Майк Резник - Вдоводел воскрешенный

— Зачем?

— Ты знаешь, где прячут дочь губернатора?

— Нет, разумеется, нет.

— Я тоже не знаю. А вот если по реакции кого-то из заключенных ты поймешь, что он знает, мы вытащим его из тюрьмы и возьмем с собой.

— Я думала, что тебе нужна только я.

— Мне нужна не только защита, но и уверенность, что я на правильном пути. Поэтому приходится привлекать и других.

— А что будешь делать ты?

— Спать.

— Спать? — с возмущением переспросила Мелисенд.

— Кто знает, когда еще представится такой случай. В нашем деле для сна приходится выкраивать минуты. Я буду спать, а компьютер — подбирать информацию по Голубым Глазкам.

— Если Мелисенд найдет нужного человека, мне внести за него залог? — спросил Киношита. Найтхаук покачал головой.

— Нет, решение буду принимать я.

— Почему? Я же могу сэкономить тебе время.

— Если мы ошибемся, он попытается перестрелять нас и предупредить Ибн-бен-Халида. А мне не хотелось бы убивать человека только потому, что я неосмотрительно освободил его из тюрьмы.

— Понятно, — кивнул Киношита. — Решение за тобой.

— Я рад, что наши взгляды совпадают, — холодно ответил Найтхаук.

Когда Найтхаук возвращался в «Синий дракон», у него возникло смутное ощущение, что за ним следят. Оглядываться он, естественно, не стал, но уголком глаза ловил движущееся отражение в витринах и на металлических дверях авто.

Если б кто-то хотел убить меня, думал Найтхаук, выстрелы давно бы уже прогремели, поэтому преследователь то ли хочет поговорить, то ли узнать, куда я направляюсь. Пункт назначения не представлял большого секрета: прошлым вечером, покинув корабль, он побывал только в «Синем драконе», значит, и в этот вечер идет туда же. В общем, Найтхаук решил, что с ним хотят поговорить.

Вопрос состоял лишь в том, как обставить предстоящий разговор. Если его вербовали в киллеры, следовало нырнуть в проулок или то, что могло сойти за проулок в переплетенье улиц, где проживали как люди, так и инопланетяне, затаиться, дождаться преследователя, напасть на него, обезоружить, поколотить, а потом выяснить, кто его послал. То есть показать нанимателям свою удаль.

Но Найтхаук не сомневался, что киллеров у Халида хоть пруд пруди. Такое решение мог принять молодой петушок вроде первого клона Вдоводела.

Нет, чем дольше он думал, а думал он быстро — время поджимало, тем больше склонялся к мысли, что никакой вербовкой не пахнет — с ним просто хотели поговорить. Но с какой стати и у кого могло возникнуть желание поговорить с Джефферсоном Найтхауком? Вдоводел умер сто лет назад, а то, что он — клон, никто не знал. Загадка требовала разрешения.

Найтхаук направился к ресторану для инопланетян, большинство посетителей которого составляли лодиниты и канфориты, постоял у ярко освещенной витрины, дабы убедиться, что преследователь хорошо видит его, вошел в зал. Метрдотель, маленький, похожий на оранжевого кенгуру краганец, ужасно расстроился, увидев перед собой человека, но ничем не выдал своих чувств и проводил Найтхаука к свободному столику.

— Мы рады обслужить вас, — говорил он в закрепленный на плече транслейтор, — но должен предупредить, что большинство блюд нашего меню несовместимо с обменом веществ вашего организма.

— Может, отведать тебя? — усмехнулся Найтхаук. Услышав перевод, краганец громко пискнул, чем привлек внимание тех, кто еще не смотрел на Найтхаука с откровенной враждебностью.

— Я не значусь в меню! — заверещал он на весь ресторан. — Вы не можете меня съесть. Мы не едим друг друга.

— У тебя плохой транслейтор. Пора бы выучить терранский и обходиться без него.

— Полагаю, вам даже в голову не приходило выучить краганский.

— Нет, и не придет. Мне твои деньги не нужны, а вот ты хочешь получить мои. Так что придется тебе приспосабливаться.

Краганец долго смотрел на него.

— Так вы не хотите меня съесть?

— Надеюсь, тебя порадует, что даже мысль об этом вызывает у меня тошноту.

— Хорошо. Что будете заказывать?

— Стакан воды. Я жду приятеля. Когда он подойдет, ты объяснишь, что мне можно есть, а чего нельзя.

— Я не вижу другого человека. — Краганец огляделся.

— Я не говорил, что подойдет человек.

— А как он выглядит? Я должен знать, чтобы проводить его к вашему столику.

— Не твоя забота, — отмахнулся Найтхаук. — Он сам разберется.

— Как скажете.

— А теперь неси воду и оставь меня в покое.

— Я еще должен предупредить вас, что мы не принимаем кредитки Олигархии.

Найтхаук достал из кармана пригоршню талеров Марии-Терезии, высыпал на стол.

— Эти подойдут?

Краганец посмотрел на золотые монетки, кивнул и отбыл за водой. Принес стакан, поставил на стол, потянулся за талерами.

Найтхаук шлепнул его по мохнатой руке.

— Мы еще не заказали и не поели.

— Откуда мне знать, что вы не смахнете талеры в карман и не уйдете, не заплатив? — спросил краганец.

— Откуда мне знать, что ты не хочешь отравить меня? — вопросом на вопрос ответил Найтхаук.

Краганец долго смотрел на него, словно вопрос требовал серьезного размышления, потом отошел.

Найтхаук пил воду, поглядывая по сторонам. Семнадцать канфоритов, восемь лодинитов и два краганца изо всех сил старались не замечать присутствия чужака. Только один ребенок-лодинит, лет четырех, открыто таращился на него, словно никогда не видел человека. Найтхаук понимал, что это не так, но мог поспорить на последнюю кредитку, что в ресторане для инопланетян такие посетители, как он, — событие.

Наконец высокий инопланетянин, гуманоид с красной блестящей кожей, вошел в зал и направился к столику Найтхаука.

— Позволишь присоединиться? — говорил он, четко произнося каждый слог. Найтхаук кивнул.

— Что, надоело ждать под дверью?

Теперь кивнул инопланетянин. Его уши, размером не больше человеческих, при этом движении подались вперед, а потом откинулись назад. Точно так же, отметил Найтхаук, двигались уши и у слонов, в глубокой древности водившихся на Земле.

— Почему ты здесь? — спросил инопланетянин. — Ты же не можешь есть их еду.

— Я думал, ты предпочтешь поговорить со мной тут, а не в «Синем драконе». Если я ошибся, можем пойти туда. — Он привстал.

— Ты не ошибся.

Найтхаук сел.

— У тебя есть имя?

— У каждого есть имя, Джефферсон Найтхаук.

— Тебя не затруднит назвать его?

— Всему свое время.

— Хорошо, тогда… по крайней мере скажи, с какой планеты ты родом?

— Вопросы буду задавать я, — ответил инопланетянин.

— Об этом можно поспорить, — процедил Найтхаук. — Потому что сейчас именно мой пистолет нацелен тебе в живот.