"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов

Бабы вокруг зашептались, некоторые даже начали осенять себя знаком небесной пары. Но чудище даже не почуяло защитного знака, поведя лапой в воздухе.

— Так, — забормотал Юрий, — фрезу вручную вставлять надо, а сюда — дерево.

При чём тут высокий ажурный ворот стоечкой, тоже именуемый фрезой, совершенно непонятно. Однако вместо воротника в руках у Юрия оказалось хитрое толстое сверло. Он вложил его в лапу, и та с тихим жужжанием схватила вещицу, стиснув на ней все три когтя, а потом зашевелилась, осторожно коснувшись кончиком сверла небольшой серебряной пластинки.

А Юрий придирчиво оглядел дрова и выбрал самое толстое полено. Оно было сухое, но добротное. А когда вложил в большие тиски, сверло с громким жужжанием закрутилось, и лапа начала водить им по полену. В разные стороны полетела мелкая стружка. Женщины повторно осенили себя знаком Небесной Пары.

— Вот, моя госпожа, — довольно произнёс Юрий, отряхивая ладони, — хотите научиться пользоваться артефактами халумари — учите арифметику. Без неё не получится.

Лапа водила клешнёй по полену, а все смотрели на то, как сверло вытачивало поделку, как заворожённые. А когда колба со светом погасла, и лапа замерла, как неживая статуя, дружно заорали.

— Дизель!

Бычка снова подстегнули, а тем временем Андрэй поставил на раскалённые угли перегонный куб и подбросил дров.

— Учитесь, моя госпожа, — произнёс Юрий, оглядев толпу, забывшую о свои заботах, о танцах и прочем. И только леди Ребекка негромко, но поучительно заговорила:

— А я бы вам, Юрий, тоже преподнесла урок. Зачем вы пошли в лес к призраку?

Юноша застыл и опустил глаза, как напакостивший школяр.

— Я должен был что-то сделать, — тихо произнёс он.

— И вы сунулись туда? А если бы это была ловушка и призрак завёл вас в неё, где вас ждала бы долгая и мучительная смерть? Или он вселился бы в вас, а потом начал убивать по одному? Или подсыпал бы отраву в еду?

Юрий оглянулся по сторонам, но смолчал.

— А знаете, почему погибла одна из моих солдаток? — продолжила Ребекка, и в её голосе зазвучала сталь. — Потому что вы оказались не готовы к вхождению в проклятое место. Я не знаю ваших халумарских штучек, но вы повели себя, как мальчишка. Ринулись совершать благородные глупости! Это всех касается! И тебя, дитя моё, Клэр. Бросаться на призрака с голым клинком! Умереть ты всегда успеешь, только зачастую смерть получается глупой, и только наёмные менестрели могут исправить глупость на доблесть, которой не было. Было такое в истории не раз. Как же, она же королева, зачем ей шлем при осаде замка⁈ Она же самая лучшая охотница, можно и на медведя с голыми руками. Лучшая воительница! Зачем ей щит⁈ — повысила голос Ребекка. — Ваше дело не демонов побеждать! Ваше дело — вести в бой армию, и для этого нужно учиться тактике. Ваше дело — на дуэли защищать свою честь, чему тоже учиться надо, считать расходы и доходы всего графства, и от вашего умения посчитать дважды два будут зависеть судьбы десятков тысяч людей! — Ребекка достала фляжку с настоем валерианы, приложилась к ней и продолжила: — А что же храмовница? Ходила по полю, как сонная улитка!

Катарина сперва хотела возразить, но передумала и вместо этого опустила глаза в землю: всё верно говорит рыцарша.

— А волшебница⁈

— Я сделала волшебный меч, — тихо ответила Лукреция, не привыкшая к тому, что на неё так повышают голос.

— Волшебный — да. Боевой — нет. Вы говорили, что он больно духу может сделать, но льва зубочисткой не прогонишь! Придумайте что-нибудь и освойте, наконец, боевую магию, а то толку от вас нету. Торгашка от магии!

Лукреция стиснула зубы и заскрипела ими от злости, но смолчала. А леди Ребекка встала с места.

— И если хоть одна падаль неподобающе прошепчет на ухо другой падали о Её Светлости, вырву поганый язык и засуну в мохнатую дырку, будете получать удовольствие. Он же у вас длинный, без костей, и сам по себе болтает. А если, не приведи Небесная Пара, кто откажется выполнять сказанное Её Светлостью, буду пороть бичом для скота, пока шкура со спины не слезет до голого мяса и рёбер, а потом брошу без покаяния и погребения на обочине дороги, чтоб вас гиены, шакалы и стервятники по кускам растащили!

Все застыли, и лишь волшебная лапа Чепеу продолжала выпиливать из полена свою поделку.

Время тянулось медленно. Вокруг волшебной колбы со светом кружились мошки и мотыльки. Выскакивали из ночной тьмы летучие мыши, хватали свою добычу и снова скрывались во мраке. Где-то огласил протяжным рёвом свои владения одинокий лев, в ответ ему захохотали гиены. А немного погодя в опустившейся тишине стало слышно, как перегонный куб начал шипеть вырывающимся из небольшого отверстия паром. Вскоре что-то щёлкнуло, и пар перестал идти, зато затарахтела, как бешеная маслобойка, вещица, к которой подсоединили трубки.

— Даёшь стимпанк! — весело закричал Андрэй, пытаясь внести хоть немного добрых слов в эту зловещую тишину, но всем было невесело.

Генерал сидел за большим обеденным столом, убранство которого состояло из белоснежной скатерти, серебряных приборов, хрустальных кубков и тарелок. В кубках — белое вино, на блюде — жареная порчетта в сахарном луке, мягкие лепёшки, похожие на лаваш, сыр пяти сортов, от солёного козьего до чего-то подобного пармезану, из даров озера — рыба, речные кальмары в оливках, большие лягушки в овощах и даже крокодильчики, начинённые бобами. Да и вообще стол ломился от угощений. А посередине, между бутылками и серебряными супницами, — большой подсвечник на десять свечей. Но самым необычным были в этом обеде не угощения и не сервировка, а люди, с которыми он сидел за столом.

Напротив аккуратно резал форель разодетый в белое с позолотой господин Винсент да Лаура — архивариус Круга. За ворот у него была заткнута большая тканевая салфетка, а от самых разных перстней пухленькие пальцы казались принадлежащими манекену. Мужчина резал рыбу и одновременно с этим обводил цепким взглядом остальных гостей своего дома.

Посередине, между генералом и архивариусом, расположилась Кассия да Бэль. Старая ведьма