"Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Борисова Светлана
– Возможно, что так, – согласилась миссис Фьюстер.
Свой скепсис она оставила при себе. Борей приходился ей двоюродным братом и очень баловал племянника. Когда суровый северянин появлялся у них в гостях, он обязательно привозил Лотико какой-нибудь удивительный подарок и рассказывал ему массу занимательных историй. Естественно, что восторженный ребёнок, живущий в её сыне и поныне, очень любил дядю и с нетерпением ждал его появления у них дома. Вот почему миссис Фьюстер была уверена, что Аполлон совершенно не случайно схлопотал стрелу, заставившую его отвернуться от женщин.
Мать и сын уже почти подошли к воротам поместья, и тут перед ними возник небесный посланник. Держа древко императорского штандарта, крылатый воин возвестил, чтобы Лотико жаждет видеть сам Золотой император, причём немедленно.
Миссис Фьюстер с беспокойством посмотрела на сына.
– Что-то мне не нравится этот вызов.
– Не переживай, родная! Всё будет хорошо.
Лотико обнял мать, но она не успокоилась. Волосы на её голове приподнялись и пришли в движение. Небо заметно потемнело и покрылось тучами, вслед за тем задул холодный ветер, постепенно набирающий скорость и мощь. Прежде некрасивое, но обаятельное лицо миссис Фьюстер заострилось и потемнело, а ноги начали превращаться в жуткие птичьи лапы.
Крылатый воин испуганно покосился на неё и на лбу у него выступил пот. Он судорожно сглотнул и намертво вцепился в древко штандарта. При этом пальцы его левой руки сами собой сложились в охранный жест.
На счастье посланника, Лотико хлопнул в ладони и металлические накладки на его перчатках издали протяжный звук, очень похожий на рёв медных труб. Заслышав его, миссис Фьюстер слабо вскрикнула и отпрянула от сына.
– Поросёнок! – проворчала она и с озабоченным видом дотронулась ладонями до лица. – Перья нигде не торчат? – осведомилась она.
– Нет, всё в порядке, – сказал Лотико, и чтобы успокоить её снял перчатки и засунул их за пояс.
– Совершенно незачем было меня пугать, – выговорила ему миссис Фьюстер.
– Прости! – смиренно проговорил он, без малейшего признака раскаяния на лице, и добавил: – Думаю, Золотой император точно не обрадуется, когда узнает, что его посланника разорвали на мелкие кусочки.
Принюхавшись, миссис Фьюстер насмешливо посмотрела на воина, застывшего как изваяние, и тот густо покраснел.
– Вот чего ты пугаешь беднягу? – проговорила она, укоризненно глядя на сына. – А потом говорят, что это мы распространяем зловоние.
– Ну знаешь! Не будь ты моей матерью, я бы тоже тебя боялся, – улыбнулся Лотико, и на лице посланника промелькнуло облегчение.
Взлетев на спину Василевса, бог любви послал матери воздушный поцелуй, а затем повелительно махнул сопровождающему.
– В путь! – приказал он, и крылатый воин сорвался с места с такой скоростью, будто за ним гнались все фурии ада.
Когда оба исчезли в небесной вышине, к миссис Фьюстер подъехал мужчина, восседающий на вороном красавце, который был копией Василевса. Да и сам он, светловолосый и черноглазый, очень походил на Лотико – разве что у него не было рожек на голове.
– Куда это он? – поинтересовался вновь прибывший.
Миссис Фьюстер слегка поморщилась, но больше ничем не выдала своего неудовольствия несвоевременным визитом.
– Прибыл посланник Золотого императора, он зовёт Лотико к себе, – ответила она и, выразительно глянув на мужчину, добавила: – Здравствуй, папа! Давно не виделись.
– Здравствуй, Аэлла! – усмехнулся Хаос и спрыгнул на землю. – В дом пригласишь или как?
– При условии, что ты пообедаешь со мной.
– Ладно, только у меня встречное условие…
– Хорошо, я не буду третировать тебя расспросами. Поедим в мирной семейной обстановке.
– Договорились, – кивнул Хаос.
Он позволил дочери взять его под руку, и она в безмолвном удивлении приподняла бровь.
– Ладно, ладно! Не такой уж я недотрога. Не веришь, спроси у матери, – проворчал Хаос. – Лучше расскажи, как вы тут живёте.
– Что ты имеешь в виду?
– Слухи утверждают, что у тебя гостила Сирин, смертная дочь Золотого императора.
– Я приютила девочку, когда она потеряла сознание от подарка феникса.
Миссис Фьюстер с любопытством покосилась на лицо отца, хранящее непроницаемо-спокойное выражение. Попутно у неё мелькнула мысль, что она уже подзабыла, как много Лотико унаследовал от деда, в том числе его красоту и досадную невосприимчивость к любви.
– Вижу, тебе это не нравится, – забросила она удочку.
– Да, – не стал отрицать Хаос. – Вам не стоило вмешиваться в семейные дела императора.
– Мы и не вмешивались! – запротестовала было миссис Фьюстер и тяжко вздохнула: – Но ты же знаешь Алконост. Дрянная девчонка не даёт Лотико прохода. Не знаю, как ей удалось, но она заставила его поймать Сирин в ловушку Антероса.
Хаос внимательно глянул на лицо дочери и неодобрительно поджал губы.
– Так-так! Неужели смертная девчонка сумела подобрать ключик к его сердцу? – проскрипел он. В отличие от внука у него был невыразительный монотонный голос.
– Вот не знаю… – заколебалась миссис Фьюстер. – Временами кажется что да, но мальчик всё отрицает и говорит, что ничего не изменилось.
– Знаю, ты желаешь сыну только добра. Поверь, Аэлла, будет гораздо лучше, если ты не будешь толкать его на глупости. Лотико ни к чему все эти любовные терзания. Они лишь замутят ему разум, а он и так ступает по тонкому льду. Как мой внук он слишком силён, а Золотой император злопамятен и до сих пор не простил нам, олимпийцам, борьбы за власть. Он только и ждёт, чтобы кто-нибудь из нас оступился, чтобы добить тех, кто ещё остался.
– Сама этого боюсь! – чуть не до слёз расстроилась миссис Фьюстер. – Вдруг император что-то злоумышляет, и наш мальчик попал в беду? – с отчаянием вопросила она и её волосы вновь начали подниматься, а глаза обзавелись внутренним веком.
– Ерунда! Аэлла, перестань нервничать, ничего с ним не случится, – сказал Хаос, опасаясь, что дочь снова впадёт в панику и улетит, довершив своё превращение. – Так ты говоришь, что феникс благоволит к смертной? – спросил он с оттенком любопытства, что случалось с ним крайне редко.
– Это не удивительно, ведь это он поспособствовал появлению на свет Алконост и Сирин, – сказала миссис Фьюстер.