненно, в здоровом теле – здоровый дух, но зимой так трудно поддерживать себя, не то что летом, когда можно прогуляться по берегу озера.

– Элеонор, как вы находите время для всего остального? Например, для общественной деятельности?

У нее не хватает времени на общественную работу, призналась Элеонор смущенно.

– Мы, женщины, всегда думаем, что выполнение серьезной работы в течение всего дня еще не достаточное оправдание нашего существования. Если у нас нет домашних дел на еще один полный рабочий день, мы стесняемся собственной лени.

– Но вы ведь состоите и в других правлениях? Я слышала, что вы играете важную роль в «Сенчури бэнк». Кстати, как у них идут дела? Мне кажется, жилые районы – не самое лучшее вложение средств.

– О да, это печальный случай. Об этой истории растрезвонила одна газета, которой они непредусмотрительно отказали в содружестве. Я не знаю, сможем ли мы вообще спасти их.

– Так вот почему вы отказали проекту «Ламия»! Все необходимые документы уже были подписаны. Я полагаю, эти женщины были застигнуты врасплох, когда получили отказ.

Элеонор напряглась и отодвинулась от меня.

– Откуда вы это знаете?

– Оттуда же, откуда и вы узнаете все – от друзей. А что, разве это такой большой секрет? – Я старалась говорить как можно непринужденнее.

– Секрет? О нет. – Элеонор пристально посмотрела на улицу. – Где же этот проклятый автобус? Наверное, будет быстрее, если я дойду пешком до Уокер и возьму такси: в это время можно долго прождать автобус в этой части города. Рада была повидать вас, Вик.

Буквально через минуту или две после того, как она исчезла за мостом, двадцатый номер подкатил к остановке. На углу Уокер и Вашингтон я увидела, что Элеонор зашла в подъезд оперного театра и разговаривала по мобильному телефону. Она не нанимала такси. Может, вдруг вспомнила, что у ее матери сегодня день рождения, но почему-то я так не подумала.

Я доехала на автобусе до Мичиган-авеню и спустилась в подземный гараж за своим автомобилем. Если когда-нибудь у меня откроется второе финансовое дыхание, я вдохну его в собственный мобильный телефон. Это должно быть дешевле и проще, чем моя теперешняя система связи: в постоянной спешке добраться до телефона я выжимаю скорость в семьдесят при разрешенных сорока пяти на магистрали северного побережья озера. Мне повезло, сегодня я встретила патрульного полицейского, который когда-то знал моего отца. Но время идет, и большинство таких людей уже на пенсии. Только в семь тридцать я добралась до телефона в своей гостиной и позвонила Камилле.

– Привет, девочка, я слышала, ты разыскивала меня, – сказала она. – Забавно, я тоже хочу с тобой поговорить. Ты помнишь, мы собрались во вторник в офисе у Фиби, чтобы поговорить об отказе, который получили на наш запрос о разрешении и финансировании строительства? Так вот, сегодня мы все получили – я бы не сказала, что это было чудо, больше похоже на отсрочку. Кроме того, не все наши сотрудницы согласны с этим.

– Я слышала, «Хоум фри» может предложить вам работу на некоторых из своих объектов. Это реально?

– Выделенный нам объект похож на карточный домик. А тебе хотелось бы узнать, есть ли у нас железные гарантии? Я не знаю. Думаю, мы все-таки получим работу по реконструкции двенадцатиэтажного дома вблизи пересечения Лоуренс и Калифорнии. Мы сегодня ездили смотреть. По правде говоря, реконструкция ожидается небольшая. Электричество и водопровод там ни к черту не годятся, но этим занимаются их собственные подрядчики.

Из стопки бумаг у телефона я вытащила схему улиц Чикаго и нашла это место.

– Это почти на целую милю южнее того, что вы планировали вначале, – прямо в центре торговли запрещенными товарами. И вы согласились?

– Ха, примерно то же сказала об этом Фиби: мы должны получить письменное разрешение. Тогда мы сможем просунуть ногу в дверь, посмотрим, что мы сможем сделать, и, возможно, начнем закладывать основы нашего капитала.

– А что сестры, которые тебя не поддерживают?

– Им хочется иметь место, где можно начать строить с нуля. Но у нас есть квалифицированный специалист-электрик, так что стыдно отказываться. Стать электриком для женщины труднее, чем приобрести любую другую специальность, кроме водопроводчика, конечно. Этот договор серьезный, хотя в таких делах ручаться никогда нельзя.

Я сложила карту и постаралась перейти к главному для меня вопросу.

– Кто нажимает тайные пружины?

– Думаю, «Сенчури бэнк». Джаспер Геккомб – он глава «Хоум фри» – один из их внешних директоров; они обратились к нему с просьбой сделать для нас доброе дело, поскольку сами должны были отказаться.

– Э, Зу-Зу, я чувствую, здесь что-то неладно.

Камилла рассмеялась:

– Фиби права, Вик, ты слишком долго была детективом. Зачем что-то вынюхивать?

– А разве не для этого вы нанимали меня? Мужики и пальцем не пошевелят ради женщин-работниц.

Камилла горячо защищала своего банкира, по-настоящему хорошего человека, у которого просто была полоса неудач, поэтому провалилось финансирование. Возможно, он получал деньги в каких-то сделках с Джаспером Гекком-бом. Почему я не могу допустить, что человек раз в жизни совершает хороший поступок без того, чтобы его подталкивали указкой.

Действительно, «почему», должна была я спросить себя. Особенно теперь, когда Камилла и Фиби сами отстраняют меня от расследования проекта «Ламия». Однако почему-то вместо удовлетворения, что отделалась от нежелательной работы, я почувствовала гнев. Передо мной жонглировали ярко окрашенными яйцами, чтобы я не обратила внимания на жонглера.

Я начала рассказывать Камилле о моей странной встрече с Элеонор Гузаяк, но, почувствовав настроение Камиллы, прикусила язык. Ее можно понять: женщинам-работницам трудно получить фонды. Строительство жилья в Чикаго находилось в таком же застое, как и во всей стране. По крайней мере, предоставляемая им работа займет на несколько месяцев большинство членов «Ламии».

– Теперь послушай, Вик, – нарушила молчание Камилла, – мне бы хотелось, чтобы ты правильно поняла нас. Мы с Фиби пришли к выводу, что не хотим продолжения твоего расследования. Возможно, кто-то и обделывает свои делишки за кулисами. Почему бы нам не принять его? Почему нашим женщинам после всех этих лет не получить свой кусок пирога? Но если эти ребята почувствуют, что ты рыщешь вокруг, они откажут