"Зарубежный детектив 2026-30". Компиляция. Книги 1-12 - Сара Парецки

- Но ты сказала, что тебе не нравится находиться здесь одной.

Софи откинулась назад и наградила его испытующим взглядом.

- Это допрос, детектив?

- Нет. Хотя с какой точки зрения посмотреть. Но ты сделаешь мне приятное, если назовешь этот вопрос простым любопытством. Это звучит менее официально.

- Ладно. Я жила с мамой до четырех лет, но потом ей со мной надоело возиться, и она отправила меня к дяде Гарри. У него я впервые получила настоящий дом.

- И это еще одна причина ненавидеть свою мать.

В голосе Софи появился лед.

- О, нет. У меня есть более веские причины ненавидеть свою мать. – Она смотрела на экран телевизора невидящим взглядом. – Еще целый год Анна разъезжала по гастролям, но когда она была дома, я проводила с ней время в Питтсбурге. Когда она отсутствовала, я жила у Гарри. Но когда я пошла в детский сад, бабушка продала дом в Питтсбурге и переехала в этот, чтобы мне не приходилось кататься туда-сюда.

Образ маленькой Софи, которую пихали из рук в руки, причинял ему боль.

- И Фрейя тебя тоже не хотела? – спросил Вито.

Софи подняла на него глаза:

- По-видимому, от тебя ничего не ускользает. Фрейя ненавидела Лену. Ей было тяжело держать меня у себя.

«Какая эгоистка» - подумал Вито, но вслух не произнес.

- А что было с твоим отцом? С Алексом?

- Алекс долгое время ничего обо мне не знал.

- Анна ему не сказала?

- Меньше, чем за год до моего рождения, она рассталась с ним, но, по словам Мориса, все еще тосковала от любви. С другой стороны, дядя Гарри говорил, что она ужасно боялась, что отец заберет меня.

- А когда ты с ним познакомилась?

- Я постоянно задавала вопросы, но никто не хотел рассказывать о моем отце, поэтому однажды я села в автобус, поехала в соответствующее учреждение и спросила о моем свидетельстве о рождении.

- Очень толково. И тебе его дали посмотреть?

- Принимая во внимание, что мне было всего семь лет, то нет.

Вито уставился на нее.

- Ты в семь лет ездила одна на автобусе?

- Я обменяла в киоске четыре пустые бутылки на шоколадный батончик и «Beef Jerky», - бесцветным голосом произнесла она. – Как бы там ни было, сотрудница этого учреждения расспросила меня о моих ближайших родственниках, и, как по мановению волшебной палочки, появился страшно обеспокоенный дядя Гарри. Он сказал бабушке, что я имею право знать, но та заявила, что это будет только через ее труп. И дядя Гарри замолк. Я уже подумала, что с этой темой покончено. И начала строить новый план, чтобы добыть свое свидетельство о рождении. Но однажды в школу пришел Гарри с паспортами и двумя билетами в Париж.

- И он просто взял и потащил тебя во Францию?

- Да. Он оставил Фрейе письмо, чтобы та передала его бабушке. Но мне кажется, что после нашего возвращения дядя Гарри долго спал на диване в гостиной. Полагаю, что он до сих пор там спит.

- А что случилось во Франции?

- Такси высадило нас перед дверью, не менее пяти метров в высоту. Я помню, что крепко вцепилась в руку Гарри. Мне очень хотелось познакомиться с отцом, но я вдруг ужасно испугалась. И Гарри тоже. Он боялся, что Алекс не захочет видеть меня или, того хуже, оставит во Франции. Но тогда это больше походило на визит вежливости, в конце которого прозвучало приглашение вернуться следующим летом.

- И? Ты поехала?

- О, да. На имя бабушки пришло приглашение от семейного адвоката Арно. На самом деле, это была завуалированная угроза, что Алекс заявит о своих правах на опеку, если бабушка меня не отпустит. Поэтому я провела лето во Франции в великолепном доме с учителем и поваром. Повар познакомил меня с искусством французской кухни. А учитель обучал

французскому, но я так быстро выучила его, что мы перешли на немецкий, а потом на латынь.

- И так пробудился талант к языкам, - сказал Вито, и Софи улыбнулась.

- Да. Жизнь с Алексом немного походила на сказку. Иногда он брал меня с собой к своим друзьям-актерам. А когда мне было восемь, они снимали фильм в развалинах замка, и мне разрешили присутствовать на съемках. – Ее лицо просияло от воспоминаний.

- И тогда родился археолог.

- Вероятно. Алекс много помогал мне в этом, знакомил с нужными людьми и использовал свои связи.

 - А он тебя любил?

Восторг Софи немного померк, а его сердце судорожно сжалось.

- По-своему да. И я тоже его полюбила, но не так, как дядю Гарри. Гарри – мой настоящий отец. – Она сглотнула. – Не знаю, говорила ли я ему когда-нибудь об этом раньше.

Вито хотел спросить, каким образом сюда вклинилась Кэтрин, но передумал. Не стоит напоминать ей о конфликте. Кроме того, его очень интересовало, почему она так ненавидела свою мать. Ему даже думать не хотелось о том, какую информацию о нем затребует Софи, если расскажет свою историю.

Поэтому он уставился в угол комнаты, где в беспорядке лежали компакт-диски и виниловые пластинки. Раньше их там не было.

- Хочешь, сходить на блошиный рынок?

Софи наморщила лоб:

- Нет. После того, как я увидела тебя вместе с Анной, мне пришла в голову мысль, что она, возможно, захочет послушать свои любимые произведения. У нее большая коллекция пластинок. И очень ценная. Но я не смогла найти нужное. И записи с концертов Анны тоже не нашла.

- Может, их взяли дядя или тетя?

- Может быть. Но прежде чем начинать волноваться, надо спросить у них. Я бы с удовольствием принесла Анне что-нибудь послушать. В конце концов, еще есть eBay.

Вито подумал о своей собственной коллекции пластинок, которую унаследовал от деда. Кажется, у него были записи Анны Шуберт, но он не хотел обнадеживать Софи, пока не посмотрит. Поэтому он промолчал.

Софи встала:

- Я принесу еще какао. Хочешь?

- С удовольствием.

Она остановилась в дверях:

- Я знаю, Вито, о чем ты еще хочешь спросить меня. И, о чем я хочу спросить тебя. Но сейчас давай оставим все, как есть. – Не дожидаясь ответа, Софи