Александр Лоскутов - Геймер

– Интересная штука… На радиорынке купил? Почем?

– Папа принес!

– А папа у нас не иначе как крутейший хакер современности? Или контрразведчик в генеральском чине?

– Я не вру!

Все, пора это прекращать, а то сейчас подерутся. Рыжика, конечно, можно понять, но пацан и так уже на взводе.

– Хватит! – Макс резко рубанул ладонью воздух. – К черту все анонимайзеры, мне от них ни тепло, ни холодно. Лучше скажите, почему это мы все еще сидим здесь и теряем время?

Молчание. Макс обвел взглядом своих притихших соратников. Никто не отозвался.

– Выходим. Кому надо в реал – ну там побрызгать в лицо водичкой или «Антипохмелина» глотнуть – пять минут. Дольше ждать не буду.

Недовольный комментарий Рыжика, похожий на «А куда ж ты денешься, один, что ли, попрешься?», Макс предпочел пропустить мимо ушей. Сам он покидать виртуальность не собирался. Нет, только не сейчас, когда этот Снифф сидит всего в двух шагах. Мальчишка, конечно, но мало ли что у него на уме. Вон и ножичек на поясе болтается, а спящего ткнуть много ума не надо. И то, что он полночи вокруг лагеря крутился, еще ничего не значит. Может быть, просто защитного круга боялся… И правильно делал, что боялся, – тех, кто уровнем невысок, такая магия сжигает прямо на месте. Так что…

– Эхм… – Снифф осторожно потянул Макса за рукав. – Бродяга?

– Что? – Оборачиваясь, Макс уже знал, что за этим последует.

– Можно я с вами пойду?

Ну вот, старая песня… Как же это все не вовремя. Башка и так трещит.

– Нет.

– Но почему?

– Просто нет. И все.

– А действительно, почему «нет»? – Макс резко обернулся. За спиной, опираясь на меч, стояла Мэриэн. – Давай возьмем парня, хуже все равно не будет.

– Еще как будет! Если нас с ним засекут, огребем неприятностей по самые уши. Вылетим все с черной меткой – и прости-прощай мой выигрыш!

– ТВОЙ выигрыш?

– Да, мой. – Макс, не моргнув, выдержал направленный на него взгляд. – Про пари с Карелом не забыла?

Мэриэн пожала плечами:

– Сам дурак. А на мальчишке не отрывайся, нечего ему здесь одному болтаться.

– Никак материнский инстинкт проснулся? – съязвил Макс. Настроение, и без того не слишком хорошее, быстро катилось к откровенно отвратительному. Хотелось плюнуть на всю эту игру, вернуться домой, завалиться на диван и спать, спать, спать…

Мэриэн долго смотрела на Макса, пока он наконец не отвел взгляд.

– Бродяга, ты хочешь, чтобы мы с тобой поссорились?

– Ну… – Макс поперхнулся и закашлялся. – А почему ты его защищаешь? Кой черт он нам сдался? Впереди еще триста километров через эти горы, и я готов спорить, что он сдуется уже на первом десятке, будет отставать, а потом, не дай бог, придется его тащить. Зачем мне лишняя обуза? А в бою что с ним делать прикажешь? Да его же запросто прихлопнет первый же встречный гоблин!

– Не прихлопнет! Я умею драться! У меня уровень…

Макс отмахнулся.

– Если ты так думаешь, то чего боишься? – спросила Мэриэн. – Пусть идет с нами – до первого встречного гоблина. Зато потом уже никаких споров – все по справедливости.

– Да? И сколько мне придется ждать этого гоблина? Как мы вообще можем ему доверять? Может, он только и ждет момента, чтобы засадить нож нам в спины!

Мэриэн подняла бровь:

– Бродяга, ты уж будь, пожалуйста, последовательным. Сначала говоришь, что с парнем элементарно может расправиться даже самый слабый противник, и тут же начинаешь утверждать, что опасаешься его сам… Никогда не думала, что маг-воин восемнадцатого уровня вдруг испугается одиннадцатилетнего подростка.

– Даже подросток легко может убить, если выберет правильное время! Например, ночью во время дежурства, когда все остальные спят.

– Ну это легко: ты просто не оставляй его на дежурство…

– Пацана тоже можно понять, – глядя куда-то в сторону, неожиданно вмешался Ворон. – С ним никто не хочет иметь дело, а один он вряд ли далеко уйдет.

Они все сговорились, что ли! Не понимают разве, чем это чревато? Или просто хотят, чтобы «Эрганор» стал могильным камнем на карьере игрока Бродяги? И ладно, если только на карьере.

– А ты что скажешь? – окликнул Макс копающегося в своем рюкзаке Рыжика. Тот пожал плечами:

– Да мне-то какая разница. Пусть идет, если хочет.

Спорить дальше не было уже ни сил, ни желания.

– Ладно. – Макс обреченно вздохнул. – Ладно. Поступайте как знаете. Все равно вся эта игра уже давно катится в тартарары…

Он медленно откинулся назад. Под лопатку тут же безжалостно впился острый осколок гранита… Ну и черт с ним, ну и пускай, если ему так нравится! Хотелось просто закрыть глаза и лежать здесь, чувствуя, как касаются лица первые, осторожные лучи солнца. Сплошной покров туч медленно отступал на север… Похоже, погода меняется. Наверное, программисты «Эрганора» решили в честь праздника порадовать игроков теплыми солнечными деньками… Неважно. Просто лежать и ни о чем не беспокоиться.

И плевать на все эти тысячи! В конце концов, на одних только деньгах мир клином еще не сошелся…

Приближающиеся звуки шагов. Макс неохотно приоткрыл глаза. Рыжик.

– Тебя ждем, – после короткой паузы сказал лекарь. – Идешь?

Как будто тут есть выбор.

– Иду.

– Как думаешь, – вдруг шепотом спросил Рыжик, – он врет? Или у него действительно есть анонимайзер?

– Я ни о чем не думаю, – мрачно буркнул в ответ Макс. – У меня голова болит…

Теперь, когда все наконец-то собрались, насущным оставался только один вопрос: куда дальше идти? По словам вчерашних разведчиков, перевал впереди перекрыт наглухо. И неважно, почему так получилось – простой обвал или локальная перестройка игрового поля, предпринятая гейм-дизайнерами «Эрганора», – надо было решать, что делать дальше: то ли попробовать отыскать обходной путь, то ли сразу вернуться на дорогу.

По некотором размышлении Макс решил выбрать второй вариант. Главный тракт, насквозь пронизывающий империю Властелина и ведущий прямо к воротам Цитадели, – место, конечно, очень опасное. Но искать обходной путь, которого, вполне возможно, вовсе не существует, – удовольствие тоже весьма сомнительное. Тем более что горы дальше становились все круче, скалы все неприступнее, а завалы все непроходимее. Можно потерять массу времени и так ничего и не добиться.

Между тем Макс чувствовал, что именно время сейчас становится важнейшей составляющей победы. Слишком много его уже было потеряно зря… Слишком много.

А значит, нужно спешить.

Под ногами опять размеренно хрустел гравий. Взлетающая при каждом шаге пыль тонким серым слоем покрывала одежду, лезла в глаза, набивалась в нос. Узкая тропа постоянно виляла, огибая подножия тянущихся к небу исполинских утесов. В воздухе едва ощутимо пахло серой.