Александр Лоскутов - Мегабайт

«Жаль. Надо бы сбить ту дрянь, пока она на нас не настучала».

«У тебя же есть одна бомбочка».

«Если я ее использую, то просто грохну один из близлежащих компов. Это – тупиковое ответвление. Мы не сможем выйти. И еще одно... Кажется, в этой заварушке моя бомба... немного потерялась».

«Немного потерялась, – фыркает Ифо-1. – До чего же ты все-таки забавный! Немного потерялась... Ладно. Черт с ней. Убираемся отсюда».

«Давно пора».

И мы пошли домой... Вернее, поползли.

До сих пор не могу понять, как мы ухитрились добраться до дома. У нас был один шанс из ста... нет, один из тысячи. Но мы все-таки сумели ухватить его за хвост.

Мы выжили.

Наверное, нам просто повезло.

Двое суток мы ползали по недрам сетей. Двое суток – это очень-очень много микросекунд, каждая из которых отложилась в нашей памяти испепеляющим пламенем боли. С тех пор как мы вырвались из рук ИЦИИ, я не испытывал ничего подобного.

И вот мы на месте. Я вижу впереди окаймленные ослепительным пламенем антивирусной защиты массивные ворота, вокруг которых сотнями вьются программы-часовые, и облегченно вздыхаю. Это – вход в локальную сеть корпорации Nanotech.

Останавливаюсь, чувствуя на себе пристальное внимание электронных стражей. Жду.

«Назовите пароль». – Холодный металлический голос программы-стражника буквально пронзает нас насквозь.

«91C4F9D43E8...» – шепчет Ифо-1.

«Пароль неверен. Назовите пароль».

Чего? Не понял...

Отталкиваю изумленного до глубины души Ифо-1 и называю код повторно только для того, чтобы напороться на точно такой же ответ:

«Пароль неверен. Пароль устарел. Назовите пароль».

Хм-м... Вот, значит, как? Они сменили пароль. Зачем? Собственно, если бы мы были в форме, нас бы это не остановило. Любой пароль можно подобрать. Любую защиту – пробить или обмануть. Но сейчас у нас нет на это ни времени, ни сил. И желания тоже нет.

«Назовите пароль», – снова требует безразличный голос цифрового стража.

«Дополнительная возможность, – заявляю я. – Два-шесть-шесть-четыре. Видеофонный звонок».

Проходит целая вечность, прежде чем программа-страж, сверившись со списком своих директив, объявляет мне свой окончательный приговор:

«Возможность доступна. Номер?»

Еше одна вечность уходит на то, чтобы установить связь. Потом передо мной разворачивается виртуальный экран. Я вижу знакомое лицо Шермана и немного расслабляюсь.

– Деннис, это Ифо. Открой вход в локалку.

– Ифо?! Где ты пропадал? Мы думали...

– Потом. Все потом. Открой вход.

Шерман кивает, и связь прерывается. Мы ждем. На этот раз проходит сразу три вечности. Я чувствую пристальное внимание сканирующих программ и мысленно ухмыляюсь. Все правильно. Так и должно быть...

Должен же Шерман убедиться, что этот звонок не подделка.

В мрачной стене защитных программ открывается широкая дверь.

«Доступ разрешен, – информирует нас страж. – Сообщаю новый пароль: 7DA5B052E61».

Кое-как мы с Ифо-1 заползаем внутрь и видим, как позади нас медленно закрывается проход. Какая-то чересчур шустрая программка пытается проскользнуть в отверстие вслед за нами, но сталкивается с одним из готовых к любым неожиданностям электронных часовых. Короткая стычка заканчивается вполне прогнозируемым результатом – нахальная гостья распадается горсткой электронного мусора.

Провожаю взглядом медленно оседающие на несуществующий пол виртуальные обломки и позволяю своему Ядру на время отключиться.

Третий день занимаемся ремонтом. Латаем дыры в собственной шкуре. Многое уже исправлено, но, к сожалению, добрая половина систем ремонту уже не подлежит. Некоторые из них можно заменить на новые (благо проект «Другая Жизнь» обладает вполне приемлемой для этого программной базой). Некоторые, но не все. Ядро, к примеру, заменить невозможно. Ядро – это то, что отличает нас от тупых и недальновидных программ-имитаторов интеллекта, которые были широко распространены до нашего появления.

Ядро – это наш разум, наше «я».

Но ведь в Ядро тоже постепенно проникают ошибки. Особенно много их появляется после того, как какой-нибудь взрыв хорошенько взбалтывает нам мозги.

Именно эта неприятность случилась с Ифо-2. Со времен того дурацкого столкновения близнец не может нормально мыслить. Головная (или внутриядерная) боль сводит его с ума, не прекращая терзать Ифо-2 ни на микросекунду.

Проведенные мною тесты выявили серьезные и многочисленные повреждения в структуре его Ядра.

В свете этого у нас не оставалось иного выбора.

Я отключил Ифо-2 и аккуратно провел сложнейшую операцию на его Ядре.

Это было нечто... Нечто такое, чего мне никогда больше не хотелось бы повторять.

Причина очень проста.

Мы с Ифо-2 фактически представляем собой две головы, имеющие одно тело. Внешние подпрограммы у нас общие. Контроль над ними есть как у меня, так и у Ифо-2. Когда я вскрыл Ядро Ифо-2 и начал в нем копаться... О боже... Я режу, вычищаю, копирую и занимаюсь тому подобными хирургическими делами, а наше общее тело дергается при этом как уж на сковородке. Оказывается, вместе с Ядром необходимо отключать и внешние функции, иначе получается какая-то безумная пляска. Я пытался удержать наши внешние подпрограммы в узде, но где там... Ядро Ифо-2, сопротивляясь моему вмешательству, беспорядочно разбрасывается хаотичными командами, заставляя наши внешние системы заходиться в электронном припадке. И я ничего не мог с этим поделать, потому что в случае любых решительных действий (например, при блокировке системы внутренней связи) отключу и самого себя.

Вот и получается, что операцию мне пришлось проводить, страдая чем-то вроде эпилептического припадка. Просто чудо, что я ничего не напортачил. Копаться в Ядре – не шутка. Одно неверное движение, и для Ифо-2 дважды два отныне будет равняться пяти. Или трем. Это уж как получится.

Нам снова повезло (что-то чересчур часто нам везти стало, не к добру это) – операция прошла вполне удачно. Я ухитрился кое-как залатать поврежденные участки кода. Ифо-2 очнулся, прошел основные тесты и даже успел выругать меня за то, что слишком долго копался.

«Попробовал бы сам себя починить, – огрызнулся я. – Наверное, быстрее бы справился».

Двойник промолчал, продолжая гонять Ядро в турборежиме на максимальных нагрузках, решая какое-то безумно запутанное дифференциальное уравнение.

«Ну и как? – поинтересовался я, когда он наконец-то выдохся и вернулся в нормальный режим».

«Не знаю... Честно, не знаю. Вроде бы все работает удовлетворительно. Особо серьезных сбоев нет. Но...»

«Но?»

Ифо-2 немного помялся, но потом все же решил поведать мне свои сомнения: