"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

Он снял трубку телефона, бросил в неё:

— Николай, зайди.

Вскоре в кабинет вошёл среднего роста широколицый с крупным мясистым носом человек лет сорока пяти. Был он в военной форме с такими же знаками различия, как у Михеева. То есть комиссар государственной безопасности третьего ранга.

Раньше Максим его не видел.

— Кто это? — спросил он у КИРа.

— Власик, — сообщил всезнающий КИР. — Николай Сидорович. В это время начальник личной охраны Сталина.

— Коля, — обратился к человеку Сталин. — Мне нужны твои лучшие люди. Прямо сейчас.

— Сколько человек, товарищ Сталин?

— Трое… Нет, четверо. Лаврентий, как думаешь, четверых хватит?

— Лучше пятеро, — сказал Берия.

— А какая задача? — спросил Власик.

— Видите вот этого молодого человека? — чубуком трубки Сталин указал на Максима.

Максим встретился взглядом с начальником охраны первого человека страны. Зеленовато-серые глаза Власика были абсолютно бесстрастны.

— Так точно, вижу.

— Нужно, — Сталин ненадолго задумался. — Нужно не допустить, чтобы он вышел из кабинета, а потом из здания. Но не убивать и не калечить, будем считать это тренировкой. Просто обездвижить. Взять.

— Пусть калечат, — улыбнулся Максим. — Разрешаю. В свою очередь обещаю, что все останутся живы и здоровы

— Товарищ Берия прав, — произнёс Власик, даже не посмотрев на Максима. — Лучше пятеро. А ещё лучше семеро. Двое блокируют кабинет, двое этаж и ещё трое первый этаж и выход из здания.

— Берите сразу десять, — посоветовал Максим.

Власик даже ухом не повёл.

— Берите столько, сколько нужно, — сказал Сталин.

Власик попросил пять минут на подготовку и вышел из кабинета.

Ровно через пять минут вернулся и сообщил, что всё готово.

— Начинаем, — сказал Сталин. — Товарищ Седых, ваша задача выйти из кабинета, потом из здания, а затем вернуться сюда. Никого не убивать.

— Как можно, товарищ Сталин, — сказал Максим. — Все останутся целы и невредимы, как и обещал. Разве что слегка помяты.

— Тогда действуйте, — разрешил Сталин.

Максим перешёл в сверхрежим.

Время привычно замедлилось.

Присутствующие в кабинете словно превратились в живые статуи. Только было видно, как едва движется к трубке рука Сталина с подаренной зажигалкой.

В два шага Максим преодолел расстояние до дверей и распахнул их.

Прямо задверью его ждали двое крепких молодых людей в форме. Позы напряжённые, взгляды цепкие.

Не калечить, повторил себе Максим и нанёс два коротких удара щепотью точно в солнечные сплетения сначала одному, затем второму. Правой и левой рукой.

Затем скользнул между охранниками.

Перед выходом в коридор, замер стараясь поймать медленный столетний ритм Сенатского дворца.

У всего есть свой ритм, даже у придорожного камня.

Нужно только уметь этот ритм почувствовать и слиться с ним.

Тогда окружающие перестанут тебя замечать.

Видеть будут. Замечать — нет.

А если ещё и двигаться со скоростью, намного превышающей максимальную скорость, с которой способен двигаться обычный человек, то и не увидят.

Да, сразу два таких состояния — «невидимости» и сверхрежма — долго не удержать, очень много энергии уходит, но ему долго и не надо. Достаточно нескольких минут.

Кабинет Сталина находился на втором этаже Сенатского дворца.

Оказавшись в коридоре, Максим сразу засёк двоих охранников, которые, не таясь, блокировали проход справа и слева.

Оставаясь в режиме «невидимости», Максим ускорился.

Охранник слева, которого он миновал, даже не успел повернуть голову. Он не увидел Максима, только почувствовал движение воздуха и, как он рассказывал потом, услышал чьи-то лёгкие быстрые шаги.

Тенью вниз по лестнице, и вот уже первый этаж.

Здесь ещё двое. Один возле лестницы, второй — у выхода. Крутят головами в разные стороны, максимально внимательны.

С учётом тех четверых, что дежурят на входе постоянно, шестеро.

Всех шестерых он миновал абсолютно беспрепятственно.

Охранники рассказывали потом, что входные двери, ведущие на Сенатскую площадь, вдруг распахнулись и закрылись сами по себе.

Максим выскочил под открытое небо и тут же наткнулся на седьмого охранника.

Этот парень, ростом чуть выше Максима, худощавый и собранный, оказался не лыком шит. Сообразив, что происходит нечто недоступное его пониманию и реакции, он поступил просто. А именно — нанёс прямой удар в пустое, как ему казалось, пространство перед дверью в тот момент, когда она открылась.

Если бы Максим был человеком-невидимкой, наподобие героя одноимённого романа Герберта Уэллса, он мог бы и попасться в эту ловушку и пропустить удар.

Но он, конечно, не попался — просто перехватил руку, которая двигалась, словно сквозь густой кисель, заломил за спину, затем уложил охранника на крыльцо, легонько стукнул по затылку, обозначая свою победу, отпустил и вошёл обратно в здание.

Здесь его ждал неприятный сюрприз.

Двое охранников, посланных Власиком, не были вооружены. А вот те четверо, которые дежурили на входе постоянно, — были. Довели до них приказ не стрелять? Возможно, довели. А возможно, и нет.

Как бы то ни было, за те две секунды, что Максим потратил на последнего охранника снаружи, они успели выхватить наганы и открыли огонь сразу же, как только двери распахнулись во второй раз.

Но всё равно слишком медленно.

Револьверные пули с характерным звуком входили в толстое дерево дверей, запахло сгоревшим порохом, а Максим уже перекатился вплотную к стрелявшим.

Убивать их он не