"Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов

— Действительно не понимаю, о чём вы.

— Я бы посоветовала вам молиться. Посетите храм. Принесите пожертвования. Тогда можно смягчить вашу долю, а дознанием займётся либо настоятельница лично, либо я. Всяко лучше столичных дознатчиц.

— Я… — начал генерал, пытаясь свести в кучу суть и о какой сумме будет идти речь. Но факты упрямо не складывались. Ну пошумел генератор, так это же далеко.

— Сегодня же, — холодно процедила матушка Марта, и Пётр Алексеевич нахмурился. Это уже было серьёзно. Неимоверно серьёзно. Храм никогда не настаивал так прямо. И отказаться было нельзя.

Жрица встала, давая понять, что разговор окончен, и молча вышла прочь.

— Охренеть, — пробурчал генерал и положил фуражку на стол. — Не-е-е. Без коньяка здесь не разобраться.

Он подошёл к сейфу, открыл и достал бутылку.

— Товарищ генерал, разрешите обратиться! — снова заголосил дневальный, и Пётр Алексеевич медленно поставил бутылку на место.

— Подожди, — пробормотал он, вернулся к столу и неспешно водрузил фуражку на полагающееся ей место — на голову. — Вот теперь давай.

— К вам Николь-Астра из Магистрата.

— Охренеть, — прошептал Пётр Алексеевич, чувствуя, как у него похолодело в животе в предчувствии действительно нехороших дел, ведь не бывает двух срочных визитов одновременно. — Проси.

Он ожидал, что и эта особа начнёт дела с претензий.

Но вместо этого с порога полилась мягкая речь, которая словно была соткана из бархатной истомы:

— Здравствуйте, дорогой мой барон!

Николь-Астра, дама высокая, статная, красивая и в свои сорок семь очень ухоженная. Словно и нет ещё ей сорока.

Одним словом, ведьма.

С дипломом.

Мягкая и цепкая паучиха из банки с названием «Магистрат», где все жрут всех, а закон курятника процветает в нём сильнее, чем в женской колонии общего режима, быстро подскочила к землянину и со стуком поставила на стол бутылку вина. Датчик магии тут же затрещал, и одновременно с ним покрылось инеем выпуклое зелёное стекло — это холодильные чары остудили бутылку, не хуже, чем морозилке.

Волшебница замерла, прислушиваясь к звуку, похожему на треск счётчика Гейгера, а потом опять улыбнулась, сделала несколько шагов и села. Прямо на край кровати.

— Дорогой барон, — начала она и замерла.

И Пётр Алексеевич почему-то подумал, что и эта особа тоже примчалась наспех и даже не репетировала речь.

Значит, будет импровизация. Тем интереснее понять, что же, наконец, произошло.

— Такой чудесный домик, не находите ли?

— Нахожу, — глядя на ведьму исподлобья, проронил землянин.

Ему, согласно местных поправок на гендерный реверс, сейчас полагалось либо усесться в кресло и с громким смехом открывать бутылку, либо плюхнуться прямо у ног этой женщины, но сперва долго и красиво выкручивать пируэты головным убором. И показательно подравнивать яркий гульфик, как на Земле кокетки-блондинки поправляют бюстгальтер.

Но ни то ни другое в планы генерала не входило. Вертел он все эти правила вокруг оси большого глобуса.

Однако ведьма ждала продолжения событий, и ничего не оставалось, кроме как откупорить вино, а потом достать из армейского рюкзака одноразовые стаканчики. Не железную же кружку ей предлагать.

Вскоре вино наполнило пластиковые ёмкости. Астра с непривычки едва не пролила напиток из смявшейся под пальцами тары, на что сконфуженно улыбнулась, залпом выпила и опустила пустой стаканчик на пол.

Неловкая заминка затянулась — затянулась в бездонные карие глаза верховной ведьмы, застывшие, словно душу поставили на паузу. И сейчас внутри её головы работала вычислительная машина.

— Зажониться вам надо, — проговорила через полдесятка секунд женщина, сменив серьезность на иронию и надув губы. И добавила: — Вам или вашему сюзерену, иных путей, увы, нет. Но можете найти ещё каких-нибудь родственников, чья знатность будет подходящей и подтверждённой. Желательно тяжёлым сундуком с золотом.

— Можно поподробнее, — прорычал генерал, тоже отставив свой стакан подальше. Он ожидал всего, но не такого откровения.

— А куда уж подобнее. Страна на грани войны за престол. Единства нет даже в Ордене, что уж говорить про знать. Все хотят определённости. А вы тут… — волшебница состроила скорбную физиономию и добавила: — шумите. Даже храм бежал впереди меня, хотя им дальше ехать.

Землянин присел на край стола и молча уставился на гостью исподлобья. В голове уже трещали, совсем как тот датчик магии, подозрения, но озвучивать их раньше времени было бы глупостью.

Та тоже некоторое время просто смотрела, а потом её брови поползли вверх.

— Вы в самом деле не понимаете?

Когда генерал едва заметно покачал головой, женщина громко засмеялась, запрокинув лицо.

— Вам действительно нужно помолиться в храме, не то боги не простят такой наглости. Ведь вы даже Небесную Пару всполошили, а это многого стоит. Остальное предлагаю обсудить после. И, дорогой барон, думаю, здесь уместнее вести дела, чем в вашей цитадели. Накопилось очень много дел, которые надо обсудить на ничьей земле.

— Это земля маркизы, — проронил генерал.

А Николь-Астра развела руками.

— Она не ваша. И она не моя, — улыбнулась волшебница.

— А вам-то какой интерес?

— Интерес есть. И я готова вам помочь, если вы не окажетесь глухи к моим просьбам. Но обсудим позже, полагаю — проворковала Астра, прищурив хитрые глаза с лёгкими, но красивыми морщинками в уголках.

— Пока не уберёте своих ворон, никаких бесед не будет, — проговорил генерал. В конце концов, надо же перехватывать инициативу.

— Какие вороны? — наигранно удивилась женщина. — Я вообще птиц не люблю. А вы бы убрали подручных насекомых.

— Насекомые? — улыбнулся в ответ Пётр Алексеевич, понимая, что ведьма говорит про жучки прослушки. — Терпеть не могу насекомых.

Генерал опять ухмыльнулся. Найти они жучки не могут, но знают, что они есть. Впрочем, всех ворон перебить тоже не получится. И, как говорится, пошла игра в переводного дурака.

— Тогда откланяюсь, дорогой барон. Надеюсь на скорую встречу. — Николь-Астра встала, указала на одноразовый стаканчик и протянула: — Занятная безделица.

— Обращайтесь, — через силу улыбнувшись, проронил Пётр Алексеевич и сделал глубокий поклон.

Ведьма ответила тем же и вышла.

А генерал набрал воздуха в лёгкие и плавно сел в кресло. Но спокойно выдохнуть не дали: в дверь постучались, и на пороге возник с озадаченным видом прапорщик Сизов.

— Что⁈ — рявкнул генерал в ответ на молчаливый вопрос.

— Там это. Такое, — неопределённо пробормотал Стаканыч.

— Чёрт, — выругался генерал, вскакивая с места, —