"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров
– Клянусь, я бы сделал все так, как ты хочешь, но я не могу. Он все равно окажется там.
– Ты же здесь обычный человек. Как ты можешь видеть, что он окажется там?
– Я – человек, но Альтар – нет. Даже с крохами своей Силы он может здесь многое. И я прошу тебя встретиться с ним. Просто поговорить. Я не позволю ему ничего сделать с вами. Обещаю. Вы просто поговорите, и ты вернешься сюда. Ты же хочешь ответов? Он может их дать.
– Я подумаю.
– Это можно будет сделать в ближайшие выходные.
– Я сказала, что подумаю. Не дави на меня. Я тебе не верю и не собираюсь бросаться делать все, что ты пожелаешь.
– Прости, – он поднял руки.
– Тебе пора.
– Твой мужчина – Павел Николаевич?
– С чего ты взял?
– Он смотрит на тебя так, будто ты – его. Он возит тебя на машине. Он предлагал вам пойти куда-то вместе с Димой.
– Даже если так?
Альгидрас, зажмурившись, на миг запрокинул голову, а потом вдруг произнес:
– Не доверяй ему. Он может быть той аэтер, которая должна вас погубить.
Я расхохоталась и тут же зажала рот ладонью.
– Ты псих?
– Надя, он все время рядом с тобой. Альтар чувствует, что аэтер поблизости.
– Если верить тому, что ты тут набредил, то твой Альтар может просто чувствовать меня и моего сына.
– Тебя и Диму он стал чувствовать только три с половиной года назад, после того как вы сюда перебрались. Та аэтер появилась чуть раньше. Павел Николаевич приехал сюда за несколько месяцев до вас с Димой, верно? Альтар говорит, что вы все друг от друга отличаетесь.
– Знаешь, я прямо от души тебе советую почаще это все кому-нибудь рассказывать. У нас тут есть психиатрические лечебницы. Там тебя обеспечат ночлегом, бесплатным питанием…
Альгидрас посмотрел на меня с укором.
– Уходи, – попросила я. – Я от тебя устала.
Он послушно встал, отнес свою чашку с тарелкой в раковину и, к моему изумлению, их вымыл.
– Никак не привыкну, что вода течет из крана прямо в комнате, – пробормотал он.
Я не стала озвучивать вертевшееся на языке «а как бы восхитили Алвара зажигалка и газовая плита», вместо этого молча встала из-за стола.
Альгидрас вытер руки о джинсы, хотя рядом с раковиной висело полотенце, и повернулся ко мне.
– Можно… тебя обнять? – вдруг спросил он.
Сглотнув, я сделала шаг назад. Еще объятий мне здесь не хватало, чтобы окончательно сойти с ума. Он понимающе кивнул и вышел из кухни. Я слышала, как он прощается с сыном, а тот спрашивает, придет ли он еще. Альгидрас пообещал обязательно прийти, если его пригласят.
Хлопнула входная дверь, и я, закрыв глаза, без сил опустилась на стул. Очень хотелось плакать, но я не могла себе этого позволить, потому что тогда пришлось бы объясняться с Димкой. Тот каким-то невероятным образом чувствовал, когда мне становится грустно, и летел со всех ног меня успокаивать.
Думать о том, что мой сын имеет ценность в масштабах целого мира, не хотелось. Думать вообще не хотелось. Хотелось вычеркнуть сегодняшний день из памяти.
Глава 5
Выйдя утром из подъезда, я увидела Павла Николаевича. Он стоял рядом со своей машиной, закрыв глаза и будто к чему-то прислушиваясь. Я на миг остановилась, сжав ладонь сына, и попыталась представить его этой их аэтер, готовой погубить меня и Димку. Но то ли в нормальном мире мое воображение отказывалось считать кого-либо потусторонней сущностью, то ли рассказанное Альгидрасом действительно было бредом, в любом случае у меня ничего не получилось.
Павел Николаевич распахнул глаза и улыбнулся.
– Доброе утро, Надежда. Здравствуй, Дима! – произнес он.
И то, как это было сказано, заставило меня спросить:
– Что-то случилось?
– Здравствуйте, – бодро ответил Димка и потянул меня к садику. Ему не терпелось показать друзьям новую машинку.
– Отведите Диму. Я вас дождусь.
Я отвела сына, к счастью не встретив никого из тех родителей, чьи дети были вчера на празднике, – новой порции извинений и утешений с утра пораньше очень не хотелось – и десять минут спустя уже выходила на улицу.
На этот раз машина Павла Николаевича была припаркована рядом с садиком, а сам он стоял у капота с задумчивым выражением лица.
– Так что все-таки случилось? – спросила я, вновь пытаясь подумать о нем как