Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

— В деревнях люди за нас, они своими глазами видят, что делает Орден, но их голоса не слышны и не важны. Дворянство всегда не принимало нас, им не по нраву, что мы поклоны не бьем и чинов не уважаем. А теперь чиновники, военные да мещане понемногу склоняются в другую сторону. В городах многие отдают детей в учебу, грамотных всё больше становится, так через «Ведомости» им нужные идеи в голову засовывают.

— А военным-то какой интерес? Многие вместе с нами с чужаками бьются.

— Оружие. Оружие и сила. Они тоже хотят пистоли, как у нас, защитные амулеты и прочие диковинки с Хребта, — Марчук усмехнулся. — Не в то время ты, барчук, пошел в Граничный Орден.

— У каждого есть только одно время — то, в которое он живет.

Следующие несколько дней прошли мирно, в колчанной. Всё чаще сыпал колючий снег, и желающих ехать в город с жалобой почти не осталось. У Стрел горячая пора окончилась, зато засуетились чернильники. Им надо было разобрать записи, скопившиеся с весны, внести в общий реестр, перетащить их в архив и разложить в соответствии с пометками. Необычные случаи требовалось переписать и отправить на Хребет, и зачастую по этим делам чернильники отыскивали Стрелу и выспрашивали подробности, чтобы предоставить самый полный отчет. Именно поэтому на Хребте собрался самый большой архив со всевозможными видами попаданцев и мерами противодействия. Некоторые случаи будут рассказаны в питомнике, некоторые останутся лежать в тайных закромах.

Марчук не переменился ни на грош, занимался своими записями, упорядочивая и дополняя их. Ни словом, ни взглядом он не выдавал, что меж ним и Карницким пробежала кошка. Может, потому Аверий и не подпускал к себе близко питомцев — чтобы в случае разлада не пришлось ничего менять.

Карницкому же после разговора с наставником полегчало. Он словно перевалил ответственность на плечи Марчука, велев тому сдаться после окончания беды, а когда та беда закончится — лишь Спас ведает. Адриан ни Марчука, ни Орден не предал, всё во благо Ордена, разве не так?

Вскоре вернулся из поездки Жданко, злой, с шелушащимся обмороженным носом. Ближе к вечеру он ворвался в колчанную, выпил горячего чая и начал писать отписку, яростно чертыхаясь.

— Тоже мне, соляной вор нашелся, — бормотал он, разбрызгивая чернила по бумаге. — Полпуда, как же. Там всего-то с четверть было. Вот народ, лишь бы приврать.

— Так то чужак был или нет? — спросил Карницкий, прекрасно понимая, что Жданко вернулся с пустыми руками, иначе бы он еще позже вернулся, отсидев положенные три дня в застенках.

— Да Спас его знает! Я же не охотник и не егерь, чтоб по следу вора ловить. К тому же снег выпал, всё подчистую прикрыл.

— А что он украл? — внезапно спросил Марчук, оторвавшись от бумаг.

— Да ерунду всякую. Овчину, тулуп, четверть пуда соли, сапоги старые и кое-что еще по мелочи.

— Что именно?

— Ну, утварь какую-то: горшок с забора, мотыгу… Да, может, бабы вовсе наврали ради смеху.

— И следов нет? Собак там не держат, что ли?

Жданко скривился и почесал нос, сдирая ошметки кожи.

— Есть собаки, некоторые даже гавкали, но несильно, потому хозяева даже не думали выйти. Мало ли, вдруг кошка мимо пробежала, вот собака и брешет почем зря.

— Чудно, — протянул Марчук, — весьма чудно. Карницкий, что думаешь?

Адриан, который до того над делом Жданко не задумывался — не ему ведь досталось, впервые попытался оценить всё, что слышал прежде.

— Тулуп с солью в Тюрьках украли, верно?

Жданко подтвердил.

— А до того у чухеев неподалеку тоже вор завелся?

Марчук удивился:

— И до того кражи были? Где?

— В Пикшиках, — сказал Жданко.

— Пикшики, Тюрька — они ведь недалеко друг от друга, — задумчиво проговорил Марчук.

— Верно, — подхватил Карницкий. — Мы когда за колдуном бегали, проезжали там. В Пикшиках он старика-чухея подобрал.

— А там что украли?

— Да тоже мелочь всякую: рыбу из вершков, курицу, — неуверенно сказал Жданко. — И, может, не он там был, а кто из своих украл. Мальчишки, они вечно жрать хотят.

Марчук покачал головой:

— Я помню грамотея из Пикшиков, он почем зря в Орден людей не послал бы. Толковый старик. Из него вышел бы отличный Стрела. Карницкий?

Адриан вспомнил наконец старого чухея, который не испугался иномирного колдуна, хотя тот убил почти всех мужчин в его семье, водил его кругами подальше от деревень, а в конце сбежал, почуяв гибель. Такой и впрямь не станет кричать про пожар из-за крошечной искры.