"Фантастика 2026-202". Компиляция. Книги 1-22 - Инди Видум
Глава 8
В Верх-Иреть мы отправились сразу же, и тем же способом: сначала Птос переправил меня, потом Наташу. Чисто теоретически он мог переправить сразу двоих: одного в седле, второго в лапах. Но я не стал бы рисковать ни собой, ни, тем более, супругой. Второй же человек на спине у Птоса, может, и поместился бы, но мешал бы ему двигаться, поэтому такой вариант тоже отпадал.
Впрочем, через проколы пространства Птос перемещался практически мгновенно, и мы с Наташей практически без задержки после моего прибытия отправились в дом Беляева, а Птос с Валероном — наносить материальный ущерб нашему врагу. И заодно — прибыток нам.
Маменька уже была на взводе и при нашем появлении бросилась с пылом коршуна, голодавшего пару дней и наконец заметившего жирную жертву.
— Боже мой, дети, вы такие безответственные. Как можно было откладывать столь важное дело на самый последний момент!
— У нас не было приглашения.
— Но понятно же, что оно должно было появиться. Ты — князь. Боже мой, — она прижала руки к груди и восторженно продолжила: — Боже мой, Петенька, не могу поверить, что все мои мечты сбылись самым неожиданным образом. Нет, я не могу сказать, что ты недостоин титула, но, увы, титулы раздаются не за достоинства, иначе Юрочка тоже был бы не последним дворянином.
— Я работаю над тем, чтобы Юрий Владимирович получил дворянство, — правильно понял я ее.
— Петенька, ты всегда был таким чутким. Боже мой, я счастливейшая из женщин. Чего мне теперь желать? Разве что спокойной старости в кругу внуков.
— Маменька, тебе рано говорить о старости. Ты настолько замечательно выглядишь, что…
Я запнулся, подбирая слово, и Наташа подхватила:
— Что нас с вами можно принять за подруг.
— Боже мой, боже мой, — продолжала радоваться жизни маменька. — Сам князь Болдырев прислал нам поздравления и поблагодарил нас с Юрочкой за прекрасное воспитание. Нам непременно нужно устроить прием по этому поводу. Ты бессовестно пренебрегаешь светскими обязанностями, Петенька. Наташенька, душенька, скажи ему, что тебе необходимо…
— Маменька, нам не до приемов, — прервал я ее водопад слов. — У нас очень мало времени.
— Петенька, тебе всегда должно быть дело и до приемов, и до меня, — не сбилась маменька с намеченной линии. — С твоей стороны было жестоко не сообщить мне лично.
Страдать, добиваясь намеченной цели, она могла долго, а выслушивать все эти дальние подходы у меня не было ни времени, ни интереса.
— Наташа, кажется, нам придется заказывать тебе платье без помощи маменьки.
— Нет уж, — сразу приняла маменька серьезный вид. — Это слишком ответственное дело, чтобы пускать его на самотек. Но прием ты нам должен, Петенька, потому что это нужно если не тебе самому, то твоей семье. И еще у меня к тебе будет личная просьба. Юрочка выступает резко против, но если это будет твоим подарком, он и слова не скажет. Пообещай мне выполнить просьбу.
— Смотря какую, маменька.
— Ах, Петенька, тебе это почти ничего не будет стоить, — вздохнула маменька и поднесла к глазам кружевной платочек. — Ты же знаешь, как я люблю Валерончика.
— Валерона не подарю, — отрезал я.
Чуть грубее, чем привыкла маменька в разговоре со мной, поэтому она скорбно округлила рот и простонала:
— Я бы никогда о таком тебя не попросила. Юрочка мне сказал, что он приносит тебе удачу. Я бы хотела такого, как у императрицы.
— Какого такого, маменька? — чуть более мирно спросил я.
— Из псарни Симукова. Ходят слухи, что все его активы в ближайшее время уйдут с молотка. Я хотела бы, чтобы ты купил мне там щеночка, потому что говорят, на аукцион будут допускаться только князья или их представители. И только то, что им не подойдет, уйдет потом на другие аукционы.
— Ты думаешь, собак будут распродавать?
— Боже мой, Петенька, сам подумай. Симуков нынче под арестом, кто будет заниматься его псарнями? Говорят, у семьи денег нет вообще. А это совершенно новая порода, которая требует особого ухода и содержания.
У меня появились определенные подозрения.
— Маменька, а где ты видела эту собачку?
— В газете, Петенька. Вот.
Она извлекла из висящей на руке сумочки аккуратно сложенную вырезку из газеты. Качество изображения было так себе, но достаточным для опознания одного из «детей Валерона». Наташа тоже узнала щенка и сейчас кусала губу, чтобы не рассмеяться. Маменька же была совершенно серьезна и озабочена только желанием добыть правильного щенка.
— Говорят, какая-то новая порода. Императрица лично ездила выбирать себе щенка и остановилась на этом. Разумеется, с нее Симуков денег не взял, подарил, но говорят, стоимость щенков должна быть запредельной. Ходят слухи, что пока такой щенок есть только у рода Щепкиных. Петенька, ты же это сделаешь — сделаешь свою маменьку счастливой? Ты не представляешь, насколько я хочу заполучить этого щенка.
Сделать мне это было нетрудно — один щенок продолжал оставаться без хозяина. Но, радуя маменьку, я тем самым огорчал бы отчима. Поэтому нет, щенку будем искать другие руки. Не столь любящие.
— Маменька, ты забываешь, что Юрий Владимирович страдает от аллергии на собак.
— Но на Валерона у него не было реакции. Возможно…
— Валерон, маменька, это исключение. На остальных у Юрия Владимировича аллергия. Ты же не захочешь передаривать щенка одной из своих подруг, если выяснится невозможность его проживания в вашем доме.
По лицу маменьки было понятно: не захочет. Нет у нее таких подруг, которым не жалко было бы