Дипломатическая академия - Алексей Урусов
Примерно посередине сквера Андрей Первозванов неожиданно остановился. Прошла минута, вторая.
— Что он там встал? Под дождём? Не отливает же? Ему до подъезда дома осталось двести метров, — не то поразмышлял, не то посоветовался с напарником старший группы. — Придётся глянуть, — старший нехотя вылез из машины под дождь и бодро направился в сквер, ориентируясь по точке, моргавшей на навигаторе и показывавшей местонахождение студента.
Он едва вышел через кусты на тротуарную плитку, уложенную красивым узором в сквере, как понял, что он «попал»: Первозванов сидел в луже, он опирался на руки, но всё равно покачивался. Рядом лежало три человека.
— Нападение на охраняемый объект! Срочно ко мне! Подмогу подтяни! Вызывай полицию! И скорую! — негромко проговорил он в микрофон часов, а сам бегом бросился к Первозванову.
— Что с вами, молодой человек? Что произошло? — обратился он Первозванову.
Студент, слегка покачивая головой, проговорил: — Не знаю. Напали вот.
Первозванов попытался приподняться, но руки подломились, и если бы офицер тайной канцелярии не поддержал Андрея, тот мог бы и упасть.
— Не двигайтесь пока, придите в себя, — проговорил он, и студент согласно кивнул головой, скривившись от боли, и снова едва не упал по инерции от согласного кивка.
Подбежавший второй сотрудник тайной канцелярии осмотрел нападавших и доложил старшему группы: — Без сознания, дышат. Крови и телесных повреждений не видно.
* * *Постепенно прихожу в себя. Наконец смог сесть, хотя и с упором на руки. Гоню дар по телу, прочищаю голову и лечу место удара. Жаль, не успел уйти до появления свидетелей: как бы не возникли вопросы, каким образом я этих трёх бугаёв разбросал. И ответить на этот вопрос мне нечего. Сейчас я вроде как не до конца в себя пришёл, но нужно потянуть время подольше, чтобы вместе с юристами разработать методику защиты. А юристы у меня во Владимире. О… опираясь на одну руку, второй достаю смартфон из внутреннего кармана и набираю Евича. Время не позднее, он ответил сразу. Говорю: — Юрий Васильевич, добрый вечер. На меня было нападение, ударили чем-то по затылку, нужна врачебная помощь…
Уточнив, где я нахожусь, Евич обещает оперативно решить вопрос моей перевозки и перезвонить.
Поблизости всё больше людей — помимо двух первых, подошедших в самом начале, появились ещё два, потом трое. Наконец видна полиция, но один из «гражданских» встаёт от находящегося без сознания нападавшего, подходит к ним, что-то говорит и полицейские, перекрыв доступ к «месту происшествия» начинают раскручивать ленту, цепляя её за деревья и образовывая десятиметровый круг со мной в центре.
Ярко полыхая огнями, бликующими в мокрой тротуарной плитке, в сквере появляется машина скорой помощи.
Я, наконец-то, смог подняться на ноги, хотя при каждом шаге немного «ведёт» в сторону. Поэтому стою, покачиваюсь.
Раздаётся звонок от Евича; он говорит: — Я связался с генералом-лейтенантом авиации Алексеем Михайловичем Черёмухиным. Ты должен помнить, его как-то во время урагана посекло, и он в госпитале лечился. Он заверил, что медицинский вертолёт уже вылетел и сядет на стоянке возле академии. Там скорая прибыла? Дай им телефон, я их проинструктирую.
Подзываю старшего бригады скорой помощи, даю ему трубку…
Врач, стоящий в куртке, накинутой поверх халата, поговорив с Евичем, возвращает мне смартфон и приглашает в машину скорой помощи: — Мы Вас перевезём до вертолёта и там перегрузим.
В машине я поначалу пытаюсь сидеть, но меня укладывают горизонтально. И так реально лучше, долго сидеть состояние пока не позволяет.
Глава 11
Владимир. Владимирский военный госпиталь.
Просыпаюсь, узнаю «особый бокс» госпиталя. После посадки в вертолёт мне по рекомендации Евича вкололи какую-то смесь, в результате я уснул и не проснулся, даже когда меня перегружали. На улице светло, а значит, день. Суббота. На стене вижу часы, понимаю, что уже далеко за полдень! Долго же я спал. Или коктейль, что мне ввели в Москве, так работает, или ещё чем-то кололи. Или организм сам решил немного отдохнуть от бесконечной гонки и затаился, не подавая мне сигналов. Но в результате все планы пошли насмарку. Надо позвонить, чтобы Ветра выгуляли — хотя, наверное, сообразили, что раз меня нет, то коню нужно прогулку организовать.
Оглядываю палату, не нахожу ни своих вещей, ни одежды, ни смартфона. Дотягиваюсь до кнопки вызова и нажимаю.
Буквально через две минуты в палату заходят главный врач госпиталя Юрий Васильевич Евич, и юристы Михаил Генрихович Дитерихс и Виктор Михайлович Дитерихс. Да, похоже, дело швах, раз Виктор, обычно справляющийся с моими делами, подтянул своего отца — он это делает только в самых сложных случаях.
— Ну-с, больной. На что жалуетесь? — задаёт вопрос Юрий Васильевич.
Понимаю, что это шутка, поэтому просто улыбаюсь и киваю головой, здороваясь.
Юрий Васильевич продолжает: — Травма не тяжёлая. Главное, что нет трещин ни на черепе, ни на позвонках. Удар пришёлся в область затылка и видимо, шапка, сдвинутая со лба назад, сыграла роль демпфера и ослабила силу удара. Если бы нападавший ударил ниже, по позвоночнику, то такого удара хватило бы не только на перелом позвонков, но вполне бы мог разорваться спинной мозг. И тогда бы последствия были гораздо тяжелее. Тем не менее, на данный момент сотрясение мозга присутствует, и я бы даже сказал, что сильное. Думаю, три-пять дней нужно находиться под наблюдением, а дальше посмотрим на динамику. Я ещё попозже зайду, обсудим лечение.
Благодарю Евича — он не хочет говорить о моих возможностях по собственному лечению даром в присутствии Дитерихсов.
Дальше беседую уже с юристами. Михаил Генрихович посвящает меня в детали, которые удалось узнать: — Дело только начали расследовать, так что пока с информацией не густо. К тому же суббота, не все сотрудники полиции на местах и более подробные данные будут только