Большая книга ужасов – 79 - Мария Евгеньевна Некрасова

И тогда он увидел. В подводной черноте, лишь чуть нарушенной светом луны, перед ним стоял силуэт. Васька не видел лица: только голова и плечи, погруженные в темноту. Волосы лохматились под водой и руки, ледяными пальцами держащие его, тянули в море.

Он оттолкнулся от дна, вынырнул, сделал вдох и тотчас ушел под воду. Руки неведомой твари оказались сильными, Васька беспомощно бил ногами, а его тянули, тянули на глубину.

Тогда он стал молиться. Конечно, про себя, но на какое-то время ему это помогло. Снова схлынула волна, снова стало можно дышать. Васька даже нащупал дно и с силой попытался вырваться. Одна рука выскользнула, и он ухватился за камень. Высокий, острый и скользкий одновременно, удержаться за такой, когда тебя тащат, наверное, невозможно, но тогда у него получилось целых несколько секунд.

Тварь тянула за руку, Васька вопил молитву вслух и держался за камень как за соломинку. Дальше он плохо помнит. Тварь дернула сильнее, рука Васьки соскользнула и со шварканьем царапнулась об острый камень. Кровь, вперемешку с морской водой, брызнула во все стороны. Даже в полутьме Васька видел, как окрашивается в красноватый цвет вода. И тут руку отпустили.

Пятно крови расходилось по воде, а под ним возникло человеческое, совсем человеческое лицо, и оно, высунув язык, стало будто вылизывать подкрашенную кровью воду. Это была женщина. Васька запомнил только черные в темноте глаза и огромный рот с плохими зубами. Вопя молитву вслух, он вскочил на камень и, распоров себе пятку острым краем, помчался на берег. Кажется, он почувствовал, как по щиколотке скользнули холодные пальцы, но успел вовремя отдернуть ногу. Он бежал в гору до самого дома и не мог заставить себя обернуться.

Уже во дворе он подумал, что ему здорово влетит за неприглядный вид и позднее возвращение. Но повезло: Дуб еще не являлся с вечерней проверкой, а все остальные спали. Ваське удалось потихоньку проскользнуть в дом, переодеться и лечь, как будто ничего не было. Он не спал всю ночь и думал, что никогда больше не сможет подойти к морю.

Назавтра Дуб сам повел ребят на рыбалку, и Васька не посмел ослушаться. Когда проходили мимо той бухточки, у Васьки все сжалось внутри. Снова подул ледяной ветер, такой же, как был в эту ночь, и огромная волна ударилась о камни. Ваське послышалось, что его позвали по имени. Женский голос. Незнакомый, он будто вырастал из той волны, одной-единственной в спокойном море.

– Только что был штиль, – заметил Дуб. – При таких волнах хорошей рыбалки не жди…

Странно, но Дуб повел их в ту самую бухточку. Васька боязливо уселся на камень и попросил Дуба достать его телевизор. Тот удивился, но просьбу выполнил.

Когда мокрая сеть показалась над водой в руке Дуба, Васька невольно зажмурился. Струйка воды стекала с мокрых ниток, издавая жуткий сверлящий звук.

– Порожняк. Давно ставил?

– Позавчера.

– Ты бы еще годик подождал! – рассмеялся Дуб. И тогда Васька открыл глаза. Сеть была изорвана – не восстановишь. И у самой палки болтался вроде клок водорослей. Осмелев, Васька снял это, нацелился выкинуть, но золотые руки нащупали что-то странное и заставили взглянуть. Это были не водоросли. К палке телевизора прибило хороший клок длинных человеческих волос.

Васька разжал пальцы и украдкой перекрестился. К счастью, Дуб ничего не заметил.

– Ну и дурак, – сказал Филя после паузы.

– Кто?

– Да ты со скатом своим. Байки все это, глупости.

– Глупости, – подтвердила Аленка. – Нет, электрические скаты есть, и током от них получить можно, но запитать лампочку…

– Не глупости! – запротестовал Васька. – Лешка мне врать не будет.

– Он просто разыграл тебя, – объяснила Аленка. – А ты повелся.

– Это, может, и за грехи, – говорю. – Но тут было привидение! Если оно и правда хотело предупредить…

– Глупости, – упрямо проворчал Филя.

Катер бежал по морю, рассекая волны. На носу его кое-как разместилось семейство из трех человек и моторист. Все остальное пространство было завалено вещами. Моторист поглядывал на гору узлов и коробок и болтал:

– Димыч, вы никак на ПМЖ собрались?

– А что? – разулыбалась Анна, жена Димыча. – Экология, чистый воздух. Будем рыбку ловить, сливу дикую есть. Работы все равно нет, так хоть натуральным хозяйством прокормимся.

– Да уж! – хрюкнул Димыч.

– А что? – Анна вошла во вкус. – Это теперь модно, называется даунфиш… дауншиф…

– Даун чего-то там, в общем!

Все рассмеялись.

Маленькая Настя вертела в руках деревянные мамины бусы и глазела на волны, разбегающиеся от носа катера. Море было спокойное, по-утреннему зеленоватое, блестевшее на солнце.

– Слушай, а я не помню здесь островов, – прокричал моторист. – Ты уверен?

– Зуб даю! Ты просто смотрел невнимательно. Еще каких-то пара километров…

– И на карте нет… – не унимался моторист. Впрочем, мотор шумел, волны плескались, так что моториста никто не услышал.

Скоро на море проступил черный пик, Димычу показалось, что он стал еще выше со дня их последней встречи. И еще он правда был черный. Может быть, это была игра света, может быть, дело в том, что в прошлый раз погода была посуше и земля выглядела более серой. Может, Димыч просто забыл, как выглядел Остров, за год-то! Но тогда ему показалось, что гора почернела.

– Ну вот, а ты боялся! – крикнул он мотористу. – Все нашлось!

Тот устало кивнул, но проворчал для порядка:

– Не помню я здесь острова. Хоть убей, не помню.

– Да ты и в Москве жил – Третьяковки не видел! – веселился Димыч. – Подъезжаем, девчонки!

– Твоя правда, – улыбнулся моторист.

Катер замедлял ход. Остров приближался угрюмым черным пиком – нет, не показалось. Анна привстала на носу и приложила ко лбу ладонь:

– Ух ты! Колоритная гора. А я краски не захватила…

– Отдохни хоть недельку без своих красок.

– Ничего ты не понимаешь, дикий человек. Такая фактура! А башня Черного короля там есть?

– Захочешь – построим.

– Ага, и чтобы во́роны вокруг летали!

– И орали мне по ночам? Не, я отдыхать приехал.

– Ну вот так всегда! – Она засмеялась. Настя с удивлением подняла глаза (чего взрослые так веселятся?) – и увидела Остров. Угрюмая черная стена посреди моря, лишь кое-где украшенная редкими вкраплениями зелени. Вид у нее был жуткий. Казалось, что прямо сейчас из пещер повылезут злые ведьмы и страшные тролли из иллюстрированных детских книжек. Она распахнула глаза и заорала, как орут дети, когда им показывают что-то страшное.

– Что?!

– Упала?!

– Где болит?!

Взрослые суетились вокруг нее, вертя