Чудовище тайного острова - Екатерина Владимировна Новак
Мишель села на кровать и, опустив голову, начала рассказ.
— Я и правда хотела немного повеселиться. Что за отдых — просто пляж? Еще до того, как мы договорились с тобой и Павлом, я перебрала все возможные страны и экскурсионные поездки. И тут увидела это. Объявление в Интернете гласило: «Хочешь испытать себя? Понять, кто ты есть на самом деле, когда ситуация выходит из-под контроля? Тогда ты должен посетить незабываемый Тайный остров и подвергнуть себя проверке в игре «Карибский король»! Только так ты найдешь свое настоящее «я»»!
— И ты, конечно, решила, что все мы просто мечтаем узнать себя? Ты не подумала, что нам, в отличие от тебя, давно известно, кто мы?!
— Стой, я не договорила. Естественно, я заинтересовалась! Но на сайте было так мало данных! Все в строжайшем секрете. Не известно ничего, кроме того, что участники подвергнутся тяжелым и жестоким испытаниям. И будут подвергаться им, пока не останется один-единственный победитель!
— Еще и «жестоким»? Совсем обрадовала!
— Не перебивай, если хочешь узнать все! Не найдя на сайте ничего вразумительного, я отправилась по просторам Интернет-сетей, чтобы прочитать отзывы об испытаниях. Оказалось, что глава и владелец игры, испанец Фернандо Бургундо, подписывает с участниками договор о неразглашении, и поэтому я нашла только хвалебные речи о конкурсе в целом, но ни слова о том, как он проходит. А на тех, кто хоть как-то пролил информацию в массы, наложили гигантский штраф, который не под силу выплатить даже мне.
— Тебе не показалось это слишком странным и загадочным? Или ты именно поэтому втянула нас? Не терпелось узнать, что тут происходит?
— Отчасти, — согласилась Мишель, помедлила, вздохнула и продолжила: — А отчасти из-за того, что… ну ты знаешь… в общем… так уж вышло… пропало около пяти девушек… Алекса, мне кажется, на острове живет чудовище, и оно ими кормится!..
4
Александра Покровская открыла рот, чтобы разразиться отборной бранью сразу на английском, итальянском и русском языках, потом подумала, захлопнула рот и резко выскочила из комнаты. Мишель бросилась за ней следом.
— Постой, Алекса, подожди! Никто не должен знать! Никто! Полиция не нашла тела, а учредители и сотрудники утверждают, что девушки покинули остров. Что, если чудовище живет в океане? Если людей вывозили на лодке, то оно могло так их вылавливать и… другие не смогли дойти до истины, но мы-то с тобой…
Саша затормозила.
— Мы с тобой? Никаких больше «мы с тобой»! Хватит! Мы уезжаем, улетаем, уплываем… в общем, как угодно, покидаем этот остров! Не хочу участвовать ни в каких играх и, тем более, ни в каких расследованиях! С меня довольно! И, Мишель! Чудовище? Чудо-юдо морское что ли? Ты вообще серьезно?
— Ты не можешь уйти! Я же сказала! Те, кто подписал договор…
— Мы ничего не подписывали!
— Ну так… я подписала… за нас всех… Алекса! Разве ты не видишь? Тут замешано нечто сверхъестественное! Слышишь ты меня или нет? Девушки пропали бесследно! Я не знаю… может, это какой-нибудь дух острова?
— Боже… ты опять за свое? Хоть раз твои сверхъестественные существа оказались правдой?
— Паоло погиб, пытаясь продать икону Черной Мадонны, Джо видела привидение Кэйлин. — Мишель не дала возразить Саше. — Я не глупая! В башне не нашли ничего похожего на голографические проекторы! И маленькая Клиффорд говорила, что ей почудилась рыжеволосая девушка! А записи, транслирующие привидение, как ты помнишь, были черно-белыми! Так что не заявляй мне, что мои чудовища выдуманы!
— Мишель, послушай, — внезапно смилостивилась Саша и стала говорить с подругой, как с маленьким ребенком, медленно и мягко: — Скорее всего, во всем этом, если это правда, замешаны люди. И учитывая то, что девушек или любых следов, ведущих сюда, так и не нашли, то готова поспорить, люди эти — могущественны. И я не готова переходить им дорогу.
Внезапно по отелю разнесся скрежет из незримых динамиков, а потом низкий размеренный мужской голос произнес несколько раз: «Уважаемые участники, прошу собраться всех в холле». Затем включилась оглушающая и нагнетающая обстановку торжественная музыка. Покровская прикрыла уши ладонями и, насколько позволяла крутая лестница, помчалась вниз в общий зал.
Там собрались все участники игры. Они стояли у стойки ресепшн и озирались по сторонам. Джо о чем-то спорила с Генри, Павел, воинственно настроенный, ждал встречи с обладателем загадочного голоса. Монах держал за руку свою «лебедь», которая выглядела напуганной. Только сейчас Саша обратила внимание на алую розу в ее руке. Остальные разбились на группки и внимательно прислушивались к звукам, ожидая следующих указаний.
Голос не заставил себя долго ждать. «Игра начинается!» — проревели динамики. Музыка затихла, а невидимый человек продолжил:
— Уважаемые участники! Я рад приветствовать вас на моем острове. Напоминаю. Он отделен от материка широкими водами Атлантического океана. Любая попытка покинуть его заранее обречена на провал. Двадцать один день вы проведете здесь в компании друг друга. Прошу вас соблюдать правила, о которых вы прочли в договорах. Любое отступление от них карается штрафом. Запрещено наносить вред другим участникам или обслуживающему персоналу, запрещено подтасовывать факты или заведомо подставлять другого во время квеста, как нельзя и подыгрывать кому-то. Тем не менее, вы можете выбыть из игры по собственному желанию, если понимаете, что не в силах сражаться дальше. И это становится возможным только посредством проигрыша в конкурсе. Сдаетесь? Понимаете, что вы бессильный и слабый? Проиграйте! И квест для вас будет закончен!
— Вот еще! Еще никто и никогда не называл меня бессильным! — выплюнул Павел, как только услышал от Саши перевод.
В этот момент она осознала, что мотивация, преподнесенная устроителем игр, только что обратила ее парня против нее. Теперь он ни за что не захочет уйти и прослыть бесславным трусом.
А голос все вещал:
— Помните! По всему отелю размещены камеры. Они стоят там, где вы и представить себе не можете!
— Что, и в ванной комнате? — ужаснулась то ли испанка, то ли итальянка.
Монах, услышав ее, гоготнул.
— Любое ваше действие, правое и бесправное, будет запечатлено на экране в специальной комнате, — монотонно продолжал голос, не обращая никакого внимания