Об этом не сообщалось… Записки армейского чекиста - Михаил Артемьевич Белоусов
Тревога, казалось, повисла в воздухе. Мечущийся свет фар плясал по дороге, выхватывая из темноты то обшарпанную стену сторожки, то голые остовы промерзших тополей. Протяжный сигнал неожиданно разорвал тишину и больно ударил по натянутым до предела нервам. Ещё минута — и пора. Тело сжалось в упругий комок, готовый каждую секунду рвануться навстречу опасности. Сейчас машина остановится, Загоруйко убедится, что прибыли те, кого они с таким нетерпением ждали, и подаст сигнал.
Но произошло опять непредвиденное. Не сбавляя скорости, бешено сигналя на ходу, машина проскочила засаду и, взвизгнув тормозами, остановилась возле самого шлагбаума. На дорогу выскочил водитель и побежал к будке. В самый последний момент и Загоруйко и Прохор были ослеплены светом и не смогли молниеносно сориентироваться: та ли это машина. И теперь из укрытия им видны были лишь стоп-сигналы, мерцающие в ночи рубиновым светом. Уходили драгоценные секунды. Из будки послышались ругань водителя и глухие удары. В это время открылась задняя дверца. Из машины выбрался офицер и не совсем твердой походкой направился к сторожке, вынимая на ходу парабеллум. Загоруйко вскинул автомат и полоснул очередью по офицеру. Тот упал. Тогда Павел послал Прохора на помощь дяде Коле, а сам побежал к машине. В этот момент распахнулась вторая дверца и на дорогу выскочила женщина в военной форме. Отстреливаясь из автомата, она побежала в сторону Волновахи. К счастью, фары светили, и фигура беглянки, её черный эсэсовский костюм отчетливо выделялись на белом снегу. Ни секунды не раздумывая, Загоруйко бросился следом. Когда их разделяло каких-нибудь пятнадцать шагов, он приказал ей остановиться и бросить оружие. В ответ прозвучала очередь. Уже падая, Загоруйко нажал спусковой крючок.
Через минуту товарищи подобрали истекающего кровью чекиста. В нескольких шагах от него лежала мертвая Гелена. С предательницей было покончено.
Но опасность не миновала. В суматохе боя партизаны не заметили, как к переезду подкатила ещё одна машина со стороны Мариуполя. Два немца залегли на дороге и открыли огонь. Пересилив боль, Павел Загоруйко приказал ребятам идти на подмогу Прохору: «Я ранен в живот, двигаться не могу. Передайте в подпольный комитет и на ту сторону, что задание выполнено…»
Не успели партизаны отойти и нескольких шагов от него, как позади них раздался одинокий выстрел. Понимая, что его состояние безнадежно, Павел Загоруйко не захотел быть обузой для товарищей…
Тем временем Прохор пристрелялся ко второй машине — со звоном посыпались стекла, лопнул пробитый пулей скат… Получив отпор, гитлеровцы дали задний ход и убрались восвояси.
Попрощавшись со своим боевым товарищем, отнеся его тело в посадку, быстро ушли с переезда и партизаны. Вместе с ними уходил и дядя Коля. Из Волновахи на помощь фашистам сюда никто пока не подоспел.
От шофера-гестаповца, которого Прохор оглушил стоявшей у сторожки лопатой, подпольщики узнали, что убитый офицер — Вальтер Вольф, а женщина — его любовница Гелена Ягодзинская. Во второй машине, подъехавшей к переезду, находились начальник Вольфа, которого все называли «господин Локкерт», его любовница и адъютант Оскар Курц. (Как выяснилось позже, Курц был смертельно ранен.) Вся компания направлялась в Волноваху продолжать встречу Нового года. Спасая свою шкуру, пленный гестаповец многое рассказал о «команде Локкерта» и о её делах.
По прямому указанию штаба «Валли» Локкерт, он же Фаулидис, при «Абвергруппе-103» сформировал зондеркоманду для выполнения специальных заданий в советском тылу. В неё отбирались отпетые головорезы — уголовники и националистическое отребье. Из первых Локкерт формировал банды диверсантов и террористов, вторые должны были выполнять ту же самую работу, но уже под знаменем «национальной» идеи. Они же после непродолжительной подготовки подвизались в лагерях для советских военнопленных как вербовщики в «добровольческие национальные легионы».
Получив эти сведения, советское командование решило покончить с этим осиным гнездом. Во время налета советской авиации на Волноваху штаб зондеркоманды, её учебный центр и радиостанция были полностью уничтожены. Чудом уцелевший во время бомбежки Фаулидис с остатками своего «воинства» забился в глухую степную деревеньку Ивановку. Но «учебный процесс» в самом его начале здесь прервали партизаны. С тех пор, как затравленный зверь, метался Локкерт из села в село, от хутора к хутору, вплоть до своего бесславного конца в августе 1943 г.
В записной книжке Вальтера Вольфа, предусмотрительно прихваченной Прохором в новогоднюю ночь на железнодорожном переезде, мы обнаружили много ценных данных, проливающих свет на темные дела «команды Локкерта». Среди них была одна запись, которая заставила нас серьезно задуматься. Из неизвестного пока что нам источника абвер получал точную информацию о методах проверки вышедших из окружения советских военнослужащих и учебных программах курсов подготовки и переподготовки командиров для войск фронта, организованных нашим командованием. Сам факт утечки этой информации и её достоверность говорили о том, что где-то в данном звене орудует враг. Его надо изловить. А для этого прежде всего было необходимо определить круг лиц, имеющих доступ к таким сведениям. Как и ожидали контрразведчики, круг этот получился довольно обширным, что значительно осложняло розыск, но не снимало с нас ответственности. В самые сжатые сроки фашистский агент должен быть выявлен и обезврежен — это отлично понимал каждый сотрудник особого отдела фронта, имевший отношение к этому делу.
Началась скрупулезная проверка. Сотни личных дел пришлось изучить чекистам. Знакомясь с биографиями и послужными списками, с рапортами и объяснительными записками об обстоятельствах выхода из окружения, мы прекрасно понимали, что любое, даже малейшее, подозрение, высказанное вслух, может очень больно ранить честного, беззаветно преданного нашей Родине человека. Поэтому и в отделах кадров фронта и армий, и в беседах с людьми наши сотрудники действовали с предельной осторожностью и тактом. А это не давало возможности быстро продвигаться вперед, как этого требовала от нас обстановка на фронте.
Дело в том, что к концу 1941 г. в Красной Армии возникла острая необходимость в командных кадрах для войск, особенно в командирах взводов, рот, батальонов и полков. Для разрешения этой проблемы при отделах кадров армий и фронтов, создавались краткосрочные курсы, на которых проходили подготовку и переподготовку разные категории командиров, в том числе и военнослужащие, вырвавшиеся из окружения. Расшифровка структуры курсов и принципа подбора слушателей для них имела две серьезные отрицательные стороны. Получив точные сведения о количестве подготовленных командиров, немецкое командование могло определить потребность фронта в командном составе и масштабы наступления, к которому готовились в то время войска фронта. Вместе с тем, располагая данными