Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

Глава 10

Андропов еще раз прошелся по кабинету и остановившись добавил.

— Еще вам надо присмотреться к его технической стороне. Может ему и в технике видения приходят? Тогда надо будет это тоже использовать на пользу нашей страны. Присмотритесь к его деятельности в институте — попросил он.

— Мы изучали этот вопрос в части его квалификации. Наши технические специалисты общались с сотрудником кафедры КУДР, которому он передал свою студенческую работу. Прощупывали технический уровень Предсказателя. По отзыву сотрудника, квалификация у него очень высокая, но он это объясняет тем, что в школе Предсказатель увлекался радиолюбительством, собирал ламповые передатчики и изучал для этого специальную литературу. Мы проверили эту информацию. В городе Сусумане Магаданской области, где он заканчивал школу, о нем отзываются как о технически грамотном радиолюбителе — он там посещал радиокружок. А вот в Алма-Ате, куда он уезжал на каникулы, он оставил другой след. Там, по решению республиканского комитета КГБ, радиохулиганов-радиолюбителей не трясли, если они никому не мешали, а негласно ставили на учет. Так вот, он попал на их учет в мае 1970 года, когда собрал приставку к радиоприемнику. Так вот, мощность его передатчика за три месяца возросла с пяти ватт до ста пятидесяти ватт, ему удалось установить связь на четыреста километров с городом Балхаш, что для того диапазона средних волн является достаточно серьезным достижением. По оценкам местных специалистов у него просто талант радиоконструктора, с его ограниченными в техническом плане возможностями, не просто было собрать дома в селе такой мощный передатчик. Причем этот передатчик был очень высокого качества, как и антенна к нему, так и подводящий фидер к ней, все было сделано по всем правилам радиотехники — это сотрудники комитета негласно наведывались к нему в дом и всё своими глазами видели — сообщил Цвигун. — А насчет технический предсказаний я с ним специально поговорю, пусть и их нам выдает, мы уж разберемся, что с ними делать.

После небольшой паузы Андропов вздохнул и выдал:

— Я буду вынужден доложить о нашем Предсказателе Леониду Ильичу, а дальше пускай он сам решает, знакомить ли с этой информацией Политбюро, или еще кого — сказал он. — Насколько я помню, о нём, о его способностях, знают только три человека — Лигачев, ты и я. Для остальных наших сотрудников он просто ценный человек — так?

— Все верно, только троим известны его способности. И вы правы — надо доложить наверх об этом феномене, тогда следующие его предвидения будет проще использовать — согласился Цвигун, которому не хотелось это делать самому через голову начальства.

— Он поддерживает контакты с Лигачевым? — спросил Андропов.

— Насколько мне известно, нет. После нашей совместной встречи у Лигачева, в следующий раз он сразу позвонил мне и через офицера КГБ передал запечатанный пакет. Лигачев понимает, насколько ценный это человек для нас, поэтому никакого лишнего интереса к нему не проявляет — ответил Цвигун.

— Ну вот и ладно. Вам стоит все-таки поговорить с Лигачевым, когда он будет в Москве, напомнить о секретности, что само существование Предсказателя является государственным секретом. И что для Лигачева он является потенциальным билетом на самый верх в нашей партии.

Будем ждать от Предсказателя новых сообщений — закончил Андропов разговор.

Томск

Пока ждал разрешения покинуть Москву, записал несколько песен. Это «День Победы» (Д. Тухманов — В. Харитонов) — но ее выдам к следующей дате, к 9 мая 1974 года. А вот эту выдам по приезду в Томск: «Прощай, от всех вокзалов поезда…» (В. Добрынин- Л. Дербенёв), еще записал его песни «Не сыпь мне соль на рану» и «Синий туман».

Пожалуй, этого будет достаточно на это лето.

Меня проводил в Москве сам Цвигун, попросил присылать мои видения по части новинок техники, их будут рассматривать профильные ведомства под предлогом промышленного шпионажа.

Сказал ему, что буду делать это с удовольствием, такая информация у меня часто мелькает в голове.

Полет прошел буднично, пять часов в воздухе на Ил-18 особого удовольствия не доставляют.

У трапа самолета меня встретил сотрудник местного КГБ и проводил к «Волге». Он представился, капитан Константин Невельский, будет моим куратором в Томске. Меня отвезли домой, дома на столе лежал ордер на эту квартиру на мое имя. Константин сообщил, что в соседней квартире теперь будет находится круглосуточно моя охрана, телефон в этой квартире уже был, а тревожная кнопка в ней была установлена в мое отсутствие, пока я был в Москве. Константин предложил проехать в гараж УКГБ и выбрать себе машину, такое распоряжение поступило сверху.

Не откладывая в долгий ящик это дело, мы поехали в гараж. Я долго ходил среди рядов одинаковых машин — все машины были ГАЗ-24, только разной окраски. В основном там были машины черного цвета, но были и других расцветок. С нами ходил начальник гаража майор Добров, рассказывал о заинтересовавших меня машинах. Ну какой пробег у машины, какого она года выпуска. Я заглядывал в салоны машин, чтобы оценить степень убитости, мне