Фантастика 2026-213 - Борисова Светлана

— Неужели?.. Тсс, маленький! Всё хорошо, — я погладила Егорку по спинке. — Твоя тётка слишком громогласная, да? Ничего, скоро она уйдёт и больше нас не побеспокоит.

— Размечталась! Если понадобится, я силой притащу тебя на Фандору.

— Смотри не надорвись… В чём дело? — спросила я, увидев, что дверь в спальню слегка приоткрылась.

— Ирина Феликсовна, там какая-то ненормальная уже полчаса стоит у ворот; требует, чтобы её пустили, говорит, что её прислал ваш муж,— сообщила Марина, наша экономка, и добавила в ответ на мой вопросительный взгляд: — Приличная одетая, похожа на таджичку, лет сорок на вид. Не знаю, кто такая, она не местная. Охранник говорит, что приехала на такси с городскими номерами.

Скорей всего, это обещанная Алексом нянька. Тоже мне, нашла время для визита!

— Сначала уложи Егорку, затем приведи женщину ко мне, — распорядилась я.

Войдя, Марина с удивлением посмотрела на нас с Алконост, а затем, опасливо косясь на пса, подошла к кровати и взяла Егорку на руки.

— Ирина Феликсовна, вам чаю принести? — спросила она, стараясь не слишком пялиться на мою двойняшку. Я кивнула, и она направилась к двери, по широкой дуге обходя пса, который совершенно индифферентно отнёсся к её визиту.

Слава богу! Егорке больше не грозит непосредственная опасность. Конечно, сейчас сволочная сестричка притихла, но кто знает, что стукнет ей в голову в следующий момент.

Молча мы ждали, когда вернётся экономка. Спустя некоторое время Марина принесла поднос и поставила на стол дымящийся чайник и блюдо с плюшками. Разлив чай по чашкам, она сказала, что нянька попросилась в туалет с дороги.

Не успели мы допить чай, как Марина с до смерти перепуганным лицом ворвалась обратно и закричала, что нянька пропала и вместе с ней Егорка с Ильюшкой. Я вцепилась в горло Алконост, и тут пёс каким-то образом умудрился протиснуться между нами. Встав на задние лапы, он оскалил пасть мне в лицо и зарычал. Я не сразу поняла, что это речь и попыталась его отбросить, но тут его передние лапы превратились в руки и он схватил меня за запястья. «Это Тонанцин!» — довольно членораздельно прорычал оборотень; его морда мучительно задёргалась, претерпевая изменения, но ему так и не удалось принять человеческий облик.

Пока я разбиралась с непонятной тварью, Алконост уже не было в спальне. Я догнала её уже у выхода из дома. Опередив меня, она вылетела на улицу и, быстро оглядевшись, бросилась бежать в сторону гаража.

— Кто такая Тонанцин? — выкрикнула я, несясь следом за ней.

— Богиня земли! — выкрикнула двойняшка. — Это она забрала твоих детей!

У меня оборвалось сердце.

— Зачем? — в отчаянии выкрикнула я.

— Затем, что отец принёс тебя в жертву Тонанцин!

— Что?!

— Что слышала! Давай быстрей, пока она не переместилась! Иначе можешь попрощаться со своими недомерками!

После её слов у меня словно крылья выросли за спиной, и всё же пёс оказался быстрей. Он проскочил мимо меня и с яростным рычанием вцепился в кого-то невидимого у нас на пути.

Неожиданно Алконост схватила меня за руку.

— Пой, Сирин, иначе будет поздно! — выкрикнула она и я, не раздумывая, запела.

Чтобы вернуть сыновей я была готова вырвать себе сердце, не то что запеть.

Поначалу мой рыдающий голос срывался и дрожал, но постепенно он набрал силу и окреп. Я пела о своей любви к детям и мужу и о счастье, которое они мне дарят одним лишь своим существованием, и что ради них я готова продать душу дьяволу. Пела о том, что без сыновей мне нет жизни, и я сделаю всё, чтобы найти и покарать того, кто посмел отнять их у меня. Пела о том, в какой ад я превращу жизнь похитителя; и мне плевать человек это или бог; я обязательно его найду и убью, чего бы мне это ни стоило. Чтобы дать до конца прочувствовать мои страдания, я на глазах виновника моих бед убью всех его близких, а затем живьём вырву его сердце и брошу его собакам, и их дерьмо будет ему единственным памятником в этом и потустороннем мире.

Под воздействием моего пения вокруг пса, который мёртвой хваткой держал невидимку, вспыхнуло неяркое сияние, и в его свете проступил силуэт женщины и двух малышей, которых она держала за руки.

При виде сыновей моё горло перехватил нервный спазм, но я сдержала порыв и не бросилась к ним; интуиция говорила, что нельзя спешить; нужно чтобы Егорка и Ильюшка окончательно материализовались, только тогда они вернутся в реальный мир.

Видимо, Алконост тоже это знала. Как только наступил нужный момент, она бросилась к женщине и положила ей руку на голову, и та закричала так, что у меня волосы встали дыбом. Не теряя времени, я схватила сыновей и отскочила прочь.

Не знаю, что двойняшка сделала с Тонанцин, но зрелище было не из приятных. Богиня явно страдала; вскоре она выгнулась дугой и, не переставая кричать, рухнула на колени.

Обуреваемая разноречивыми чувствами, я смотрела на похитительницу моих детей и, несмотря на ненависть к ней, едва удерживалась от того, чтобы не броситься ей на выручку. И тут я заметила ещё кое-что. Воздух ощутимо похолодел, и им стало трудно дышать, к тому же сосны, растущие поблизости, стали прямо на глазах жухнуть и осыпаться. Бог ты мой! Судя по стремительной экологической катастрофе, двойняшка выкачивает жизнь не только из Тонанцин, но и изо всей планеты.

Чёрт, чёрт, чёрт! Нет, так дело не пойдёт! С этим нужно что-то делать и быстро, а я по рукам и ногам связана детьми…

«Госпожа, не беспокойтесь! Я присмотрю за малышами», — прорычал у меня голос за спиной, и я резко обернулась.

Оборотню всё же удалась трансформация. Это был шолоицкуинтли, но несколько мельче, чем его сородичи из Огненной стражи, с которыми я повстречалась в башне Руха. И этот шолоицкуинтли внушал мне доверие.

— Как тебя зовут?

— Нэхуель[1]

— Чего? — не поняла я, решив, что это ругательство. Всё же сказывается дурное влияние Алекса.

— Нэхуель, — сдержанным тоном повторил шолоицкуинтли.

Надо же, какое оригинальное имечко! В другое время я бы посмеялась, но сейчас мне было не до смеха.

— Нэхуель, если ты ещё раз посмеешь тронуть моих детей, я тебя изничтожу. А сейчас будь добр присмотри за ними.

Оставив Егорку и Ильюшку на