"Фантастика 2026-218". Компиляция. Книги 1-29 - Василий Груздев
Кивает, понимая, что у меня образовались обстоятельства, на которые я попросту плюнуть не могу.
Распрощались, довольные друг другом. Я на кухню сразу заглянул, чтобы забрать обещанные пирожки. А там меня уже ждали. Чили и его старшие братья. Похоже, в семье не знают про роль Чили в моём исчезновении из таверны, ну кроме отца, естественно.
Все кинулись меня расспрашивать, как я сумел смыться незаметно из таверны и где так долго пропадал. Ну, Чили только второй вопрос интересен. Всех заверил, что обязательно пообщаюсь со всеми, но не сейчас. А сейчас у меня ещё дела, но ночую я сегодня в таверне, вот тогда и пообщаемся. Чили навострил ушки… в большей степени, это я для него, а не для остальных говорил.
Узелок с пирожками примостился в сумке. Я бодро шагаю в сторону рынка. И ведь удивительно… ну, не обращают, на меня внимание, ни прохожие, ни нищие, что сидят по краю дороги, милостыню у жителей и гостей города выпрашивают.
Иду, решаю про себя, куда в первую очередь направить свои стопы, к дедушке Кериму или всё-таки Кицу, эту гадину навестить.
Думаю, в первую очередь, всё-таки к Кице зарулить, всё равно на базаре её искать, а потом и дедушке Кериму пойдём. У него я, точно задержусь, он о многом меня будет расспрашивать, как он это умеет… да и накормит наверняка, несмотря на то, что я сегодня без мяса, но у меня опять имеются с десяток пирожков то Кира, а господин Керим их очень уважает.
Рынок. Сложно тут быть незаметным и не узнанным. То кто-то толкнёт или вовсе на тебя набредёт, а потому, крадусь по краешку.
Вот и место, где травницы обосновались. Примостился недалеко от них, наблюдаю. Кица разложила свои травки, о чём-то с товарками своими беседует, хотя особой любви между ними никогда не было. Конкуренты…
У каждой имеется, при рядке, что-то вроде маленькой сараюшки. Не всё же с собой каждый раз на продажу таскать, да и кто рискнёт у человека, работающего на воров, что-то воровать, хотя отморозков хватает. А ведь на меня женщины внимания не обращают. Ждать нечего, пора…
О! Как раз Кицу потянуло в свой закуток, что-то припрятать или наоборот, достать решила.
Прохожу спокойно мимо рядов, где её товарки свои травки-муравки разложили, о чем-то между собой болтают, на меня, ноль внимания.
Воспользуемся.
Ныряю под прилавок и быстро шаг в сторону открытой двери сарайчика, в котором что-то перебирает Кица, согнувшись раком, явно что-то с нижнего ряда пытается достать.
Ничего умного не придумав, со злости просто пихаю её под зад, да так, что она рыбкой нырнула под стеллаж…
— ай! Да чтоб вас…
Стоит на карачках, матерится, а понять не может, кто её так…
Вот, наконец, как-то извернулась, повернувшись в пол оборота и усевшись на грязный земляной пол, попой, повернулась в мою сторону…
— а, чё…
И всё…
Ступор, словила!!!!
А я, медленно-медленно из ножен, что к предплечью левой руки прикреплен, свой маленький тесак, потихонечку так, вытягиваю…
У неё в глазах, ужас и паника, закричать хочет и не может, горло свело, одни хрипы из открытого рта вырываются.
Одной рукой рот прикрывает, а вторую, в мою сторону выставила и трясёт ею, как бы прося пощадить её.
Явно думает, что нежить к ней в гости намылилась, но, не обращая внимания на то, что нежить ножом бы пользоваться не стала, чтобы её умертвить, у нежити для этого зубы и когти имеются, давно бы ей уже в горло вцепилась…
Я же, играя ножичком, почти вплотную подошёл, но ни настолько, чтобы она смогла меня ногой по коленке лягнуть, с этой сучки станется.
Я с ней, за все её попытки обмануть меня с оплатой за мои гербарии, считай, уже расплатился, такой вид унижения, что душа поёт. Теперь точно бояться будет.
— Поговорим? — Тычу я в её сторону, ножичком.
Хрип мне ответом.
— Головой кивни, дура — не сдерживаюсь я, в выражениях.
Говорить стараюсь потише, чтобы её товарки нас не услышали, но на базаре такой гул.
— даживой я, живой — продолжаю я — просто зашёл поговорить, порадоваться вместе и поблагодарить, раз ты меня под воров подвела, сучка крашеная…
— я не специально…
Ты смотри, смогла хоть что-то из себя выдавить.
А я гляжу на это чудо, и шевелится в душе, жалость… вроде ведь покупает у меня моё сено, помогая, тем самым, жить.
Вид, конечно, у неё сейчас жалостливый и униженный, м-м… ведь она меня сейчас, явно боится, очень боится, до дрожи в коленях, а ведь всегда со мной нагло вела, заносчиво.
Грех не воспользоваться возникшей ситуацией и что её от меня, просто от страха трясёт.
— За твой косяк и наказание соответствующее. Ты, я слышал, немного и лечением подрабатываешь??? — Спрашиваю я.
Кивает, опять у неё что-то в горле булькает, но, наконец, вразумительное выдавила из себя.
— да — шепчет она не послушными губами, что продолжают дрожать на её заплаканном лице…
И ещё… очень похоже на то, что она от страха, обделаться даже умудрилась.
Делаю шаг назад, чтобы не так сильно воняло…
— с этого дня, я набиваюсь к тебе в ученики. Мне все свои знания передаёшь, как по лекарской части, так и по травничеству, и алхимии. Говорили, что ты и склянками, со своими настойками, торгуешь???
Кивает, не в состоянии проронить и слова.
Смотрю на неё презрительно…
— хотел тебе результат своего труда предложить выкупить, за время моего отсутствия, но вижу, что ты слегка не в форме. К «подружкам» твоим, так уж и быть, не пойду… — слово подружки выделил особо, зная какие, на самом деле, у них всех отношения между собой. — Завтра к тебе наведаюсь, предложу выкупить у меня сбор трав… ну и про моё обучение сразу переговорим. Сразу нацеливаю тебя, что хотел бы поучаствовать, как в лечении больных, так и в изготовлении твоих снадобий. На первых порах, буду, так уж и быть, работать на тебя бесплатно, если, конечно, мне удастся возвратиться из проклятых пятен, куда я направлюсь, с твоей лёгкой подачи. А теперь, клятву на крови, что берёшь меня в ученики…
Опять давлю я на неё взглядом, несмотря на распространяющуюся вонь, делаю к ней с угрозой во взгляде шаг, при этом выставив вперёд нож…
— клянусь святой Мартинией, покровительницей магов и алхимиков — говорит она и дальше по тексту, полную форму клятвы учителя, и царапает у себя ладонь об выступающий из доски