"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

— Никаких сомнений в этом и быть не может, — сказал Берия. — Начнёт обязательно.

— Вот! — Сталин поднял к потолку палец. — Швейцария — ненадёжное место. Надо оттуда уходить. И вторая задача — начинай прямо сейчас собирать группу по атомному оружию в Государственном комитете обороны. Действуйте. Поднимайте Академию наук, инженеров — всех. Если надо, освобождайте из лагерей. Пусть работают!

— Сделаю, Коба, — сказал Берия. — Компромат на Никиту тебе нужен?

— Нужен, — твёрдо произнёс Сталин. — Обязательно нужен, Лаврентий. Это будет твоя третья задача.

«Консерватория — Гитаристу. Ваши сведения получены, проверены и приняты. Спасибо. Луиджи получил задание срочно переправить вас с женой в Соединённые Штаты. Оттуда вам помогут вернуться домой. Это — приказ высшего руководства. Делайте всё, как скажет Луиджи. Соблюдайте радиомолчание. Отныне радиосвязь только в самом крайнем случае по нечётным дням в 16 часов московского времени. Дирижёр».

Максим ещё раз перечитал расшифрованную радиограмму, после чего сжёг её в пепельнице.

Заглянул в соседнюю комнату. Людмила спала, разрумянившись во сне. По их расчётам до родов оставалось меньше месяца, и теперь жена могла устать в любой момент. Устать, прилечь, заснуть.

Не самое удобное время для тяжёлого и опасного путешествия, прямо скажем. Однако руководство рассуждает здраво — Швейцарию нужно покидать как можно быстрее. Он уже думал об этом. Теперь пора не думать, а действовать. Потому что немцы наверняка уже действуют. А нападать на след и преследовать противника они умеют, в этом он убеждался не раз.

Но главное даже не это. Главное — ему поверили.

Или умело делают вид, что поверили?

Прекрати, сказал он себе. Эдак недолго и параноиком стать. Понятно, что попасть под каток репрессий можно очень просто, — и не таких людей, как он, лишали всех награди заслуг, а взамен этого давали десять-пятнадцать лет лагерей плюс «пять по рогам»[299]. А то и расстреливали. Но. Вот именно. Есть одно весьма существенное «но». Как раз таких не лишали и в лагеря не сажали и не расстреливали. По одной простой причине. Таких, как он просто нет. Он уникален. И не только потому, что весь из себя советский человек будущего, словно сошедший со страниц фантастического романа — умный, знающий, морально устойчивый, сверхсильный, сверхловкий и так далее и тому подобное. С ним — КИР. Корабельный Искусственный Разум, в необъятной памяти которого хранятся знания, без которых нынешнему Советскому Союзу не совершить научно-технологический и социальный рывок в будущее. Этот рывок оставит далеко позади все страны Запада, раз и навсегда продемонстрирует и закрепит мировое преимущество СССР, обеспечит всему советскому народу уверенность не только в завтрашнем дне, но и в сегодняшнем. Воспитает и на генетическом уровне закрепит в нём спокойную уверенность народа-победителя. Не только фашизма, но и грядущего либерализма, который уже в конце этого века извратит благородную идею свободы до вседозволенности и потакания самым низменным человеческим слабостям и порокам.

«И никто на свете не умеет лучше нас смеяться и любить». Эти слова из песни обретут новый смысл и вес, и мечта о справедливом обществе на земле станет реальностью. Ладно, приблизится к реальности насколько это возможно.

Если, конечно, учесть все факторы и двигаться вперёд планомерно и неуклонно…

Зазвонил телефон.

Максим снял трубку.

— Алло.

— Это Луиджи, — услышал он знакомый голос. — Я сейчас подъеду.

— Жду, — сказал Максим, положил трубку и отправился на кухню ставить чайник.

Проснулась Людмила, вышла на кухню, зевнула, прикрыв рот ладошкой.

— Прости, уснула посреди дня, — сказала. — Сама не заметила. Прилегла на минутку, и всё. Долго я спала?

— Сколько нужно, столько и спала, — ответил Максим. — Не извиняйся, не за что. Организм требует, значит нужно спать. Тем более, нам скоро опять предстоят всякие сложности.

— Какие? — Людмила села за стол, придерживая рукой живот. — Снова в дорогу?

— Догадливая ты у меня, — сказал он. — За это и люблю.

— Только за это?

— Ещё за красоту, ум, женскую мудрость, нежность, юмор и понимание!

— О как, — засмеялась она. — Сейчас загоржусь.

— Гордись, — сказал он. — Можно. Чай будешь?

— Давай. А кто звонил? Я слышала звонок сквозь сон.

— Луиджи, он сейчас приедет.

— Понятно, — сказала она. — Значит, точно сложности.

— А кому сейчас легко? — спросил он.

— Ты прав, — вздохнула она. — Разве что каким-нибудь богачам в Америке, но это не наш путь.

Они пили чай и болтали о разных пустяках, когда в дверь позвонили. Это был Луиджи. От чая он не отказался, однако и тянуть с не стал. Сделал пару глотков, поинтересовался самочувствием Людмилы и сказал:

— Вам нужно уезжать. Полчаса назад я получил инструкции. Кто и как мне их передал, говорить не стану, вам это не нужно. Достаточно знать, что я намерен этим инструкциям последовать. И вы тоже должны.

— Знаю, — сказал Максим. — Я тоже получил инструкции. В них сказано, чтобы мы полностью доверились вам.

— Тогда начинайте собираться, — сказал Луиджи. — Выезд послезавтра утром.

— Куда и на чём мы едем? — спросил Максим.

— Едете вы с Людмилой. Вернее, с госпожой Луизой Губер. Дайте мне ваши паспорта, завтра я вам их верну с нужными отметками и другими бумагами. Они вам понадобятся на границе с Италией.

— Мы едем в Италию? — спросила Людмила. Она уже в достаточной мере овладела немецким, чтобы понимать сказанное и строить простые фразы.

— Да. Швейцарский коммерсант Мак Губер со свой