Зарубежный детектив 2026-25. Книги 1-10 - Йорген Брекке
Это оказывает моментальный эффект. Женщина сворачивается в клубок. Я сам уже не понимаю, что творю, но продолжаю думать о Дженни. И ей больно.
– Тогда помалкивай, если тебе так больше нравится.
Дженни больно.
Я снова заношу над головой молоток. Лампа, фотография в рамке, телефон – все это разлетается на куски по всей комнате.
Дженни больно.
Я размахиваюсь и ударяю по кровати, а затем переползаю на другую сторону и крушу прикроватную тумбочку. Затем бросаюсь к шкафу напротив.
Дженни больно.
– Посмотрим, – говорю я, – не спрятаны ли здесь вещи Дженни? Что скажешь, не спрятаны? – Я ударяю по дверцам шкафа. Деревянные двери разлетаются в щепки. Я отбрасываю в сторону искореженные куски дверей и начинаю рыться в шкафу.
– Пожалуйста, – слышу я ее прерывающийся от рыданий голос. – Пожалуйста, нет.
Дженни больно.
Я вытаскиваю из шкафа всю одежду и бросаю на кровать.
– Это вещи Дженни? – Она молчит. – Может, это? Я вытаскиваю последнюю вещь – платье. Я вытягиваю это платье из кучи вещей, и пластмассовая вешалка, на которой оно висело, разламывается и падает на пол.
Дженни больно.
– Нравится? – спрашиваю я, поднимая платье. И начинаю рвать его. Затем подхватываю другие вещи, которые швырнул на кровать и на пол, и тоже принимаюсь разрывать их в клочья. Ее рыдания делаются еще громче. Слово «пожалуйста» слетает с ее губ в промежутках между дрожащими вздохами.
Дженни больно.
– Расскажи мне все, и я перестану. – Я продолжаю терзать вещи. – Расскажи, и я перестану!
– Нет! – завывает она и вдруг вскакивает и бросается ко мне. Она хватает меня за шею. Ее ногти впиваются в мою кожу, и я вздрагиваю от боли. Она продолжает наступать и принимается молотить меня кулаками, нанося удар за ударом. Я оглядываю комнату, не видя другого выхода, как снова взяться за молоток. Один удар, и она тут же выключится.
Но так я могу убить ее. Нет, этого нельзя допустить. Я должен сохранять самообладание. Одежда, я могу воспользоваться одеждой. Угомонить ее.
Я набрасываю ей на шею свитер, который оказывается у меня в руках. И сдавливаю ее шею.
– Скажи мне, – снова повторяю я. – Скажи мне. – Я почти умоляю ее. – Не заставляй меня делать это. – Силы покидают ее. Она больше не бьет меня и заваливается на пол. Я не отпускаю ее. – Скажи мне, – говорю я в последний раз, чуть не плача. В моих глазах застыли слезы. Я весь в поту.
Продолжая душить ее, я поднимаю глаза к потолку. В это мгновение мне кажется, будто я смотрю на себя сверху. С этого угла мне все очень хорошо видно: я душу женщину, жизнь начинает покидать ее. Я держусь из последних сил. И в этот момент, ясно видя со стороны, что делаю с ней, я вдруг понимаю, что поступаю неправильно. Я просто не могу убить ее.
Я останавливаюсь. Я не могу этого сделать. Я отпускаю ее, хватаю молоток и швыряю в окно. Стекло трескается, но не разбивается.
Несколько мгновений я смотрю, как она лежит без движения на полу, а затем выскакиваю из комнаты и, спотыкаясь, сбегаю вниз по лестнице. Я распахиваю входную дверь и выскакиваю на улицу, даже не подумав закрыть ее за собой. Через тридцать секунд я уже в машине и стремительно мчусь прочь.
Глава 25
Прошло немного времени, прежде чем сержант уголовной полиции Нельсен услышала о сумасшедшем, терроризирующем супружескую пару по фамилии Вон, который перевернул вверх дном их дом и напал на миссис Вон. Она моментально поняла, о каком сумасшедшем идет речь.
– Нельсен, – раздался в трубке громоподобный голос. Ему не надо было больше ничего говорить, но он все-таки представился: – Это суперинтендент Морган. Опять у нас эти китайцы, о которых вы говорили. Выясните, что, черт возьми, там стряслось. На женщину напали. Прямо у нее дома.
У Нельсен по спине побежали мурашки.
– Когда? Кто?
– Похоже, ваш одинокий друг не мог дождаться, когда вы выполните свою домашнюю работу.
– Вот черт! – В ее голосе прозвучало удивление, хотя ей казалось, удивить ее уже невозможно. Он перешел все границы, и теперь его необходимо было остановить.
– Этот чертов Джон Симмонс. Похоже, ваш новый приятель может оказаться опасным. – Голос Моргана звучал самодовольно, однако в нем явно чувствовались нотки с трудом сдерживаемой ярости. Он говорил медленно. – Поговорите с ними, найдите Симмонса и притащите его сюда. В их доме полно полицейских, но вы пойдете туда и будете за главную. Вам понятно?
– Да, сэр.
– Угомоните этого паршивого Симмонса раз и навсегда.
– Мне нужен ордер на обыск в его доме.
– Ордер уже готов. Через два часа он будет у вас в кармане. Вам позвонят. И еще. Нельсен, если вы снова поверите этому психу, снова собьетесь с правильного пути и все испортите, я вас уволю, слышите?
Эта угроза была вполне реальна. Он повесил трубку, не дав ей ответить.
Нельсен швырнула трубку.
– Черт.
Она взяла свой значок и быстро подхватила сумку, висевшую на спинке стула. Накинув на плечи пальто, Нельсен вышла из кабинета, прошла по коридору детективов, мимо кабинета Моргана, заметив, как он поднял голову и проводил ее глазами. Она спустилась по лестнице, вышла из дверей, миновала вестибюль, где впервые увидела Джона Симмонса, вышла из участка и села в машину. Путешествие не будет слишком долгим, в этом она не сомневалась.
Как и Кейт Нельсен, Сэм Кук не сомкнул глаз прошлой ночью. Они вместе с Нельсен закончили допрашивать Рода Тейлора, и