Фантастика 2026-213 - Борисова Светлана

Не знаю, сколько я простояла, глядя на небо, но стемнело основательно. Опомнилась лишь тогда, когда Алекс обнял меня. «Не нужно оправдываться, я всё понимаю. Ир, идём домой!» — негромко сказал он, когда я попыталась отстраниться. И так тепло мне стало, что я обняла его и вложила в свой поцелуй всю ту безбрежную любовь, которую я к нему испытывала, ну и чего греха таить? признательность за его долготерпение. Не каждый выдержал бы и тем более принял такие душевные порывы своей половины. Алекс — моя жар-птица, которую мне повезло встретить в реальности.

***

Да, чуть не забыла! Алекс и Пименов, при участии всё того же Нэхуеля в качестве помощника, провели тщательное расследование, но так и не дознались, кто украл золото и отлил из него фаллический символ. Самая подлость заключалась в том, что его нельзя переплавить обратно в монеты. Поскольку Алекс по этому поводу очень расстраивался, то кто только ни пробовал расколдовать его золото, но увы! Даже отец спасовал, сказав, что не знает магическое плетение, удерживающее благородный металл в бесстыжей, то бишь в сакральной форме, и я склонна ему поверить.

Алекс не успокоился и обратился к мистеру Бону. Маг обследовал золотой фаллос и, ухмыльнувшись, заявил, что тоже бессилен. Вот тут я уверена, что кто-то лжёт как сивый мерин и по каким-то своим причинам не хочет расколдовывать наше золото. Тогда Алекс, не будь дурак, предложил свой золотой член Шиве — тот подумал-подумал и согласился. Правда, к неудовольствию моего корыстного дракона он приобрёл его бесценное произведение искусства по бартеру, то есть за золотые монеты того же веса и драгоценные камни того же достоинства.

Так что теперь золотой фаллос украшает сад индийского бога и его шакти с песнопениями водят вокруг него хороводы. Как положено, они умасливают его маслом священных коров, посыпают не менее священными семенами и возлагают живые цветы — в тайной надежде проделать то же самое с лингамом самого Шивы. Напрасные мечты! Шива один, а шакти у него тьма-тьмущая, так что им в любом случае придётся обходиться лингамами других мужчин. Ну а скромницы пусть продолжают водить хороводы у сакрального символа своего небесного муженька и вздыхают о несбыточном.

Вот так и живём. Если требуется деяние в масштабах вселенной, это у нас без проблем, но если вдруг понадобится что-то по мелочи, например, найти зловредного шутника, переведшего твёрдую валюту в произведение искусства сомнительной ценности, то тут начинается: «Смертные, да вы что? И даже не просите! Мы же боги, мы такой ерундой не занимаемся!» Примерно, как в одном древнем мультике: «Дорогая, я достану тебе звезду с неба, но с кастрюлями управляйся сама».

Правда, есть у меня одно соображение, кто это сделал, но чего-то сомнительно. Высочество та ещё шельма, но заниматься такими глупостями? Хотя с Николса станется подать о себе весточку столь скабрёзным способом. Не зря же у отца, когда золотой член стоял ещё у нас, при взгляде на него каждый раз появлялось задумчивое выражение. Видимо, гадал, что означает сей подарок — эквивалент английскому факу или братское пожелание, типа: «Чак, будь мужиком и держись до конца».

В общем, жизнь продолжается.

Айвор де Мар, декан факультета общей практической магии, с ужасом вчитывалась в свиток, принесенный де Кресси. Только приехала из командировки и тут это…

Седовласый проректор же сидел на стуле для посетителей совершенно спокойно, устремив взгляд куда-то на цветы на подоконнике.

— Вы… вы уверены?

— Разумеется. Без явных склонностей кроме минимальной к менталистике общий практический факультет — наилучший выбор.

Декан подавила желание застонать. Пришедшая на ее факультете… Это катастрофа. Де Вилль же ни демона делать не будет — и кому за нее отвечать? А если учесть что сама Айвор накопала в архивах, пока в пыли по уши смертность просматривала… Да Охотники эту девушку на первой же практике, если не раньше, сожрут с потрохами. Или аристократы — все едино. Никакой подготовки. Никаких знаний. Да еще и серый мир, где о магии вообще никто не слышал…

И это целый ворох бумаг. Наверняка — жалобы преподавателей, тот же Вар Вранн всю плешь проест, и не только он. Словно с первокурсниками, и не только с ними, проблем мало было.

Айвор провела рукой по волосам. Она училась вместе с Пришедшим… И помнила, что и как там было. И чем все закончилось.

— Между нами говоря, — довольно мягко улыбнулся проректор, — я рад, что определитель не выявил перекоса потенциала. Вы знаете, насколько велико научное тщеславие некоторых из ваших коллег с других факультетов, и знаете, насколько велика в нашей среде любовь присваивать себе чужие заслуги и работать над своими проектами в ущерб, собственно, обучению. Сейчас же я совершенно уверен, что на вашем факультете Пришедшая не станет чьим-то флагом, и она получит все лучшее, что может дать университет. Совершенно уверен.

Проректор, попрощавшись, покинул кабинет, оставив на столе приказ о зачислении Пришедшей на факультет, не дав Айвор и слова вставить. Профессор Мариан, даром что не менталист, умел все обставить так, что говорить «нет» было просто кощунством.

Можно было даже позволить себе краткий миг гордости. Очень краткий.

Потом мысли Айвор вернулись к насущным проблемам. И к стопкам документов, которые ровными рядами устилали стол, словно восставшая нежить, скопившаяся в отсутствие некроманта. Чтобы она еще раз отправилась в Кафац, с их традиционным началом семестра со второго месяца осени… Понятно почему никто больше из деканов на то приглашение об обмене опытом не откликнулся. Конечно, сама поездка была интересной, но теперь у нее есть всего четыре дня на это бумажное море. А еще надо успеть и с первокурсниками познакомиться, и к своим парам на втором и четвертом курсах материал освежить.

Точно больше никакого Кафаца. Ну только если из их Исследовательского Центра не позовут, уж больно программа там интересная…

На следующее же утро на столе в кабинете декана обнаружилось заявление Антуана де Вилля об увольнении. Написанное по всем правилам, и — Айвор не сдержала злости — с ее собственной подписью. Как подделал только, наглец? Подать что ли на него в Суд Архимагов? Ведь наверняка потряс связями, чтобы за раз рассчитали, без отработок, без передачи дел, без…

Айвор сжала и разжала руки. Вечно