Призрак - Анастасия Пименова

Паника плохой советчик, поэтому заставляю себя собраться, когда спор тех двоих продолжается.

Любая техника подчиняется логике. Даже та, что создана, чтобы убивать.

Экран. Тусклый, но живой, значит, питание есть.

Кнопки. Не хаотично. Слишком аккуратно, чтобы быть ловушкой. Провода уже подключены, значит, ничего паять или замыкать не нужно. Это не самоделка на коленке. Это промышленная штука для людей, которые тоже не хотят взорваться раньше времени. Вероятнее всего, если бы она взрывалась сразу, то её никто бы не использовал.

Палец ложится на одну из кнопок, самую дальнюю, и я смотрю на то, как он дрожит. Одно нажатие и… узнаю.

Тихий щелчок, и ничего.

Дальше не медлю, нажимаю практически сразу же. Экран загорается чуть ярче.

Цифры.

Таймер.

Он показывает нули, но рядом мигает маленький символ… ожидание ввода. Значит, сначала установка, потом активация. Не наоборот.

На последнюю кнопку так и не рискую нажимать дальше, я нашла то, что нужно.

На сколько ставить? Десять минут? Полчаса?

Выглядываю из-за колоны, когда один из мужчин пинает пустую коробку, другой снимает маску, чтобы вытереть лицо, и тут же матерится, натягивая обратно. Привычка, что может стоить жизни.

Сначала отвлекающий маневр, после таймер на взрывчатке и всё остальное.

Отступаю назад и сворачиваю в боковой коридор, туда, где раньше были служебные помещения, судя по табличкам на дверях. Здесь темнее, уже прохладнее, эхо другое. Звук пойдёт куда надо.

В одной из комнат нахожу то, что мне нужно, а именно металлическую тележку, пустые ящики и разбитый огнетушитель.

Сейчас я им устрою "бах". Один — поменьше, другой — побольше.

Стараясь особо сильно не греметь тележкой, везу её очень аккуратно, а дышу через раз, чтобы прислушиваться не идет ли сюда кто-то.

Я ставлю тележку под наклоном, подкладываю под колёса кусок пластика, который едва держится. Натяжение. Хлипкое равновесие.

Мне не нужен взрыв в полном смысле слова. Мне нужен резкий, пугающий, непонятный шум. Такой, чтобы мозг у них сработал раньше логики.

Огнетушитель лежит на боку, помятый, с сорванной пломбой. Давление внутри, если не совсем на нуле, то близко к тому, чтобы сорваться.

Я перекатываю его ногой и нащупываю вентиль. Цел. Уже хорошо.

Нужно ещё кое-что…

Приходится щуриться, чтобы разглядеть здесь что-то, так как света мало, а фонарем не рискую воспользоваться.

Металлический обломок, острый край торчит, как клык. Подкладываю его под корпус огнетушителя, ровно туда, где металл тоньше. Затем фиксирую всё это дело изолентой, найденной тут же, старой, но ещё липкой.

Для последнего штриха мне нужен кусок проволоки, который также нахожу и цепляю его за ручку тележки и протягиваю к двери, а дальше пользуюсь веревкой, которая есть в моей сумке. Ладно, иногда в хаосе и разрухе есть свои плюсы. Вот, сколько всего полезного удалось найти.

Просто потянуть, и равновесие нарушится. Тележка поедет.

А дальше гравитация и давление сделают своё. Надеюсь на это.

— Работай… — беззвучно прошу я.

Отхожу назад, ступаю тихо, почти крадусь, даже на носочки встаю, хотя в этом нет необходимости. Если меня и услышат, то даже так. Возвращаюсь тем же путём, но уже не к колонне, а дальше, обходя зал по периметру. Мне нужно быть с другой стороны, когда это рванёт. Вместе с веревкой в руках перемещаюсь по центру, понимая, что она вот-вот закончится. Коротковата, но лучше, чем ничего.

Я замираю, упираясь плечом в холодную стену, и тяну веревку.

Ничего не происходит.

Ну, же. Давай, чёрт возьми.

Тяну на себя и слышу глухой металлический скрежет. Секунд, две… Тележка срывается.

Бах!

Резкий, сухой хлопок разрывает тишину, будто кто-то выстрелил из пушки в замкнутом пространстве. Эхо бьётся о стены, потолок, лестничные пролёты. Следом свист, шипение, ещё один грохот, когда пустые ящики летят на пол, а я отбегаю в сторону, ещё дальше и слышу голоса:

— … что за зерня?!

— Склад?!

— Проверьте! Вы, двое! Быстро!

Двое срываются с места, шаги гулко уходят в сторону служебных помещений. Остальные трое остаются, в том числе и те, что ругались.

Они переговариваются по рациям, коротко, обрывками фраз. Хоть они и остались, но всё их внимание переключилось туда, где был шум, поэтому именно в этот момент я и двигаюсь. По краю зала, прячась за тенями, за грудой мусора, за перевёрнутой тележкой. Сердце колотится, дыхание сбивается, но противогаз приглушает звук, хотя бы в этом он на моей стороне.

Скользя между тенями, я на ходу вытаскиваю устройство из сумки. Экран снова тускло светится. Пальцы дрожат, но слушаются.

Десять минут. Должно хватить, чтобы убраться отсюда и не быть заживо похороненной, ведь взрыв будет не маленьким. Аккумуляторы вспыхнут цепной реакцией, надеюсь так, чтобы всё это точно сгорело.

Щёлк. Таймер запущен.

Уже возле горы аккумуляторов, между рядами тепло, металл ещё хранит энергию, запах резины и кислоты щекочет нос даже через фильтр. Я запихиваю взрывчатку как можно глубже, туда, где плотнее всего.

Прикрываю сверху старым брезентом, грязной плёнкой, каким-то хламом. Чтобы точно не заметили.

Я уже собираюсь отползти назад, даже делаю это, поднимая взгляд и… сталкиваюсь им с другим.

Молчаливый.

Он обернулся резко, будто почувствовал. Наши глаза встречаются на долю секунды. Этого достаточно.

Он уже поднимает оружие.

Выстрел.

Пуля врезается в аккумулятор рядом со мной, металл визжит. Я падаю на бок, перекатываюсь, прячась.

— Там! — орет кто-то из них приглушенным голосом, вероятно, имея в виду меня.

Я тянусь за пистолетом, пальцы скользят, наконец сжимаю рукоять. Дыхание срывается, а противогаз только мешает.

Звучат крики, только не человеческие, а безумных.

Шум привлёк их. Конечно. Как мотыльков на огонь.

— Чёрт… — выдыхаю я.

Я выглядываю из-за укрытия и стреляю. Один раз.