Большой игрок 5 - Эрли Моури

— Нет, мой друг. Башмаки стереть не успеешь. За изгибом этой дороги ступени вниз, — он указал в сторону рощицы. — И по ним прямо к Малруф. Дворец уже видно. Если приглядишься, за листвой мерцают огни. Вон, видишь, — он указал к ближнему краю рощицы.

— А мы не опоздали? Уже темнеет. Пока доберемся, вовсе наступит ночь, — заметил я. — А то, понимаешь ли, пожалуем к столу, а там все сожрали и выпили, — последнее я сказал, разумеется, в шутку.

— Нет, прибыли в самый раз. Ириэль очень любит вечер: сам закат и час-другой после него. Поэтому в ее владениях это приятное время бывает особым образом растянуто. Уверяю, закат еще не отгорит, а мы уже войдем в ее дом, — отозвался магистр.

— А как насчет… — хотя я от Самсоновой прятать вопрос казалось бесполезным, я все же задал его тихо, вплотную подойдя к призраку: — Насчет обещанного альшерского? Я не вижу при тебе ни бутылки.

— Сань, помилуй! Для меня эта ноша слишком тяжеловата. Но я обещаний не нарушаю, если дал их друзьям. Твое красное альшерское бережно хранит Акси. Акси — это Аксинья, одна из ведьм в свите Ириэль. Она тоже будет на нашей вечеринке. У нее спросишь. Ну идемте, идемте! — призрак поплыл в сторону мощеной дорожки и мне с Чайкой, чтобы угнаться за ним, пришлось перейти на бег.

— А зачем Рублеву альшерское? Это вино что ли? — обгоняя меня, спросила Самсонова.

— Да, вино. Редкое, дорогое вино из одного дивного мирка, — ответил магистр, летя уже над дорожкой, покрытой плитами светлого камня. — Нужно оно Сане. Я же говорил, он собирается трахнуть Ириэль. Этим вином хетайлу нужно подпоить, и там дальше, как оно получится. Полагаю, он нам все это потом расскажет.

— Ах негодяй! — взвизгнула вампирша.

Я не понял, было это сказано ей в шутку или всерьез. Но если в шутку, пальчики Самсоновой очень больно щипнули мой бок. И чего было-то возмущаться? Ведь Лариса знала о моем отношении к Ири и планах на нее.

Весериус не обманул: еще не погасли краски заката, а мы уже поднимались по лестнице величественного дворца Малруф, который чаще называли замком. Справа и слева возвышались черные статуи существ, мной прежде невиданных. Те же львиноподобные существа, с пугающим правдоподобием высеченные из черного и темно-серого камня; рогатые воины, отчасти похожие на людей; горгульи, наги и еще какая-то ненормальная хрень.

Вход в замок освещало пламя в чашах на высоких треногах и возле них замерло несколько красивых женщин в одеждах вполне откровенных, высоко открывавших стройные ножки, не слишком стеснявших грудь. От Весериуса я знал, что все они ведьмы из свиты Ириэль.

— Славься, Весериус! Наш бессмертный Ирзуф Хаверон! — крикнула одна из них вскинув руки и пуская пальцами золотистые искры!

— Со счастливым днем Смерти тебя, славный магистр! — хором повторили другие, так же вскинув руки и разбрасывая золотистую пыль.

Ее облачно окутало и меня. Я невольно вдохнул несколько пылинок, а выдохнул радость, неожиданно обуявшую меня. Настроение вмиг взлетало столь высоко, хотелось смеяться. Ведь, Весер, как ни крути, мой друг. Наверное, самое большая удача в моей жизни и смерти в том, что я встретил его!

— Та, чертовка справа, у которой волосы как у Самгиной, она — Аксинья. Или проще Акси. Свое красное альшерское заберешь у нее, — сказал мне магистр, на миг оглянувшись.

Мы вошли в зал. Я искал взглядом Ириэль, но хетайлы пока не было. Гостей, как обещал Весериус, набралось немного. Те самые ведьмы, что встречали нас у порога. Трое мужчин, скромных видом, будто застенчивых. Еще один с красными глазами и землистым лицом. Его голову венчал высокая шляпа, и закралась мысль, что головной убор скрывает его рога. Еще…

Вот тут я вздрогнул под возглас Самсоновой, справа от нее в тени колонны стояло два сатира. Один поменьше рыжеватый. Второй здоровенный такой козел — я имею в виду внешне, а не по жизни. Козел с почти человеческими руками, от плеч до ладоней негусто покрытыми серой шерстью. Торс его выглядел почти как человеческий, а вот пониже пояса — там все представлялось весьма скорбным: густые заросли козлиной шерсти, в которой, к счастью, не было видно мудей. Короче, скотина. Скотина прямоходящая, рогатая, и морда у него была типичная для козла с незначительными признаками очеловеченья. Если именно он трахнул в попку Тихомирова, то мое почтение — приятель Ольховской меня раздражал с самого начала знакомства. Если Стасика порадовал тот, что рыжий и ниже ростом, то для задницы великого режиссера как-то маловато будет.

— Сюда! Сюда, Весериус! Ириэль ожидает тебя! С подарком! — звонким голоском позвала девица, которая первая приветствовала магистра.

И я было уже пошел на ее зов следом за Весером, как услышал негромкое сквернословие Чайки. Вампирша даже вцепилась в мой рукав: чуть поодаль двух сатиров стоял наг. Впрочем, нет — это был человекоящер. Его длинный змеиный хвост свился полукольцом за крепкими задними лапами. Зеленовато-серая чешуя поблескивала в свете факела.

В общем, интересная компания собралась! Чертей только не было. Хотя ведь только начало вечеринки.

Ведьма, приглашавшая нас, движением руки распахнула створки огромной двери. За ней я и увидел саму Владычицу Тени. Как всегда безупречную, мою божественную демонессу. И рядом с ней сам подарок, явно приготовленный Весериусу!

Магистр замер, раскинув руки и зависая невысоко над плитами полированного камня. Замерла и наша вампирша. Кажется, она поняла происходящее не сразу, но как поняла стала еще бледнее, чем была. Да и мне, при виде такого подарка стало не по себе. Отчего-то захотелось почесать репу.