"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

— Дети здоровы, слава Богу. Жена собирается на следующий год восстанавливаться на медицинский факультет. Готовится.

— Да, помню, ты говорил. Помощь нужна с документами?

— Справляемся, товарищ Сталин.

— Это хорошо. Значит, ты готов снова лететь в Северную Америку?

— В США? — уточнил Максим.

— На этот раз в Канаду, — сказал Сталин. — Мне сегодня позвонил Рузвельт. Наша победа на Курской дуге, как я и предполагал, весьма его впечатлила. Его и Черчилля. Мне кажется, они созрели, чтобы открыть Второй фронт. Собирают по этому поводу предварительную конференцию в Квебеке, просят, чтобы ты прилетел. Настоятельно просят.

— Предварительную?

— Окончательная будет, скорее всего, в Тегеране. Там уже буду присутствовать и я. Если договоритесь в Квебеке.

— Иосиф Виссарионович, я не отказываюсь, но не устану повторять. Я не дипломат.

— Когда я начинал революционную борьбу, тоже не думал, что придётся руководить самой большой в мире страной. Однако руковожу. Или ты так говоришь, чтобы заранее соломки подстелить? — Сталин остро взглянул на Максима. — На случай неудачи? Я, мол, предупреждал, что не дипломат.

Максим смутился.

— Нет, конечно, — пробормотал он. — Просто…

— Просто нужно делать то, что тебе поручает партия, правительство и советский народ в моём лице, — отрезал Сталин. — Мне лучше знать, получится у тебя или нет. Получится! Со всем остальным получается и сейчас получится. К тому же отсебятину нести не придётся. Во-первых, рядом с тобой будет наш посланник в Канаде Фёдор Гусев. Молодой, но хваткий. Из крестьян. Молотов его хоть и ругает, но доверяет, а это о многом говорит. Можешь на него положиться, подробные инструкции Гусеву даны. Сам тоже получишь чёткие инструкции. Вот их с Гусевым и держитесь.

— А если придётся импровизировать?

— Значит, импровизируй! В рамках инструкций. Запомни главное. Мы не просим. Мы предлагаем поучаствовать. Как союзники. Не захотят — всё будет наше. Вплоть до Гибралтарского пролива.

— Да ладно, Иосиф Виссарионович, — сказал Максим, втягиваясь в разговор. — Зачем нам Франция с Испанией? Как сказал бы на это господин Черчилль, не великоват ли кусок? Да и Италия… Хотя я намекал сицилийским мафиози на возможное сотрудничество в будущем.

— И как они отнеслись? — спросил Сталин.

— С интересом.

— Италия нам точно не нужна, — сказал Сталин. — К тому же, там вскоре собираются высаживаться те же американцы. Вот и пусть высаживаются, мешать не будем. Даже поможем. Через тех же твоих мафиози.

— Они не мои, — возразил Максим. — Они свои собственные.

— Какая разница, — сказал Сталин. — Главное, они сейчас на нашей стороне. Значит, нужно их использовать. Франция с Испанией — лишнее, ты прав. Обойдёмся. Но американцы с англичанами этого не знают. Так что пусть боятся. Боятся и торопятся. Чем скорее откроют Второй фронт, тем меньше погибнет советских солдат. А больше нам ничего и не надо.

— Если не считать Восточной Европы и Германии, — сказал Максим.

— В правильном направлении мыслите, товарищ Седых! — похвалил Сталин. — А говорите — не дипломат и не политик.

— Приходится учиться, — засмеялся Максим. — Слава Богу, учителя у меня хорошие.

И снова железное брюхо «личного» Ли-2 и долгий перелёт через всю страну, Берингов пролив и Аляску в Канаду.

Хорошо хоть за это время Максим озаботился придать самолёту больше комфортабельности. Салон утеплили, шумоизолировали, поставили удобные кресла, которые при необходимости раскладывались и превращались в кровать, и даже устроили небольшую кухоньку. Улучшили туалет. К экипажу по настоянию Максима прибавились две стюардессы. Летать сразу стало гораздо удобнее.

Так что с трапа самолёта в Квебеке Максим сошёл отдохнувшим и хорошо выспавшимся.

Его встречали. Внизу, у трапа, стояли две машины: роскошный «бьюик» вишнёвого цвета и четырёхдверный голубоватый «форд» прошлого года выпуска.

Возле «бьюика» курил средних лет мужчина с длинным холёным лицом, одетый в хороший костюм и с шляпой на голове.

Возле «форда» стоял в свободной позе посланник СССР в Канаде Фёдор Гусев (Максим узнал его по фото). Еще довольно молодой человек с широко расставленными внимательными серыми глазами, чуть выпяченной верхней губой и глубокими ранними залысинами.

Длиннолицый и Гусев подошли к трапу почти одновременно.

Но Гусев всё-таки чуть раньше.

— Здравствуйте, Максим Алексеевич, — скупо улыбнулся Гусев, протягивая руку. — Я — Гусев Фёдор Тарасович.

— Очень приятно! — Максим широко и обаятельно, как умел только он, улыбнулся и крепко пожал протянутую руку. — Мне говорил о вас товарищ Сталин. Будем работать вместе.

— С радостью, — сказал Гусев.

Длиннолицый представился Чарльзом Смитом, личным секретарём канадского премьер-министра Маккензи Кинга, и предложил ехать в «бьюике».

При этом всем своим видом и тоном давал понять, что лично он считает своё поручение встретить и отвезти какого-то русского явным недоразумением и потерей драгоценного времени.

— Спасибо, — с хорошо рассчитанным холодком поблагодарил Максим. — Но я поеду с товарищем Гусевым. Если вы не возражаете, конечно. А вы нам покажете дорогу, хорошо?

И снова широко и обаятельно улыбнулся.

— Как скажете, — чуть ли не сквозь зубы процедил Чарльз Смит, бросил недокуренную сигарету на бетон, загасил её подошвой и, прямой, как палка, направился к машине.

Гусев усмехнулся и сказал негромко:

— Сбили спесь с господина секретаря. Один-ноль в нашу пользу. Поехали, Максим Алексеевич.

— Можно просто Максим и на «ты». Поехали.

— Тогда я — Фёдор.

Машину Гусев вёл сам. Пока ехали, постарался коротко ввести Максима в курс дела, но