Фантастика 2026-213 - Борисова Светлана
Я рванул вперед, взмахнув мечом, отправив воздушное лезвие в сторону монстра. Магический клинок впился в его плоть, рассекая её от плеча до того места, где должен был быть живот. Однако монстр не собирался падать или умирать – вместо этого он сомкнул пару лишних рук на своей ране, которая сразу же стала заживать, как будто мой удар был для него не больше чем царапиной. А мне тут же пришлось уклоняться: несколько щупалец резко удлинились, ударив по тому месту, где я только что стоял, будто плети, и оставив на земле несколько глубоких борозд.
– Регенерирует, зараза, – пробормотал я, меняя позицию. – Амидамару, у тебя есть что-нибудь помощнее? Не хочу пока использовать свой козырь – тут слишком тесно.
Богомол скользнул вперед, его острые, как клинки, лапы взметнулись, готовясь к атаке. Но монстр не успел уклониться или нанести превентивный удар: силуэт Амидамару расплылся, как бы от очень быстрого движения, и со всех сторон на чудовище обрушился яростный шквал атак. Острые руки-шипы мелькали, как смертоносные лезвия, разрывая плоть на куски. Через мгновение тело монстра превратилось в кучу кровавого фарша, которая с противным чавканьем упала на землю. Амидамару удовлетворенно хмыкнул, глянув на результаты своей работы, смахнул грязную кровь со своих лезвий и отступил, возвращаясь на свое место.
И что это было? Это какое-то магическое ускорение? Наверное, “молниеносность” или что-то типа того. Очень впечатляющий аспект.
– Что-то не так, – тревожно заметил я, не отрывая взгляда от ошметков плоти, в которых словно бы завелись какие-то червеобразные паразиты. – Он все еще жив.
Но вместо того чтобы умереть, чудовище начало оживать. Обломки плоти зашевелились, складываясь в новое чудовище Франкенштейна. Обрезанные конечности соединялись, формируя новые, еще более безумные сочетания, а в воздухе повисла густая, почти осязаемая тьма. Да что не так с этим монстром? Ладно, он погиб в огне, может, огонь его и доконает?
– А ну, отойди-ка в сторонку, приятель, – предупредил я богомола.
Не теряя времени, я стал собирать энергию для своего супер-удара. Поток бушующего пламени с гулом обрушился на комок копошащихся щупалец, из которых вот-вот должен был сложиться новый монстр. Раздался противный рев, в воздухе запахло горелой плотью. Однако все пошло совсем не так, как я ожидал. Вместо того, чтобы рассыпаться в прах, чудовище стало поглощать бушующее вокруг него пламя и резко увеличиваться в размерах, отращивая дополнительные руки и щупальца. Его тело покрывшись яркими трещинами, как будто под поверхностью его тела бушевало собственное пламя. Вот черт, да огонь его только усиливает!
– Осторожно, он становится элементалем огня! – выкрикнул мой товарищ, едва успев уклониться атаки пылающего щупальца. – Харука, нам нужно подкрепление!
К моему удивлению, богомол стал резко уменьшаться в размерах, а его голос становился все тоньше. Он уже с трудом уклонялся от атак, посекундно используя свое ускорение, чтобы компенсировать разницу в размерах. Видимо, Харука решила направить свою силу в другого фамильяра.
– Отступаем, скорее, этот гигант нам не по силам! – запаниковал Амидамару, сбитый с толку этими магическими метаморфозами.
Я поспешил схватить дезориентированного беднягу и усадить себе на плечо – все равно в таком состоянии он бы долго не протянул.
Подмога не заставила себя ждать: в воздухе материализовался еще один незнакомый фамильяр – на сей раз крылатый, напоминающий журавля в самурайских доспехах. Он принялся энергично обстреливать противника водяными сгустками, ловко уклоняясь от взмахов пылающих щупалец огненного элементаля. Я тоже стал атаковать монстра, используя воздушные лезвия – в любом случае, регенерация требует энергии, которая рано или поздно должна закончиться.
Под шквалом магических снарядов, монстр стал терять все больше сил. Отрубленные щупальца больше не возвращались к его основному телу, а попросту лежали на земле, извиваясь, будто змеи. Наконец, энергия элементаля полностью истощилась, отчего он резко уменьшился в размерах, а пылающий внутри него огонь погас. Еще один взмах – и разрубленное пополам чудовище осело на пол, и рассыпалось пеплом.
– И это все? Аматоры.
В дымке, образовавшейся над его телом, на мгновение возник силуэт симпатичной демонической девушки с голубыми глазами, длинными черными волосами и рожками, одетой в темные одежды.
Видение исчезло, а на его месте остался магический символ, изображающий огонь.
– Кхм, – стыдливо прокашлялся малютка-богомол. – Вышло небольшое недоразумение, спасибо за помощь, большой брат!
Журавль грациозно согнул длинную шею и исчез, а богомол вернулся к своим прежним размерам. Ну а я бросил жадный взгляд на оставшийся после монстра аспект. Думаю, никто не будет возражать…
– Забирай, – кивнул Амидамару. – Раз уж мы получили духовную эссенцию, это будет справедливо.
Сгусток впитался в мое тело и я сразу попытался его активировать. Вроде, ничего особенного, разве что, легкий холодок пробежал по коже.
– Это аспект “пирофильный”, – вдруг заговорила голограмма Харуки. – Поглощая пламя, ты на какое-то время будешь становиться намного сильнее и получать огненный бонус к атаке. Правда, при этом у тебя появятся все уязвимости огненного элементаля.
– А свой огонь поглощать можно? – уточнил я.
Девочка кивнула.
Ну, довольно неплохо! У этого аспекта хорошая синергия с моим “Снопом искр”. Теперь можно будет использовать его не только, как обычную ульту, но и как мощный бафф физических возможностей.
– Скорее всего, демоница хотела сделать из него огненного духа, – предположила японка. – Ваша атака помогла ему эволюционировать и получить новую способность. Думаю, у нее здесь немало таких вот пленников. И все они – жертвы той ужасной ночи, в этом нет сомнений.
Я поежился. Она что, пытала его все эти пять лет, чтобы сделать из него монстра? Изнанка – жестокое место! Со своими законами и обитателями.
Девочки вышли из транса и мы вернулись в реальность.
– Для нас она слишком сильна, – покачала головой Элиза. – Нужно первым делом изучить особняк и освободить всех ее жертв. И только потом нападать на нее саму.
– Согласна, – кивнула Харука. – Еще хорошо бы выяснить, кто она такая, откуда взялась. Она назвала тебя сестренкой – ты что-нибудь об этом знаешь?
– Нет, – Элиза явно была в растерянности. – Я помню маму и папу, но у меня не было никаких сестер! И взрослые никогда об этом не говорили.
– С твоей памятью поработали Хранители забвения, – напомнила японка. – Они могли стереть вообще все, что