"Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров

щебетала, пересказывая ей знаменательные события этого вечера. Слушая девочку, Антонина Марковна в изумлении качала головой, а потом собралась с духом и попросила её больше не устраивать «светских раутов». Малышка поначалу надулась, но затем пообещала вести себя «как все нормальные дети» и она сдержала слово, хотя после памятной на деревне вечеринки даже дети постарше мечтали получить приглашение и постоянно спрашивали, когда будет следующий «светский раут».

В деревне к дочери Лидии Соколовской относились по-разному. Конечно, некоторые завидовали и исподтишка делали гадости, но быстро выяснилось, что избалованная городская фифочка при случае умеет постоять за себя и без колебаний лезет в драку.

Приехавшая Лидия ужаснулась при виде дочери. Всего за месяц её ухоженный персидский котёнок превратился в ободранного уличного хулигана, к тому же задиристого и драчливого. Тем не менее трудолюбивые английские бонны всё же справились со своей задачей, хоть это было нелегко, и вернули девочку в исходное состояние.

Следующее яркое воспоминание о деревенских каникулах у Юлиана осталось спустя год после знакомства с бабушкой.

***

Женщины сидят за столом и привычно спорят, а Юлечка носится по комнате и гоняет забежавшего со двора петуха. Подпрыгивая, тот воинственно кудахчет, и до тех пор не сдаёт позиции, пока не лишается самого красивого пера в хвосте. Девочка бросается к зеркалу и втыкает новое украшение в волосы. Любуясь пером, она вполуха прислушивается к разговору взрослых. Несмотря на настойчивые уговоры дочери, старушка по-прежнему не хочет переезжать в Москву, и отказывается от постройки современного благоустроенного особняка вместо её старенького дома.

— Лидочка, ну, зачем мне всё это? Старая я уже, чтобы подстраиваться под твой образ жизни, — упрямится Антонина Марковна.

— Ну, давай хотя бы сделаем пристройку с душем и туалетом! Это же какая-то дикость справлять нужду в дырявом скворечнике на дворе и мыться в полуразваленной бане. Как можно жить в таких диких условиях?

— Ой-ой! Гляди-ка, какая важная стала! В детстве ты ни на что не жаловалась.

— Мама!

— Ну, что «мама»? Милая, давай оставим всё как есть. Не беспокойся, доченька, меня вполне устраивает такая жизнь. — Сухонькая ладошка гладит Юлечку по пламенеющим на солнце пышным волосам. Тепло бабушкиной руки она ощущает щекой, а себя видит в зеркале. — Ах ты, моё ясное солнышко! Вот не будь у девочки столько нянек, я бы ещё подумала о переезде.

— Мам, хоть деньги возьми.

— А вот за это спасибо. На днях сватья жаловалась, что дочери не на что справить свадьбу. Ты не представляешь, сколько теперь это стоит.

— Мама! Соседи просто тянут с тебя деньги, пользуясь твоей добротой!

— Родная, прекрати возмущаться. Кто-то должен помогать людям, не всё же их обирать до нитки.

Лидия роется в сумке и на стол ложатся ещё несколько толстых цветных пачек.

— Вот возьми, только дай слово, что потратишь их на себя.

— Не переживай, деточка! Много ли нам, старикам, нужно? Всё необходимое у меня есть, да и здоровьем бог не обидел. Хватит говорить о всякой ерунде. Девочки, идёмте в сад. Лидочка, у меня нынче такие груши уродились, ты не поверишь…

— Мам, мне пора…

— Ничего, успеешь! Это ж надо было удумать, заявиться ко мне на вертолёте, — говорит бабушка и в её голосе звучит возмущение. — Бессовестная девчонка! Совсем обо мне не думаешь! Представляешь, что теперь люди скажут?

— Извини, мамуль, но я жутко спешила, а Юлечка просилась к тебе. Вот я и прилетела.

— Лидия! — восклицает бабушка. Она бросает быстрый взгляд на девочку, которая по-прежнему прилаживает в волосы трофей, доставшийся от петуха, и понижает голос: — Деточка, ты соображаешь, что творишь? Это ненормально так баловать ребёнка.

— Юлечка — моя отрада. Единственный свет в окошке.

Судя по лицу, бабушку отчего-то не радуют слова дочери.