"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

На базу прибыли незадолго до обеда, а дальше начались сложности.

Дежурные морпехи на КПП наотрез отказались отвечать на любые вопросы, касающиеся русских на базе.

— Ладно, парни, — в конце концов сказал Хемингуэй. — Тогда капитану Эдвардсу можете позвонить?

— Мэттью Эдвардсу? — уточнил здоровенный, чёрный, как гуталин, негр-морпех. — Начальнику военной полиции?

— Ему самому.

Негр снял трубку телефона, крутанул ручку.

— Капрал Кристофер Джеймс, сэр, — доложил. — Тут к вам гости. Эрнест Хемингуэй, писатель и какой-то русский. Ещё с ними женщина и двое детей. По виду — совсем младенцы. Слушаюсь, сэр!

Капрал положил трубку и сказал:

— Сейчас подойдёт, ждите.

Капитан Мэттью Эдвардс появился через пять минут. Высокий, крепкий, с тяжёлой, типично «американской» челюстью и серо-голубыми глазами. На вид — слегка за тридцать.

Узнав, в чём дело, он задумчиво провёл ладонью по гладко выбритому подбородку.

— Даже не знаю, — произнёс неуверенно. — Это не совсем моя компетенция…

— Брось, Мэтти, — сказал Хемингуэй. — Это мой друг Макс. С ним жена и двое малюток, которые родились в море два дня назад под огнём немецкой субмарины. Чёрт возьми! Этот человек на моих глазах уложил несколько фашистов из винтовки с расстояния полторы тысячи футов. Он мне жизнь спас! Клянусь, ещё чуть-чуть и мы захватили бы эту чёртову субмарину со всем экипажем. Да этот парень Медаль Почёта заслужил, самое меньшее. Давай, Мэтти, действуй, не заставляй меня звонить Уоллу.

— Какому Уоллу? — спросил капитан.

— Уоллу Докси, сенатору, — пояснил Хемингуэй. — Он этот вопрос за десять минут решит, но не хотелось бы отвлекать его по пустякам.

— Ничего себе пустяки, — пробормотал Эдвардс. — Ладно, давайте попробуем. Капрал, пропустите машину.

Представитель военной миссии СССР на базе в Гуантанамо был похож на взрослого ангелочка. Невысокий, белобрысый, с каким-то невинным взглядом ярко-голубых глаз и пухлыми губами. И только две намечающиеся складки, идущие вниз от крыльев носа и уже заметные морщины на лбу говорили о том, что он уже отнюдь не мальчик. Звали его Савелий Яковлевич Беленький и, как выяснилось позже, был он в звании младшего лейтенанта государственной безопасности.

К сообщению о том, что человек перед ним с швейцарским паспортом на имя Макса Губера на самом деле лейтенант государственной безопасности Николай Иванович Свят, выполняющий особое задание советского командования, он поначалу отнёсся скептически.

— А это, значит, ваша жена? — он посмотрел на Людмилу, которая сидела тут же, на кожаном диване, держа на руках обоих детей.

— Да, — подтвердил Максим. — Хотя, признаюсь честно, по советским законам мы пока официально не муж и жена. Но обязательно ими станем, как только доберёмся до дома.

Они находились в комнате, которую, судя по всему, командование базы выделило советскому представителю для работы. Здесь был стол, два стула, уже упомянутый диван, сейф, вешалка для одежды, книжный шкаф и два фотографических портрета на стене. Один — президента США Франклина Делано Рузвельта и второй — товарища Сталина.

— И вас, вот так, вместе отправили на задание? — спросил Беленький с неприкрытой иронией в голосе.

— Конечно же, нет, — сказал Максим. — Однако, если вы хотите узнать подробности моего задания, то вам придётся обратиться непосредственно к моему начальству в Москве.

— И какому же? Надеюсь, это вы мне можете сказать?

— Могу. Комиссар государственной безопасности третьего ранга товарищ Михеев Анатолий Николаевич и старший майор государственной безопасности товарищ Судоплатов Павел Анатольевич.

— Вот как, — сказал Беленький. — Товарищи Михеев и Судоплатов. Не больше, не меньше, да?

— Вы в каком звании, можно узнать? — поинтересовался Максим.

— Младший лейтенант государственной безопасности, — усмехнулся его собеседник. — А вы?

— Лейтенант государственной безопасности, — сказал Максим.

— О как, — всё так же насмешливо произнёс Беленький. — Значит, вы старше меня по званию, и я должен подчиняться вашим приказам. Так получается?

— Вы можете мне не верить, — сказал Максим, которому это всё начало надоедать. — Но не сомневайтесь, что и без вашей помощи я найду способ связаться с Москвой. Результат будет тот же, но достигнут он будет без вашего участия. С соответствующими последствиями. Понимаете, о чём я? Позвоните Репину, у вас с ним наверняка есть связь.

— Вы знаете Репина?

— Лично — нет. Но знаю, что должен с ним связаться.

— Хм, — Беленький ещё раз глянул на Максима, потом на Людмилу, повертел в пальцах карандаш. — Можете положить детей на диван, — сказал. — Тяжело, наверное, на руках держать.

— Спасибо, — Людмила уложила спящих спелёнутых детей поперёк дивана.

— Что ж, ладно, — наконец сказал Беленький и снял трубку телефона. — Надеюсь, я об этом не пожалею.

Спустя короткое время он дозвонился в Нью-Йорк.

На другом концепровода сняли трубку.

— Здравствуйте, Александр Константинович, — поздоровался Беленький. — Беленький беспокоит.

— Слушаю тебя, — ответил спокойный ясный голос.

Коротко, по-военному, младший лейтенант госбезопасности доложил о ситуации.

К чести его собеседника, долго раздумывать тот не стал.

— Как, ещё раз, его зовут? — расслышал Максим.

— Лейтенант государственной безопасности Николай Свят. Так он утверждает.

— Дай ему трубку.

— Вас, — Беленький протянул