Шёпот - Анастасия Пименова

Проходит несколько недель.

В обеденный перерыв мы обычно сидим в столовой у самого большого окна. Наше любимое место — немного в стороне от центра столовой, куда красиво проникают лучи солнца. Иногда к нам подсаживаются другие девочки, с которыми я разговариваю лишь изредка, потому что мне хватает и моих подруг. Мэди и Николь. Бывает даже напрашиваются мальчики, и Тэйт в том числе. Кажется, что им всем нравится наше место.

Сегодня у меня на подносе морковный сок, который Мэди терпеть не может, и сэндвич с курицей.

Я уже съела больше половины и приступила к соку.

Эмерс продолжает делать самолеты из бумаги и запускает их в воздух даже здесь, в столовой. Когда он попадает в кого-то, то смеется, а Зак качает головой, но не останавливает своего друга. Иногда я думаю: как эти двое вообще подружились? Они же совершенно разные!

— Смотрите, какой у меня новый браслет, — говорит Николь и показывает свое запястье, — забыла утром показать. Это мама привезла. Она ведь только вернулась со своей работы из другой страны!

— Красивый, — отзываюсь я и улыбаюсь, когда Мэди внимательно изучает его.

— Ничего себе, Николь. Он светится в темноте, да?!

— Да.

— Так это тот… который сейчас популярный.

— Да, да, Мэди, именно он! Я давно просила его у мамы.

Делаю очередной глоток сока, и взгляд сам собой перемещается на вход в столовую.

Николас входит, как и обычно, с низко опущенной головой. За то время, что я наблюдаю за ним, я уже успела кое-что понять. Например, что мальчик старается словно слиться со стенами или просто стать тенью. Он так ни с кем и не подружился, хотя я видела, как Николас подходил к Рэйфу, даже протянул руку, а тот испугался и лишь покачал головой, после чего ушел. Чего испугался? Того, что Тэйт переключит свое внимание и на него тоже. Ему всегда нужно кого-то задирать. Папа говорит, что это просто человек такой. Так вот… пока Тэйт продолжает преследовать Николаса. Пока он его только дразнит словами, Эмерс сыплет оскорблениями, Зак чаще всего молчит, просто смотрит. А другие… делают вид, что им все равно. Но я вижу, как они шепчутся и поддерживают Тэйта, когда тот посылает очередную шутку в сторону Николаса.

Меня бесит это. Не только поведение остальных, но и поведение Николаса. Почему он терпит? Почему не даст сдачи? Боится? Тогда он здесь долго не протянет.

Вот и сейчас Николас, стоя поодаль от остальных в очереди, выбирает, что будет есть. Его появление замечает Тэйт, который кивает в сторону новенького и вновь что-то говорит, а ребята, сидящие с ним, начинают хохотать.

— Как же бесит, — не выдерживаю я.

— Что?

— Тэйт и его компания. Они такие придурки, — поясняю я для Мэди.

— Полностью согласна, — отзывается подруга, когда Николь лишь поджимает губы. — В последнее время они становятся только хуже.

Наблюдаю за тем, как Николас уже все положил на поднос и идет к своему дальнему столику. Он всегда сидит один.

Когда Николас проходит мимо столика Тэйта, то последний что-то говорит и встает, чтобы… в следующую секунду толкнуть его!

Мальчик теряет равновесие и вместе с подносом падает на пол, когда в столовой раздаются лишь смешки. Повара не обращают внимания, лишь одна из женщин закатывает глаза, потому что ей теперь предстоит вытирать пол. Такое происходит не впервые, имею в виду, что кто-то раскидывает или роняет еду, поэтому они так спокойно реагируют.

Николас, не поднимая головы, складывает еду обратно на свой поднос, когда Тэйт продолжает тыкать в него пальцем и что-то говорить.

Я не выдерживаю и встаю из-за своего стола. Иду прямо туда, когда слышу голос Мэдисон позади:

— Шоу!

Это уже перешло все границы. Ладно оскорбления… но это? Папа говорил, что слабых нужно защищать и помогать им. Правда, он говорил это о животных… но да ладно.

Когда подхожу, то слышу обрывки фраз Тэйта:

— … если бы ты был нормальным, может, с тобой бы кто-то и заговорил…

Я останавливаюсь прямо за его спиной и твердо произношу:

— Тэйт!

Он оборачивается, смеется и спрашивает, глядя на меня:

— Чего тебе, Шоу?

Даже в голосе слышится насмешка. Это бесит только сильнее.

Чувствую, как мои руки едва подрагивают.

Я не собиралась это делать. Правда. Просто… все накопилось.

На ближайшем столике замечаю стакан с каким-то напитком, кажется, тоже с соком. Хватаю его и без единого слова выплескиваю прямо на лицо и грудь Тэйту.

Воцаряется тишина, он замолкает, как и другие.

— Почему же больше не смеешься? — спрашиваю у него, когда вижу, как мальчик открывает глаза, и я замечаю в них столько бешенства, словно его собака укусила.

— Ты…!!! Жалкая девчонка!!!

— А ты придурок!!!

Мы одновременно делаем шаги навстречу друг другу, и я рефлекторно сжимаю кулаки, словно готовлюсь с ним драться. Вижу, как рядом со мной останавливаются Мэди и Николь, и как Тэйт переводит на них взгляд. Его губа подрагивает от злости, когда он вновь смотрит на меня:

— Зря ты это сделала, Брайс! — после этой фразы Тэйт разворачивается и покидает столовую, а Эмерс отправляется вслед за ним.

— Спасибо, — благодарю девочек и киваю им, когда Мэди крутит пальцем у виска.

— Ты сумасшедшая, знаешь? Он мог и кинуться на тебя.

— Тут есть взрослые.

— И что? Он бы все равно мог что-нибудь сделать.

Я лишь выдаю улыбку, когда Николь сообщает, что уже пора идти, иначе мы опоздаем. Говорю, чтобы они шли без меня и что догоню их позже.

Девочки уходят, а Николас в этот момент поднимается с подносом и смотрит на меня.

Его еда в ужасном состоянии. А поесть он уже не успеет.

— Иди за мной, — велю