"Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Борисова Светлана

Впрочем, находились и те, кто желал испытать на прочность не только характер, но и шкуру нового североводского князя, подозревая в нём самозванца или видя обиду в том, что он обошёл их в праве на престол.

Особенно вызывающе вели себя молодые княжичи. Поскольку в их среде считалось, что нанесённое оскорбление смывается только кровью, то по первости Клермону приходилось по нескольку раз в день сражаться на дуэлях. Он старался не убивать мальчишек, но чувствительно бил их по самолюбию, нанося раны туда, где ими не похвастаешься, а именно на спине и пониже.

Родители княжичей оценили его щадящую тактику и потянулись к нему с извинениями. Ну а старшее поколение, пообщавшись с Клермоном, безошибочно признавало в нём своего, — ведь рыбак рыбака видит издалека. Тем более нашлись те, кто знал его лично, поскольку бывали в гостях в его родном поместье. О подарке звёздной демоницы пока никто особо не знал, и его принимали не за сына, а за внука князя Ратмира и при этом удивлялись, как сильно он похож на своего отца княжича Клермона и даже имена у них одинаковые. Так что слухи о том, что он самозванец, быстро стихли. Правда, несколько юных осталопов из дальних княжеств, до которых вести обычно доходили с большим опозданием, всё же вызвали его на дуэль, но этих Клермон приказал запереть в сундуки и отправить обратно родителям, что и было сделано, к радости последних.

Идиотанцы тоже не упустили возможность воспользоваться сменой власти на североводском престоле. Предвкушая богатую добычу, они отправились в поход к Италийскому побережью, но лишний раз убедились, что мёртвым деньги не нужны. Самое печальное для морских разбойников заключалось в том, что североводский князь не ограничился разгромом их банд, он сжёг все их корабли до единого. Потому уцелевшие идиотанцы были вынуждены куковать на суше, ведя жизнь помойных крыс в окружении свирепых кошек, поскольку княжеские патрули регулярно обыскивали злачные места на побережье и при малейшем подозрении хватали чужаков.

Столь бурное начало княжения привело к тому, что у Клермона завязалось множество знакомств среди богатых семейств, особенно в купеческой среде, ведь торговцы кровно заинтересованы в крепкой руке у княжеской власти, способной оградить их от разбойников. Поэтому он не сомневался, что его свадьба не останется без гостей. И всё же его задело, что среди родовитых было много отказных писем, где под разными благовидными предлогами сообщалось, что, к глубочайшему сожалению, имярек такой-то и его семейство не смогут почтить своим присутствием столь знаменательное событие.

***

После интенсивных занятий по изучению керамийского языка Татьяна как раз занималась тем, что читала очередное такое послание. «Ещё надсмехаются гады», — сердито подумала она и протянула письмо горничной, которую старая княгиня приставила к ней.

— Сложи его к остальным письмам.

Горничная выскользнула из комнаты, и Татьяна, бесшумно отворив двери, отправилась следом за ней. Увидев, что горничная постучалась в покои старой княгини, она фыркнула и, развернувшись, налетела на Клермона.

— Следишь за слугами? — улыбнулся он.

— Само собой. Я же не дура, чтобы доверять тем, кто доносит на меня.

— Умница, но лучше поручи это дело Римасу, тебе оно не по чину. Он найдёт тебе кого-нибудь, кому можно доверять, — Клермон привлёк девушку к себе и поцеловал. — Как твои успехи в керамийском? — поинтересовался он.

Татьяна состроила жалостливую гримасу и показала ему покрасневшие ладони.

— Вот! Лупцуют как сидорову козу.

— Понятно. Княгиня Савика взялась за тебя всерьёз. Это хорошо, — Клермон предусмотрительно шагнул в сторону, тем не менее девушка исхитрилась пнуть его по лодыжке.

— Злюка! — он поцеловал её пострадавшие ладони, а затем подхватил на руки. — У меня тут выдалось свободное время, — сообщил он и толкнул ближайшую дверь.

— Это ещё что такое? — ледяным тоном вопросила княгиня Савика, воззрившись на них с таким видом, что Клермон попятился назад и, ничего не сказав, вышел из комнаты.

Давясь смехом, Татьяна уткнулась носом в его шею.

— Смешно тебе, да? — рассердился он. — В своём доме я даже не могу найти место для уединения!

— Это, мой дорогой, называется птица Обломинго, — и она наградила его страстным поцелуем. — Давай двигай в направлении спальни. Клянусь, ты не пожалеешь.

— Распутница, — вздохнул Клермон, но его глаза загорелись. — Только не увлекайся, хорошо? А то у меня скоро встреча, которую я не могу отложить.

— Хорошо, — согласилась она. — Изнасилую тебя по-быстрому, чтобы ты не опоздал на свою чёрт… хлудову встречу, — и её рука скользнула по его животу.

— Думай, что творишь! — задохнувшись, прошипел Клермон. — Иначе я возьму тебя прямо здесь. Сама же потом будешь плакаться, что от твоей репутации ничего не осталось.

— Плевать на репутацию! — тем не менее Татьяна оглядела коридор. — Беру свои слова обратно. Кажется, есть малолетние соглядатаи. Тогда идём на всех парусах к законному ложу, я тоже хочу тебя...

— Ну-ка, вернитесь! — настиг их строгий голос старой княгини.

— Чёртова старуха! — жалобно пробормотала девушка и умоляюще посмотрела на Клермона. — Может, ну её? Давай сделаем вид, что не слышали, хорошо?

Он поставил её на ноги.

— Прости, старших должно слушаться.

Княгиня распахнула перед ними двери.

— Внутрь, оба! — приказала она, видя, что Клермон собрался уйти.

— Садитесь, — она указала на диван и стеганула девушку прутом, видя, что она откинулась на его спинку. — Сядь прямо! На самый краешек! Колени вместе, ладони на колени, плечи распрямить, голову выше, глаза опустить. Молчать! Тебе никто слова не давал. Не смотреть на князя! Никаких гримас и улыбок. Ну, долго мне ждать?

Татьяна жалобно посмотрела на Клермона, но он вздохнул и отвёл взгляд.

— Предатель! — шепнула она и села так, как было велено.

Пройдясь перед диваном, на котором они сидели, старуха остановилась перед Клермоном и с силой стукнула палкой по полу.

— Князь, вы уверены, что она из приличной купеческой семьи? Что-то мне не верится. В нашей среде все знают керамийский язык. К тому же она ничего