"Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Борисова Светлана

– Присаживайтесь, госпожа! – она обмахнула лавку тряпкой и, глядя на меня, робко улыбнулась. – Может, вы хотите поесть? Так я мигом приготовлю! Только у нас всё по-крестьянски: суп, каша и блины.

«Но у нас простая еда, вам не понравится», – вспомнились мне слова Лотико и сердце, тоскуя о нём, болезненно сжалось.

– Ничего, мы не избалованные, – ответила я. – Чем покормите, то и хорошо. Только сначала посмотрите моих спутников. Я хочу знать, сильно ли они поранились.

– Так мистер Тофус здесь! – удивилась знахарка и сконфузилась. – Ой! Хорошо, госпожа, я гляну.

Парни было запротестовали, но, когда я не в настроении, со мной особо не поспоришь. После осмотра Алекс обзавёлся повязкой на левой ноге, а Эдик на правой руке. По уверениям знахарки переломы были чистые и кости должны были срастись без осложнений. Остальные повреждения она обозвала несерьёзными и смазала их лечебной мазью; по виду она ничем не отличалась от грязи в придорожной луже. Я припомнила гигантский ожог на спине Алекса и жуткий синяк на груди Эдика, после чего решила, что нам необходима консультация мистера Тофуса. По собственному опыту знаю, что у крестьян всё, что непосредственно не угрожает жизни, относится к разряду несерьёзных болячек.

Несмотря на травмы, аппетит у моих паладинов был отменный и они подчистую подмели всё, что принесла хозяйка. Что ж, будем надеяться, что внутренние органы у парней не повреждены и с ними всё будет хорошо.

Только я пожалела, что наш тигрёнок не может присоединиться к нам за столом, как в проёме закутка появилась Дашка – живая и даже в человеческом виде.

– Дарьюшка! – радостно воскликнули парни.

Я сорвалась с места.

– Ребёнок, ты как? – спросила я, с жалостью глядя на осунувшееся бледное личико.

– Доктор сказал, что жить буду, – пролепетала Дашка и я подхватила её на руки, когда она вознамерилась грохнуться в обморок.

– Вот ведь непоседа! – сердито пробормотал мистер Тофус, выскакивая следом за пациенткой. – Несите её обратно! – распорядился он.

В изумлении я уставилась на подёргивающуюся верёвочку, свисающую у него изо рта. По-моему, это был мышиный хвост, но стоило мне моргнуть, как он тут же исчез. Так -так! И кто же здесь у нас? Я оглядела круглое тёмное лицо, украшенное пышными белыми бакенбардами. Странной формы большие уши, приплюснутый крошечный нос и сердитые немигающие глаза, светящиеся в полутьме, наводили на определённые мысли. Кажется, наш чудодейственный лекарь состоит в близком родстве с домашними мурлыками.

– Хорошо, мистер Тофус! – отозвалась я, пряча улыбку.

Положив Дашку на сундук, я вопросительно глянула на её спасителя.

– Доктор, как она?

– Девчонке повезло! – заважничал мистер Тофус. – Опоздай я хоть на минуту и ей пришёл бы конец. Ну а так полежит пару деньков и снова будет как новенькая.

– Замечательно! Мистер Тофус, я перед вами в неоплатном долгу… – я помедлила. – Так кто вас послал сюда? Мистер Фьюстер или его мать?

Лекарь фыркнул.

– Не угадали, мисс! Меня нашёл мистер Вейс и сказал, что вы нуждаетесь в моей помощи.

– Мистер Вейс, наш бывший хозяин?! – воскликнул Эдик.

Парни, похоже, удивились не меньше моего.

– Ну да, если мы говорим об одном и том же мистере Вейсе, – подтвердил мистер Тофус.

Пока лекарь занимался болячками парней, я нашла знахарку – она снимала высохшее бельё во дворе – и протянула ей золотой.

– Спасибо, что помогли нам. Вы можете потерпеть наше присутствие ещё два дня?

– Да, госпожа! – женщина быстро глянула на золотой и смущённо потупилась. – Это слишком большие деньги. Я не возьму, – пробормотала она и для верности спрятала руки за спину.

Надо же, какое бесхитростное создание! И это при куче детей, что выглядывают из всех углов.

– Сколько вам лет? – спросила я, хотя обычно не страдаю избытком любопытства.

– Двадцать три, – призналась знахарка.

– А детей сколько? – продолжила я допрос.

– С Марис было бы десять, – последовал слёзный ответ.

Да, вот они прелести жизни без контрацептивов! Будь я на её месте, то к своим двадцати семи уже обзавелась бы четырнадцатью спиногрызами. Я пригляделась к женщине. В общем-то, хорошенькая, но уже на стадии увядания, к тому же на лице печать постоянной усталости. Да, крестьянкам не позавидуешь: пашут как лошади и вдобавок рожают каждый год.

Я взяла знахарку за руку и положила золотой на её заскорузлую ладонь, испещрённую несмываемыми тёмными прожилками. Н-да, глядя вживую на прелести средневековья, начинаешь понимать какое это благо цивилизация, изобретшая для женщин кучу домашних машин и вдобавок резиновые перчатки.

– Берите, это мой вам подарок.

– Госпожа!.. Да благословят вас Святые Небеса!

Господи! Вот за что мне всё это?! Женщина упала на колени и попыталась облобызать мне руку. Я велела ей встать и заговорила об уходе за нашими лошадьми. Как и ожидалось, эта тема вернула знахарку в нормальное состояние. Затем я порасспросила её об окрестностях: после встречи с фандорийским уроборосом мне чего-то расхотелось идти наобум.

Расставшись с хозяйкой, я вышла на околицу и посмотрела на опалённый луг, где совсем недавно кипела битва, причём не шуточная. Во всяком случае, мне и моим паладинам уж точно было не до смеха.

Вильям Дар. Стоило только вспомнить и память услужливо подсунула видение чернокожего Адониса. Так кто же ты такой, Вильям Дар? Чует моя душа, что это не праздный вопрос. Такое ощущение, что мы ещё встретимся и вряд ли эта встреча будет мирной, а жаль. При ином раскладе мы могли бы быть друзьями…

«При каком таком другом раскладе?» – спросила я себя. Увы! Завеса тайны чуть приподнялась, но мне не дали разглядеть, что за ней скрывается.

Ну и ладно! Всему своё время. Спешить некуда, хотя не мешало бы найти постоянное пристанище. Дашка ещё маленькая, ей нужен дом и компания сверстников. Надеюсь, здесь есть приличные учебные заведения…

Чёрт! За всеми этими бабскими заботами чуть не забыла за чем пришла! Я достала обломок меча и критически его осмотрела. От того, что раньше было нормальным лезвием, осталось сантиметров двадцать. Что же делать? Совсем отломать и оставить одну рукоять, или пусть будет, как есть?.. Да ну! Плевать на джедаев, пусть остаётся, как есть. Собравшись с духом,