Юрий Валин - Запах снега

— Холмовиков ты не знаешь. Далеко на юге обитают. Устрашающе воинственное племя. Ну, я, конечно, поспокойнее буду. Хотя до артиллеристов дослужился.

— Наверное, важная должность. А я просто углежог. Ну, еще кое-кем поработать могу.

— Не скромничай, Лит, — с передних саней крикнул Квазимодо. — Ты много что можешь. А ты, Мин, не смущай людей своей мудреной артиллерией. Про нее еще меньше, чем про холмовиков слышали.

— Знающие понимают, — важно сказал Мин и подмигнул Литу. — Между прочим, здесь бродячих шпионов уже давным-давно ждут. Теа такая злая, что я подходить боялся. Укусит, того и гляди.

— Да пусть хоть совсем меня загрызет, — откликнулся Ква и снова подхлестнул лошадей.

Теа грызть одноглазого не стала. Хотя удушить вполне могла. Супруги молча сжимали друг друга в объятьях, четверо рыжеволосых, полураздетых детишек с визгом взбирались на отца.

Лит подхватил на руки Малого и они вместе с Мином отошли за недостроенный дом.

— Хорошая штука — любовь, — задумчиво сказал дарк. — Не всем, конечно, так везет. У тебя-то как с чувством?

— Не знаю. Наверное, никак, — пробормотал Лит.

— Ничего. Мы еще молодые, — утешил полукровка.

— Твоя правда, — согласился Лит, — полумирный дарк оказался свойским парнем.

Разглядывали недостроенный дом. Мин со знанием дела объяснял, что весной предстоит доводить крышу. Лит и Малый внимательно слушали. Дом был задуман просторным, под стать благородному званию шпиона. Лит спросил, почему на отшибе строить начали? Полукровка пояснил, что решили не тесниться. Долину сообща охраняют — тут и мышь чужая не проскочит. Да одноглазый с женушкой и сами кого угодно уделают, им только попадись.

За домом раздался хрипловатый голос — Теа загоняла раздетых отпрысков в дом.

— Наобнимались, — сказал Мин. — Пойдем к ним.

Ква с женой шли навстречу.

— А я тебя, парень, знаю, — улыбалась Теа.

— Да, леди, вот явились мы незваными, — смущенно сказал Лит.

— Перестань. Спасибо, что мужа моего наконец домой приволок…

В теплой части дома было всего две комнаты. Лит сидел с Малым на коленях. Служанка поставила кружку с душистым отваром. Рыжеволосые дети толпились кругом, разглядывали Малого, старались вести себя смирно, но не слишком-то получалось. Все четверо были шепелявые и до того подвижные, что в глазах рябило.

Хозяева решили известить соседей. Почему-то обязательно было нужно, чтобы к тетке Малого чуть позже заехали какой-то Док с женой. Лит начал подозревать, что в Медвежьей долине все друг другу родственниками приходятся.

Наконец, поехали дальше. Оказалось, тетка Малого действительно рядом живет — стоило только рощу обогнуть, открылся крепкий частокол, за ним крыши многочисленных строений.

— Свинарники, — с гордостью сказал Мин. — Я сам крышу крыл.

Лит кивнул. Вот здесь Малый и будет жить. Место неплохое, река близко и лес. Ограда безопасная. Свинарники, это конечно… Но Малому свинки могут и понравиться. Лишь бы тетка лишним куском не попрекала.

Залаяла собака. Ворота открылись, вышел высокий худощавый парень. Лит с одобрением заметил хороший топор за поясом хозяина. Или это слуга? Молод чересчур.

— Привет, Костяк, — издали сказал Мин. — Дело у нас странное. Видишь, кого привезли?

— С возвращением, Ква, — спокойно сказал парень. — Рад, что ты, наконец, вернулся. Прямо к нам, завернули? Правильно, у нас сегодня пироги с капустой. Чего лисят своих не захватили?

— Будь здоров, Костяк, — Квазимодо кашлянул. — У нас тут дело действительно странное. Можно сказать, семейное.

Долговязый Костяк слегка удивился:

— Так вы зайдете, раз дело важное, или вам пироги прямо сюда вынести?

Во дворе пахло не свинарником, а действительно пирогами. Вспомнилось, что завтракали еще затемно.

— Ква, а что случилось-то? — осторожно осведомился молодой хозяин.

— Вот парень, Лит его зовут, новости принес о сестре Ашиной, — пояснил Квазимодо. — Новости, по правде, невеселые.

— Что там еще на юге стряслось? — слегка изменился в лице Костяк.

— Лит объяснит, — хрипловато сказала Теа. — Он парень обстоятельный. А мы лучше пока здесь подождем. Дело действительно семейное.

— Да, Костя, мы здесь пока побудем, — поддержал примолкший было Мин.

Дверь распахнулась, выглянула молоденькая девушка в туго повязанной зеленой косынке. Руки, белые от муки, она держала растопыренными:

— О, Ква, ты вернулся? Так чего застряли, проходите в тепло… — она осеклась. — Слушай, Мин, что у тебя за каша в голове, не пойму ничего…

Маленький дарк тяжело вздохнул:

— Вести с юга, Аша.

Девушка глянула на Лита:

— Вы с юга пришли? А почему…

Она уставилась на Малого, сидящего на руках у опекуна, и окончательно замолчала. Малый тоже глазел на девушку, открыв рот.

— Проходите, — хозяин осторожно тронул Лита за плечо.

В просторной комнате было и тепло и светло. Ставни распахнуты, серый зимний свет свободно лился сквозь на диво большие окна. Пылал огонь в красиво сложенном очаге.

Лит начал вытирать ноги и замер. За столом сидел еще один Малый. Лит машинально покрепче прижал к себе своего. Нет, этот был на месте. Хозяйка отряхивала руки, не замечая, что мука оседает на переднике.

— Я сейчас, присаживайтесь…

Она вышла, а хозяин сказал:

— Вы раздевайтесь. Замерзли, наверное. К огню вот поближе…

Лит снял куртку и шапку, повесил рядом с дверью. Начал развязывать шапочку Малому…

Нет, тот, что за столом сидел, все-таки не был близняшкой Малого. Должно быть, на полгода старше. Волосы чуть темнее. Нос, наоборот, светлее — мукой измазан. Но рожица одна в одну…

Вошла служанка, поздоровалась, с любопытством глянув на гостей. Хозяин пригласил к столу. Тут вернулась и девчонка. Собственно, не девчонка — хозяйка. Уже без фартука, ростом невысока, в кости тонка, стриженые до плеч волосы наскоро причесанны. На пояске с серебряными бляшками ножны с приличных размеров хозяйственным ножом. И глаза почти серебряные, серые, туманные — раннее утро прохладное.

— Ма-Ма? — шепотом спросил Малый.

Что ответить, Лит не знал. Собрал всю решимость, что оставалась, и заговорил:

— Госпожа Аша, осенью довелось мне встретить обоз с юга. У реки Тюр это было…

Слушали в тишине. Лит говорил обстоятельно, но лишние нехорошие подробности старался опустить. Служанка исчезла — видно догадалась, что лишняя сейчас. Малые тоже молчали, только глазели друг на друга.

— …Там я её и похоронил, — закончил Лит. — Служанки рядом лежат. Место хорошее, сухое, не извольте волноваться.