Виктория Гетто - Беглецы - 2
— Да.
— Рассмотрение вопроса о компенсациях Русии за ущерб, принесённый во время оккупации?
— Да.
— Рассмотрение вопроса об удалении войск Океании с территории материка Паневропа?
— Да. Но вопрос компенсации остальным странам рассматриваться не будет.
— Да. Последний вопрос соглашения — допуск наших представителей на территорию Океании.
— Прошу уточнить, в каком статусе.
Короткий перегляд между отцом Владимира и Сергеем. Затем — среди остальных.
— Посольство и торговая миссия.
— Да.
— В случае нарушения соглашений мы оставляем за собой право применения военной силы против войск Океании, находящихся на территории Русии. И, естественно, отказываемся от подписанного нами соглашения.
Девушка побледнела, но кивнула в знак согласия.
— Да.
— В таком случае, сейчас подготовят документы по озвученным здесь договорённостям. У вас есть право подписи?
— Да.
— Прошу подождать.
…Отец подошёл к установленному на отдельном столе принтеру, который вдруг ожил, начав выплёвывать листки белоснежной бумаги. Дождался, пока выполз последний, взглянул на Серого. Тот озвучил переданную гарахом мысль:
— Поскольку нам неизвестен язык друг друга, то все документы составлены на русийском языке. Оба экземпляра. Прошу ознакомиться и подписать.
— Мой чемодан… Там печать Большого Круга…
— Уже доставлен.
Двери зала вновь раскрылись, и в него вошёл солдат, несущий хорошо знакомый Владимиру саквояж. Гера открыла крышку, вытащила оттуда небольшой предмет, потом вдруг, словно вспомнив что‑то, спросила:
— Сколько времени вы дадите нам на вывод войск?
— Детали обговорим после согласования между военными обеих держав. Но могу гарантировать, что все сроки будут реальны. Что‑нибудь ещё?
— Мне нужен доступ к станции беспроволочного телеграфа.
— Не проблема.
— Когда?
— Сейчас. Вы хотите переговорить с Океанией?
— Да.
— Пройдите с лейтенантом.
Глаза Сергея уставились на Владимира, и в голове чётко прозвучал приказ:
— Отведи её на нашу станцию.
Володя выпрямился, отдал честь. Взглянул на девушку, словно на чужую:
— Прошу за мной…
…Спустя три часа они вышли из здания Совета. Геру немного пошатывало, и выглядела океанка измученной до невозможности. Неожиданно молодому человеку стало её даже жаль.
— Ты как?
Участие, прозвучавшее в его голосе, явно удивило девушку. Она опустила голову:
— Тяжело.
Её снова шатнуло, и он поддержал её за локоть. Ободряюще произнёс:
— Ничего. Сейчас приедем домой, примешь ванну, поужинаешь и ляжешь спать. Отдохнёшь, а утром станет легче.
Слабо кивнула, погружаясь в свои мысли. Задумчиво промолчала до самого дома. Хьяма выскочила навстречу им:
— Как всё прошло?
— Помоги Гере. Видишь, её качает. Наши волки в Совете, похоже, оторвались на ней от души.
— Волки?
Удивлённый взгляд обеих океанок порадовал от души, но слишком пугать не стал, разъяснил:
— Это образное выражение. Смысл в том, что наши Старшие — словно хищники: вцепятся в добычу, и пока не проглотят, не отпустят.
Гера поёжилась:
— Точно сказано… Владимир, я бы хотела поговорить с вами… Наедине.
Острый взгляд в сторону Хьямы. Молодой человек махнул рукой:
— В любое время дня и ночи… Простите…
Выдернул завибрировавший мобильник:
— Да. Лейтенант Звонарёв. Понял. Сейчас буду.
Кивнул незнакомому собеседнику, огорчённо произнёс:
— Увы, девочки. Служба требует. Но вы не стесняйтесь, будьте как дома. Хьяма, ты покомандуй.
Вторая из девушек кивнула. А он быстро вернулся в машину, завёл двигатель и поехал к обратно к зданию Совета…
…Отец со Старым Крысом ждали его у крыльца, попыхивая сигарами. Плавно затормозил, хлопнули дверцы.
— Куда?
— Давай к реке. Пообщаться надо немного.
Кивнул, не задавая лишних вопросов, молча повёл джип к набережной. Путь по оживлённым вечерним улицам города занял немного времени, и минут через десять машина замерла на облицованной камнем набережной Первой Реки, как незатейливо назвали левую из рек Междуречья, если смотреть по течению, в котором располагалась Метрополия. Отец вновь потянулся за сигарой, но спохватился, взглянул на Марка. Тот кивнул в знак согласия. Вздохнув, батя начал:
— Мы с тобой сегодня уже говорили об этом. Но обстоятельства изменились, Володя. Тут и твоя информация, и многое другое… Короче, в Новых Горах нашли нечто, не принадлежащее ни нам, никому другому. Нечто нечеловеческое. И что это — мы даже не можем представить или понять. Это первое. Второе — сегодняшние договорённости с Океанией. Анрун не солгала ни на йоту. Наш гарах специально контролировал весь процесс и воспользовался мыслесвязью. При ней утаить что‑либо или ввести собеседника в заблуждение невозможно.
— Ясно. Но откуда он узнал о визите океанки?
— Древний. Этим всё сказано.
Хмыкнул с заднего сидения Крыс. Тоже выудил сигару, аккуратно обрезал кончик гильотинкой в зажигалке, прикурил. Отец продолжил.
— Мы решили послать в Океанию тебя. Не волнуйся. Не дипломатом. Эту должность займёт…
— Я.
Прервал его Марк, прикрыв глаза. Батя кивнул:
— Да. Он будет нашим официальным представителем. А ты возглавишь торговое представительство. Задача перед тобой простая и сложная одновременно — скупить всё.
— В смысле?!
Удивился Владимир.
— В прямом. Заводы, фабрики, технологии, квалифицированная рабочая сила, инженеры, разработчики, сырьё. Короче всё, до чего ты сможешь дотянуться. Насчёт финансов не беспокойся. Их хватит с избытком. С тобой поедут наши люди, специалисты в области промышленности и науки. Они будут оценивать промышленный потенциал и выдавать свои рекомендации по покупке того или иного предприятия. Ещё — наш финансовый аналитик. Эта дама опытный биржевой делец. Думаю, она быстро войдёт в курс дела.
— Тогда что я буду делать?
Оба пассажира переглянулись между собой.
— Обеспечивать безопасность персонала и посольства, добывать все необходимые сведения, ну и… Позаботиться о будущем наших семей.
— Понял…
Владимир вздохнул:
— А вы между собой то договорились, господа конкуренты?
Оба Старших рассмеялись:
— Не переживай. Всё честно поделено между всеми Членами Совета.
— Совет — совет…
Проворчал молодой человек.
— А что с остальными нашими? Им что — ничего не светит, как на Земле?
— С чего ты взял? Статус Первых Семей. Он пока, правда, прорабатывается, но поверь, никто не останется обиженным. Мы это гарантируем.