"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез
— Я не только повариха хорошая, я курсы по оказанию первой помощи закончила перед самой войной, — заявила она. — Была лучшей. Не веришь — проверь.
— Обязательно проверю, — пообещал Максим. — Всех проверю, не только тебя.
На проверку и подготовку к операции он отвёл два дня. Этого было мало, но это был максимум, который он мог себе позволить. Тратить больше времени — значит очень сильно рисковать. Он и так постоянно мониторил обстановку с помощью дронов-разведчиков и знал, что штурмбанфюрер Георг Йегер начал с «пряников», и в Лугинах, Липниках, Белокоровичах, других селах и даже в Коростыне появились листовки с обещанием награды в десять тысяч рублей за любые сведения о местонахождении партизан.
Это были очень хорошие деньги, и Максим отдавал себе отчёт, что рано или поздно, кто-нибудь на них позарится. Не сегодня, так завтра. Или послезавтра. Так что время поджимало.
При этом листовки Максима, которые он напечатал в корабле, были, разумеется, сорваны.
Капитан Оскар Хубер тоже не сидел на месте — его рота активно готовилась к предстоящей операции по уничтожению партизанского отряда и проводила время в марш-бросках и стрельбах.
Благодаря дронам-разведчикам, Максим из подручных материалов с помощью двенадцатилетнего Яши, который оказалсяна удивление сообразительным и рукастым мальчишкой, соорудил наскоро макет советской воинской части, где теперь стояла пехотная рота вермахта.
На этом макете двадцать бойцов и отрабатывали теоретическую часть предстоящего рейда.
— Смотрите, — показывал Максим на макете. — Вокруг части кирпичный или бетонный забор. Но он невысокий — метр семьдесят. Через такой перелезть — раз плюнуть. А со стороны трёх прудов, вот здесь, и вовсе никакого забора. Даже колючей проволоки нет. Но тут, между вторым и третьим прудом, где проходит вторая грунтовая дорога, ведущая через поля в Лугины, немцы поставили шлагбаум и будку с часовым. Часовой, вернее, дежурный, имеется также на КПП. Ещё один часовой возле штаба и один у боксов с техникой: тремя грузовыми «опелями», бронетранспортёром «Ганомаг», двумя мотоциклами и велосипедами. Там же рядом и конюшня с лошадьми. Всего тринадцать лошадей, одна верховая. Наконец, последний часовой — у склада боеприпасов. Вот тут, за казармой. Оружие и часть боеприпасов немцы хранят в здании казармы, на первом этаже, чтобы не распылять силы и средства. Это вот здесь, недалеко от штаба. Сама рота — на втором этаже. Офицеры и унтер-офицеры ночуют за пределами части. Вот здесь, в жилом бараке, в котором до войны жили красные командиры с семьями. А командир роты со своим ординарцем и вовсе в отдельном доме, в котором раньше, я думаю, жил командир нашего танкового полка. Вот он этот домик, в сосновом бору, возле самого забора, недалеко от КПП.
— Всё правильно, — подтвердил молодой партизан Стёпка. — Командир полка там жил. Его дочка в нашем классе училась, Оля Кравченко. Красивая девчонка была, — он вздохнул. — Не знаю, где она сейчас. Может, в эвакуации…
— Значит, я прав, — сказал Максим. — Замечу, что подобное разделение нам на руку. Немцы расслабились и чувствуют себя здесь, за линий фронта, в безопасности. Ни у барака, ни у дома командира роты часовых нет. Этим мы и воспользуемся. Действовать будем следующим образом…
Глава двадцать первая
Ночь с двадцать восьмого на двадцать девятое августа выдалась тёмная. С северо-запада потянуло холодным осенним ветром. Небо сплошняком затянули облака, откуда время от времени срывался дождь.
Отряд в сорок партизан вышел на левый берег речки Жерев со стороны леса в начале первого ночи. Здесь они разделились. Двадцать человек с носилками (стандартные немецкие разборные носилки были среди снаряжения, которое досталось партизанам после нападения на поезд) остались на опушке. Остальные через брод перебрались на другой берег и пошли к воинской части. Дождь, который к этому времени уже вовсю шелестел по траве и листьям деревьев, заглушал их шаги. Впрочем, старались идти бесшумно, плавно, как учил младший лейтенант Николай Свят по прозвищу Святой.
Надо сказать, что авторитет Максима в отряде к этому времени поднялся на неимоверную высоту. Все видели и понимали, что этот человек не похож на остальных. Даже самые лучшие — сильные, ловкие, сообразительные и умелые отставали от него, как инвалид отстаёт от здорового, а старый от молодого. При этом Максим всячески подчёркивал, что командиром отряда остаётся Иван Сергеевич Нечипоренко, а комиссаром Остап Богданович Сердюк. У него — особое задание, он появляется в отряде, когда захочет, уходит тоже, когда захочет и ни перед кем не отчитывается. Приказывать другим может. Но только тогда, когда его на это уполномочивают командир и комиссар.
После нападения на поезд, когда Максим практически в одиночку справился с охраной, Нечипоренко с Сердюком попытались выяснить, откуда у него такие умения. Но ничего не вышло. Максим отговорился военной тайной. Единственное, в чём он признался — это в том, что прошёл специальную подготовку.
— Существуют специальные методы тренировок, — объяснял он, — которые позволяют человеку достичь невероятных результатов. То есть, другим людям эти результаты будут казаться невероятными, а для тренированного человека они будут в порядке вещей.
— Например, — настаивал Нечипоренко. — Какие методы? Мы тоже хотим, нам с немцами воевать.
— Ну хорошо, — соглашался Максим. — Про обязательную зарядку по утрам и физические упражнения рассказывать или сами понимаете, насколько это укрепляет здоровье и делает человека крепче и сильнее? Зарядка по утрам для всех в обязательном порядке — это первое. Соорудите турник, это просто, пусть мужчины подтягиваются. Да и женщины тоже, кто сможет и захочет. Можно сделать простейшую штангу для укрепления мускулатуры, упражнения с ней я покажу. Далее, для тех, кто ходит в рейды, разведчиков,