Бог из Пустоты - Алексей Петрович Гапоненко

– «Да что за день то такой. Топай! Топай! Топай!!! Я что вам собака что ли?»

– Позвольте, а что происходит? – я решил попытать счастья и обратился напрямую к начальнику «свалки». Он расплылся в фирменной улыбке и ответил:

– Ну как же, анализы. Вы же сюда приехали, конечно же, из-за ваших анализов.

– А, ну да. Но разве это не работа СГК? – я повернулся к Мареку в поисках хоть какого-нибудь ответа.

– Не беспокойся, господин Жульен позаботится о тебе, – процедил сквозь зубы офицер и, кивнув доктору, чеканя шаг, пошёл на выход. Удивлённая Сара, автоматически последовала за ним, как вдруг опомнилась, повернулась к врачу и тоже попрощалась. Тот, всё так же улыбаясь, кивнул и даже помахал рукой. Такое детское движение, отчего-то вызвало у меня нервные мурашки по всему телу. Этот молодой парень был либо сумасшедшим, либо совершенно без комплексов. Чтобы так себя вести в присутствии подчинённых, да ещё и при незнакомом человеке. Да что с ним не так? Или наоборот всё так?

– За мной, – раздражённо повторил охранник.

Мне больше ничего не оставалось, поздно дёргать лапками, поэтому я просто пошёл следом. На этот раз впереди и позади меня шли двое новых сторожей:

– «Почему все так переживают, как бы я чего не выкинул? Разве я давал повод?»

К слову, биостанция оказалась достаточно крупным комплексом. Меня провели минимум через шесть коридоров, и в конце каждого нам приходилось задерживаться перед модульными воротами, точно такими же, как на входе. Разве что теперь из пола не вылезали столбики, и никто нас не сканировал. Врач или, как я теперь знал, Жульен просто подносил запястье с закреплённым на нём ПДР к панели управления, и двери сразу же беззвучно открывались.

В коридорах нам встречалось множество людей в голубых и, что странно, белых халатах. Кто-то спешил из кабинета в кабинет, на ходу приветствуя начальника «свалки», другие останавливались для короткого разговора. В такие моменты охранники замирали, а я прислушивался к разговорам. В целом в них не было ничего особенного. Почти всегда люди просто узнавали у Жульена какие-то детали по химическим опытам или уточняли расписание анализов, подтверждая его слова о несамостоятельности.

Лишь один короткий разговор действительно привлёк моё внимание. Когда мы прошли пятые ворота, окружение сменилось. Стены больше не были белыми, вместо санбетона их покрывали чёрно-красные панели из незнакомого мне металла. Атмосфера переменилась. Охранники, что вели меня прежде, остались с той стороны ворот, уступив своё почётное место двум другим. Если старые выглядели как вышибалы, то двое мужчин, встретивших нас на шестом уровне комплекса, выглядели совершенно иначе.

Чёрная форма, укомплектованная по-военному. Лёгкий автомат на ремне через плечо, визор на правом глазу, гибкий ворот, закрывающий шею и скрытый курткой. Я видел такой в одной передаче по телику. Какая-то разновидность бронежилетов, поглощающих кинетический импульс.

– «Что такое вооружение делает на обычной биостанции? Я что в фильме ужасов или это передача «Вас снимает скрытая камера»? Поверьте, ребята, мне хватает нервов за последние дни. Вы определённо лишние!»

Я как раз хотел задать вопрос белобрысому, как его окликнула женщина. Она стояла возле стены и, по-видимому, ждала его. Одетая в точно такой же белый халат и выглядящая лет на тридцать пять. Тонкие очки на носу и старомодная причёска придавали ей ещё больший внешний авторитет. А если начинать сравнивать с пацаном-начальником, так она и вовсе казалась умудрённой опытом светской львицей, по случайности оказавшейся здесь.

Словно подтверждая мои догадки, парень заметно переполошился, едва завидев её. Когда же она шагнула ему наперерез и заговорила, он и вовсе перестал улыбаться, что было настоящим событием:

– Жульен, сколько можно?! Я ждала результатов еще… – тут она заметила меня и двух бойцов сопровождения. Резко осёкшись, женщина перевела взгляд с меня на него и обратно. Нахмурившись, она открыла, было, рот, но парниша перехватил инициативу:

– Прежде чем ты начнёшь ругаться, сестра…

– «ЧТО?! Это его сестра? Ничего себе, да как такое вообще возможно. Они же ни разу не похожи. Начиная с внешности и заканчивая характером».

– … я хочу представить тебе кое-кого, – обернувшись ко мне, он призывно помахал рукой. Даже в этом простом движение ощущалась некая элегантность и женственность что ли. Может он гомо или би? Одним словом, мутный и какой-то неадекватный тип.

Шагнув к ним ближе, я вышел из оцепления бойцов. И уже тогда смог рассмотреть женщину получше. У неё были карие глаза, в отличие от голубых Жульена и вздёрнутый носик. Ничего общего с «братом». А он тем временем продолжил:

– Это Стив Виндсикер.

– Тот самый? – её брови поползли вверх. На лице читалось явное удивление.

– Да, выживший при взрыве, – идиотская улыбка вернулась к парню, озаряя коридор белизной зубов.

– «Ничего не понимаю. Почему она так удивилась? Да, я выжил и что с того? Почему мне кажется, что я здесь вовсе не из-за анализов?»

– Так это правда вы? – она напрямую обратилась ко мне, напрочь игнорируя брата. Её глаза светились восхищением.

– Да, это я. Может, хотя бы вы мне объясните, что здесь происходит?

Удивлённо переведя взгляд с меня на парня, женщина непонимающе моргнула:

– Слушай, тут такое дело. Он обвиняется в каком-то преступлении. Не смотри на меня так! Сам только недавно узнал, но какая разница. Я договорился с Мареком, он решит все вопросы.

– Марек? Это тот офицер СГК?

– Да, он самый. Так вот, он как раз сейчас занимается этим вопросом, а мы можем спокойно провести иссл… – оборвав себя на полуслове, Жульен кинул на меня быстрый взгляд и со смехом закончил. – Эмм… исследовательские анализы! Конечно! Не переживай, Стив, мы хорошенько всё посмотрим. Терентьев же говорил тебе о странностях с твоими анализами?

– [Ложь…] – голос в голове искренне возмутился, но, как и прежде остался без моего внимания. Виски вновь начало сдавливать от переизбытка информации:

– «Этот парень никогда не замолкает? Как же быстро он говорит. И кто такой этот Терентьев? Боже, почему я ничего не понимаю? Как же надоело шарахаться впотьмах, пытаясь нащупать хоть какую-то крупицу информации о происходящем!..»

Видя, что я не совсем понимаю, о чём идёт речь, начальник свалки добавил:

– Ты, похоже, не помнишь, да? Николай Терентьев – твой лечащий врач. Он проводил осмотр и вёл тебя, пока ты лежал в больнице одиннадцатого сектора.

– А, вот вы о ком! Да, он, кажется, что-то такое говорил. Извините, но за последние дни столько всего случилось, что я уже ни в чём не уверен, – массируя виски,