Юрий Валин - Запах снега

Ведьма глянула с подозрением, но пошла вперед.

— Чего это тебя с вопросами припекло? — поинтересовался шпион. — Потом наговоримся.

Лит замялся. Ладно, хитро сказать все равно не получится.

— Вдруг потом поздно будет? Ква, я хочу сделку предложить. Ты Ёху не трогаешь, а я очень ценную новость расскажу. Для Короны полезную.

— Да вам сегодня всем подряд мозги отшибло?! — возмутился одноглазый. — С чего это вы меня бояться начали?

— Я человек простой, меня любой обдурить может, — тихо сказал Лит. — Только Ёха мне вроде друга. Не трогай его, пожалуйста.

— Мне Пришлый тоже нравится, — сказал Квазимодо, глядя на реку. — А вот язык его длинный — не очень. Ладно, потом поговорим о языках и дураках.

— Пока не тронешь?

— Да кто его трогать собирается? Пусть идет со своей безглазой. Если пошустрей ногами будут двигать, нечего с ними не случится. Разве что в медвежью берлогу провалятся. Но я в таком случае уж точно ни при чем буду.

— Кто тебя знает. Медведи тоже на Корону сработать могут. Только, если Ёха шею свернет, или на нож случайно напорется — тебе будет стыдно.

— Мне?! — искренне изумился шпион.

— Не перед нами, ясное дело. Вот жене ты про это рассказывать не захочешь, — убежденно сказал Лит.

— Думаешь, моя Теа добренькая? — тихо спросил Квазимодо. — Откуда тебе знать? Ты ее и видел-то мельком. Она жизней забрала не меньше, чем я.

— Может и так. Но она ведь напрямик бьет. А Ёху в спину подрезать, все равно, что месячного волчонка ногами затоптать. И выгоды нет, и подвиг невелик.

— Простой ты человек, углежог, — насмешливо заметил Квазимодо. — Ну, совсем простой. Никто волчат давить и топить не будет. Не сезон. Потом поговорим, лукавый лесовик.

—

К тракту вышли на третьи сутки. Идти напрямик, пусть и чащобой, оказалось куда быстрее. Лит и егеря прокладывали тропу, Ква с Ёхой вели лошадей. Изредка высылали разведчиков. Нормально шли. Только Дженни измоталась, — скрывать следы отряда немалого труда стоило. Насчет приблудной узкоглазки Ёха не соврал. Девчонка семижильной оказалась, семенила потихоньку и не скулила. Правда, ведьме пришлось ей ноги залечивать, — мужские сапоги, снятые с покойника, за день крохе ноги в кровь сбили.

К тракту вышли, милорд-шпион за дело взялся. С его языком никаких денег не нужно. Конечно, и серебро свое дело сделало. Купцы первого же обоза разрешили с ними к столице идти. Девушек сразу на груз посадили, а через день Ква на хуторе сторговал сани и крепенького мерина.

Двигались, конечно, медленно. Купцы со своими тяжелыми возами, охраной пузатой и лошадьми сонными, неповоротливы были. Вернее, Лит с товарищами привыкли к резвости шпионской. Ну, ничего, отдохнуть тоже неплохо. Болтовней пустой развлекались, рядом всё время чужие погонщики и охранники болтались. Ква с ними охотно язык чесал, по капелькам полезные сведенья выуживал. Через день, казалось, одноглазый словно и сам в Кэкстоне побывал.

Дженни отсыпалась на санях. Ёха правил, узкоглазка по большей части молча сидела с ним рядышком, кутаясь в непомерно широкий плащ. Крыс и Бемби, без своих балахонов превратившись в ничем не примечательных парней, неспешно шагали рядом с санями. Купеческим охранникам над их «пегими» копьями подшучивать уже надоело. Ква с готовностью объяснил, что таким оружием принято на севере нерестящуюся рыбу бить. Ясное дело, север — страна чудес. Чего только там нет, и копья смешные, и болтуны заумные, и девчонки, в детстве дарковыми пчелами покусанные, и оттого глазами-щелочками навек изуродованные. Лит уверился, что если и ему завонять невзначай придется, то смело можно на северную болячку валить.

На дневку остановились в деревне Малый Сыч, как раз полдороги до Кэкстона. Трактир пустовал, разместились с удобством. Лит затащил вещи, глянул, как устроилась Дженни. Сонная ведьма немедленно повалилась на кровать, даже раздеваться не стала. Нелегкое у нее ремесло — три дня колдуешь, потом месяц силы восстанавливаешь. Ёха с узкоглазкой тихонько шептался, оба пальцами себе помогали. Надо сказать, заимев нелепую подопечную, северянин куда сдержаннее стал.

Лит потоптался и решил, что дольше тянуть опасно. Пора с Ква поговорить начистоту.

Одноглазый сидел с благородной компанией и был занят важным делом — ждал вместе со старшими купцами, когда баранину пожарят. Здесь беседовали о каких-то векселях-траттах. Разговор еще заумнее и непонятнее, чем перешептывание на пальцах. Лит тоскливо подумал, что поговорить с лордом-шпионом опять не выйдет. Лошадей проведать, что ли?

Лошади были в порядке, а вот когда возвращался, во дворе на Квазимодо наткнулся.

— Чего без шапки по холоду бродишь? — поинтересовался одноглазый.

— Да я не мерзну.

— Хорошо вам с братом. Ну, раз мы всей толпой здесь встретились, нечего на улице торчать. Пошли, я вас пивом угощу. Ты хоть и не любишь хмельного, но изредка кружечку пропустить полезно.

Сели в уголке. Купцы за центральным столом продолжали свою умную беседу, хозяин трактира, обрадованный изобилию гостей, подгонял служанок.

— Ты пей, пей, — одноглазый кивнул на кружку. — Пиво легенькое. И в нем вита-мины. Слыхал про такую пользу?

— Нет.

— А вот Ёха слыхал. О чем не замедлил и мне сообщить. Ты ведь об этом болтуне тревожишься?

Лит вздохнул:

— Что с ним будет?

— О том и боги не знают. Я вот сам думаю, гадаю, да угадать никак не могу.

— Так-то уж и гадаешь?

— Ты думал, у меня всегда ответ есть? — шпион придвинул поближе миску, выбрал соленый кренделек. — Углежог, ты торговаться собирался. Самое время, обстановка коммерческая.

— Ква, я про те снадобья, что колдуны-погодники используют.

— Интересно. Выкладывай, не стесняйся…

Лит рассказал о заклятиях из книги, о том, что их запросто наново записать можно. Если «крестовые» колдуны заклятия применяют, то и Короне полезно знать о тех ветрах и вихрях.

Одноглазый слушал внимательно, согласился, что таким сведеньям отнюдь не медяк цена. Спросил, куда книга делась. Лит выдумывать не стал, все равно шпиона вокруг пальца вряд ли обведешь. Рассказал, что книгу речникам подарил.

— Зря, — сказал Квазимодо. — Тайна — дело скользкое. Пока один знает — он мешок «корон» в руках держит. Трое знают — та тайна медузой тухлой сквозь пальцы утекла. Только штаны и запачкал.

— Речники болтать не станут. Хорошие люди. К тому же, они на юг давно ушли.

— Все люди хорошие, — заметил шпион. — Вот враги, те плохие. Но разве они люди? Знать бы только, когда люди нелюдями становятся. Сглупил ты. Книга неплохую цену имела. Ну, раз пропала, то и говорить не о чем.