"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов
Я потянулся к книге «Искусство огня» и принялся листать её страницу за страницей, давая указания системе и делая пометки. Опомнился только тогда, когда полог откинулся и внутрь заглянул генерал. Снаружи уже стемнело, и пришлось даже поправить фонарик, чтоб осветить пространство фургона.
— Ну что, чародей, готов? Мы начинаем через десять минут. Твою Покахонтас я проинструктировал.
Генерал исчез, а я выглянул наружу и отыскал глазами храмовницу, которая, немного нервничая, разминалась. Она совершала наклоны и потягивания, чередуя это с быстрым выхватыванием пистолетов.
Я вздохнул и спрыгнул, а потом поднял руку и осторожно провёл сверху вниз пальцами, сложенным в знаке Небесной Пары, осеняя издали девушку благословением высших божеств этого мира. А после оглянулся, убедился, что никто не видит, и легонько её перекрестил: вдруг поможет, это же планета магии и богов.
— По местам! — раздался крик Герды над лагерем.
Мы начинали…
* * *
Дементэ сидела и вглядывалась в темноту.
Вокруг неё светились женщины, искажённые проклятым местом, похожие на плод любви животных и людей, и темнота явно не была им помехой. Дементэ опустила взгляд на нож, который держала в руке. Нож был пуст и не имел в себе и малой крупицы силы, и угрозы убить с его помощью громадное дитя были всего-навсего большим блефом. А просить безумную богиню наполнить клинок силой было так же глупо, как приставить к голове пистолет и попросить немного пороха.
Дементэ сжала в свободной руке ненавистную пуповину, которую хотелось разрезать на мелкие-мелкие кусочки и сжечь, и подняла взор на лагерь врага, сначала освещённый колдовскими лампами, а недавно погрузившийся во тьму, и даже на фоне звёздного неба невозможно было разглядеть, что там происходит. К дементэ подошла одна из тех женщин, что похожи то ли на свиней, то ли на бегемотов, и произнесла:
— Они готовятся, они идут.
Дементэ прищурилась, но так и не смогла увидеть никого, а из-за топота проклятых созданий не могла слышать шагов приближающихся.
— Идут, — повторила проклятая женщина с тремя парами обвисших грудей. — Что будешь делать? — спросила она таким сиплым и сдавленным голосом, словно её душила сильная астма.
— Ты сделаешь вид, что хочешь выслушать их предложение. А потом нападёшь.
Дементэ очень надеялась, что её голос не задрожал и не выдал блефа. Если это случится, на неё накинутся и разорвут в клочья раньше, чем она успеет прокричать слово «мама».
Проклятая женщина хрипло хмыкнула, наклонилась и подобрала с земли тяжёлый изогнутый клинок с односторонней заточкой и загнутым в виде петли хвостовиком вместо рукояти; вес меча был неподвластен простой смертной. Обычная воительница просто не поднимет, а искажённая напрягла тугие мышцы и положила оружие обухом на плечо. Одно движение — и клинок длиной в человеческий рост начнёт порхать, как лёгкая шпага.
— Они тоже будут готовы к бою, — натужно произнесла искажённая.
— Ты боишься смерти? — тихо прорычала дементэ и покрепче стиснула ключ Кая.
— Не простой смерти. Глупой смерти, — снова хмыкнула женщина.
— Тогда сами будьте готовы биться. Темнота вам на руку.
Женщина шумно вздохнула.
— Мы уже встали в два малых каре. Магини будут защищать строй от пуль, стрел, ядер и картечи. По сигналу обойдём воз с дитём по краям и медленно раздавим пришлых, как писклявых тараканов. А после ты выполнишь обещанное и отпустишь дитя.
— Не указывай мне, что делать, — едва сдерживая крик, ответила дементэ. — Младенец будет у меня столько, сколько я посчитаю нужным.
Искажённая ничего не ответила, лишь плюнула на землю в сторону, противоположную медленно дышавшему выкидышу великана.
В темноте раздался возглас, и все затихли. Позиция для нападения действительно была не самой хорошей. Впереди река, мешающая лобовой атаке, придётся обходить омут по двум прилегающим к нему бродам. Пришлые это знали и пользовались этим. Но дементэ не волновали жизни этих потерявших человечий облик тварей, ей хотелось увидеть потухший взгляд пришлого. Хотелось посмотреть в эти глаза-льдинки и спросить: «Готов ли ты встретиться с сёстрами на том свете? Готов ли рассказать им, почему убил их?»
Из мрака под ногами раздался писклявый тявкающий голос сухонькой полусобачонки.
— Идёт. Она пахнет львицей. Она пахнет, как храмовница.
Дементэ поджала губы: эти твари её не столько пугали, сколько вызывали брезгливость.
— Тогда по плану. Им нечем удивить, кроме двух ведьм и десятка мушкетов.
— Хорошо бы, — с сомнением произнесла искажённая, наклонилась вперёд и начала набирать ход, как бегемот перед атакой. Дементэ это увидела лишь по тусклым отблескам на голой коже стражницы проклятого места.
Впереди раздались всплески, словно большая туша решила ломиться через омут напрямик, а потом влажные шлепки босых ног по сырой траве.
— Остановись! — тяжело вскричала искажённая и тут же добавила: — Покажись. Я знаю, у тебя есть фонарь.
Дементэ думала, что её сложно удивить, но поляну по ту сторону реки внезапно залил призрачный свет, а из тьмы вышла воительница в доспехах, которые тоже вспыхнули яркими огнями, словно сама Агния снизошла с небес. Яркие жёлтые и белые письмена горели на доспехе колдовским пламенем. Над головой висело странное кольцо, похожее на раскалённое золото.
По рядам искажённых прошёлся шепоток изумления. А сияющая воительница и стражница начали переговоры. Одна просила разрешения пройти в эти земли, вторая находила слова, чтоб отказать. Но женщине не нравилось, что шёпот в боевом порядке становился всё сильнее.
— Нет-нет-нет, — забормотала дементэ, выпустив из рук толстую, как корабельный канат, пуповину, оттягивавшую чресла и постоянно отдававшуюся давящей болью в бёдрах. Женщина быстро провела пальцами у себя под носом и уставилась на двух переговорщиц взглядом загнанного в угол зверя. Если переговоры затянутся хоть на минутку, боевой дух будет сломлен. Привыкшие служить божествам создания сдадутся перед спокойными речами сверкающей храмовницы. Уж непонятно, что за магия была использована, но самой магии дементэ не чувствовала вовсе. Будучи опустошённой, она чуяла чары, как голодный зверь чует запах мяса.
— В бой, — осипшим голосом прошептала дементэ, сглотнула слюну и заорала, срывая голос: — В бой!
По рядам стражей обители Вечноскорбящей