"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов

— Дай. Дай. Дай, — бормотал он.

— Всем вам что-то дай. Сами бы хоть раз что-то дали взамен, — огрызнулся Дмитрий, сам уже готовый выстрелить в мерзкую тварюгу.

— Похоже, их привлекает генератор. То дракон, то этот монстр, — настороженно проговорил прапор, оглядываясь по сторонам.

— Гиниратур, — прошептала Аврора чужое слово и сделала глубокий вдох. — Ваша ми… Ди-Ди, а как в халумари занимаются дрконоборством?

Вопрос застал капитана врасплох. Разного ожидал, но не такого. Проще пояснить назначение вещей, чем рассказать, как охотятся на то, что на Земле встречается только в сказках.

— Ну… — начал он и наткнулся на ехидный прищур прапора и любопытственный взгляд местных девушек: и только что натянувшей тетиву арбалета Авроры; и перемешивающей черпаком в ведре святой пепел сестрицы Стефани; и Виолетты, придирчиво начищающей новый кулачный щит, подобранный из запасов взамен старого, украденного драконом.

Капитан поморщился и почесал в затылке. Нету дома драконов, а отчёта по борьбе с ними ждут. И ждут очень нетерпеливо. Значит, придётся сочинять на ходу, подставляя вместо крылатого ящера либо танк, либо боевой вертолёт. Снова почесав в затылке и оглядев верхушки деревьев, Дмитрий продолжил: — Смотря, какой дракон. Обычно это такая особая длинноствольная пушка с заострённым…

И снова нет подходящих слов. Вот как местным пояснить концепт бронебойно-подкалиберного или кумулятивного снаряда, или же ракеты? У них всё, что стреляет из пушки, это ядро, и оно круглое. И даже пули для мушкетов и пистолей круглые.

— Ну… особым арбалетным болтом, — нашёл выход капитан. — Да! Большим таким стальным болтом!

Воительницы недоверчиво ухмыльнулись, не представляя, как из пушки метать болт.

— А в старину, — продолжил капитан, лихорадочно вспоминания легенды, — садились на спину зверя такого, как зебра только больше и без полосок. Брали в руки прочное копьё и мчались на полном скаку к дракону. Копьём его и пронзали.

— Белая зебра? — с недоверием переспросила Виолетта, дыхнула на латунный узор на щите и продолжила тереть его отрезом войлочной ткани, намазанным какой-то пакостью вместо полировочной пасты.

— Чёрная она! — тут же сказала поперёк рыцарки Аврора.

— Да как чёрная⁈ Всем известно, коль полоски чёрные, без полосок будет белая! — возмутилась Виолетта. — Да и глупости это для всяких смазливых северянок с их сказками и зверями! Ни одно животное в здравом духе не помчится на дракона, да ещё и с человеком на спине! И зебра не приручается, иначе бы их давно приручали! И даже боевые быки при виде дракона чаще встают в круг и стоят, опустив рога, как опустившая пики терция! И лучше бы заставить этот рычащий сундук-ганярантур смолкнуть, пока дракон не прилетел…

— Дракон! — завизжала караульная, обрывая гневный монолог рыцарки.

— Лёгок на помине, — пробурчал прапор, кряхтя, как старый дед. Он взял дробовик и скинул куртку, оставшись в тельняшке и коротких местных штанах.

Солдатки тут же засуетились, вставая в плотный, ощетинившийся пиками и алебардами строй. Среди них, прижимая к себе молитвенник и плетёную клетку с почтовыми соколами, затесалась и сестрица Стефани, стиснутая со всех сторон. Благо почтовые птицы куда меньше охотничьей родни, и их проще укрыть.

Гул голосов, разрываемый криками солдатки и сержантки, перемешивался с какофонией, издаваемой скотом и птицей. А вскоре над поляной послышалось уже привычное низкое жужжание божественного благословения, успокаивающего бычков.

Дмитрий, на этот раз оказался не в гуще толпы, а сразу за спиной Авроры, стоящей в первом ряду. Рыжая баронета сноровисто схватила пику и теперь стояла, слегка наклонившись и наступив на уткнутый в землю тупой конец длинного копья. Остриё же, как и острия другого оружия были направлены на дракона.

Крылатый ящер на этот раз не стал переть буром, а приподнял голову и стал вглядываться в толпу при свете, успевшего разгореться в полную силу костра. Пламя громко трещало и бросало искры в потемневшее до густой синевы небо. Языки огня обрели собственную скоротечную жизнь, которой отмеряно ровно одна ночь, и их охристо-жёлтый свет, торопясь свою недлинную прожить поярче, плясал на стволах белых берёз.

— Командир, а если он как огнемёт в толпу напалмом плюнет? И вааще, мне сейчас до смерти интересно, умеют местные драконы огнём пыхать или нет? Если что, мы же всем скопом в головешки превратимся, — проговорил скороговоркой прапор, поглядывая на карету, где хранился огнетушитель.

— Не знаю! — огрызнулся Дмитрий.

Дракон же неспешно окинул взглядом окружённую повозками и защищённую вбитыми в землю кольями стоянку и неспешно двинулся вдоль импровизированной крепости. Он явно не горел желанием драть брюхо и крылья об острые предметы.

— Поворот! — заорала Виолетта, и строй начал, медленно колышась, как большая медуза, поворачиваться фронтом к ящеру.

Незваный гость резко задрал голову и уставился в центр построения, словно выискивал кого-то. Воображение дорисовывало ему человеческие эмоции и мысли, отчего стало немного не по себе: «Спелые, сочные людиш-ш-шки. Как вы посмели вторгнуться в мои владения-я-я?»

А глаза у него были не стеклянные, как у холоднокровных гадов, а живые, подвижные, часто моргающие и поблескивающие отголосками рассудка.

— Я тут подумал, командир? — бурчал прапор. — Ему же на Реверсе, по логике вещей, наверняка не красна девица, а писанный-уписанный юнга нужен. Я для этой роли давно не гожусь по старости и социальным льготам. Остаются трое: ты, расписной баронет и его сопливо-смазливый паж. Как думаешь, кого он выберет?

— Иди к чёрту, — огрызнулся Дмитрий, вытянув шею.

Дракон принялся очень ловко для такой махины маневрировать между стволами деревьев и дальними кольями. Меж солдатками поползли взволнованно-испуганные шепоточки. Одно дело — враг, другое — крылатый, почти непобедимый монстр.

— Держать строй! Собакам скормлю, — тут же заорала Виолетта. Но указанные собаки тоже боялись и потому забились под ноги людям и оттуда громко лаяли на чудовище.

Дракон в поисках путей к двуногой дичи совершил бросок в сторону и, нечаянно напоровшись на кол, заревел и отскочил. Но пауза длилась недолго, ибо дракон добрался до прицепа-бочки, а потом поддел мордой, с грохотом перевернул набок и стал катить кувырком прямо на пики, ломая на бочке колеса и разбалтывая крепления алюминиевой крышки. Вода, разбрызгиваясь по всей поляне, вылилась на траву, и бочка загремела громче прежнего.

— Держаться! — срывая голос, завопила Виолетта.

Дмитрий