"Фантастика 2026-202". Компиляция. Книги 1-22 - Инди Видум

— Валерон, я попрошу его тебе помочь. На этом всё.

Валерон надулся. Он явно собирался использовать Птоса не только для этой поездки, а я вероломно обломал его наполеоновские планы.

— Ну хоть так, — вздохнул он. — Ему самому же будет скучно сидеть просто так.

В этом он оказался прав: Птос возможности куда-то выбраться обрадовался. Да еще и сказал, что проследит, чтобы Валерон не увлекался, и если что, вытащит его за шкирку к обеду. Я мог только порадоваться, что Валерон про шкирку не услышал, поскольку как раз отправился сеять паучков к дворцу. Решил, что чем быстрее отправит их всех на дело, тем быстрее сможет заняться своим.

Мы тоже поехали по учебным заведениям, хотя я, после того как узнал про положение супруги, предложил ей взять что-то типа академического отпуска, потому что ситуация вокруг нас накалялась и я не был уверен, что следующий удар не направят на нее. А теперь и она в этом не может быть уверена. Хоть превентивно убирай великого князя — у остальных скверников куда меньше возможностей. Конечно, у императорского дяди остался еще младший сын, но тот может не быть замешанным в Скверне и не иметь никакого отношения к делам отца и старшего брата. Надеюсь, после слежки за ними всё прояснится.

С Наташей я поговорил еще раз, когда провожал ее до корпуса, она обещала подумать. Но после бала, на котором мы в любом случае должны были появиться вдвоем. Ну хоть что-то…

На занятиях меня встретили поздравлениями. Осторожными такими, поскольку не понимали, чего от меня ждать и буду ли я вообще продолжать с ними учиться. Отказываться от учебы я не собирался, поскольку только на занятиях с преподавателем мог быстро понять, как работает то или иное действие. Нет, я, конечно, мог это выяснить и при личных экспериментах, но это заняло бы слишком много времени.

— Повезло тебе, — заявил плюхнувшийся на сиденье рядом со мной Надежкин. — Эх, жаль, меня там рядом не оказалось. Глядишь, я бы сам князем стал.

— Можешь пойти в другую зону, — неприязненно предложил ему Загребельный. — Княжеств, оставшихся под зоной, хватает.

— Куда мне со свиным рылом в калашный ряд.

— Странно, что ты это понимаешь и всё равно лезешь со своим панибратством к князю.

— Мы же вместе учимся, — уверенно ответил Надежкин. — Тебе самому не интересно, как он заполучил княжество?

— По зову крови, — ответил Загребельный. — У старых княжеских семейств сильная кровь.

— Она и позвала в зону к реликвии?

— Когда создается реликвия, зона отступает, — заметил я. — И дорога совершенно безопасна.

— То есть кто угодно может стать князем?

— То есть кто угодно может стать князем, — согласился я.

Говорить, что нежелательного князя могли убить, чтобы передать реликвию в правильные руки, я не стал. Подозреваю, что Надежкин это и без меня понимал. Но какой ты князь, если не можешь защитить свое право?

— Но не у всех получается, — добавил Загребельный.

— Например, у Николая Федоровича не вышло, так, что ли?

Переход к погибшему кузену императора был резок, но эта смерть интересовала Надежкина куда больше моего княжества.

— Думаешь, он хотел отобрать княжество у Симуковых? — скептически хмыкнул Загребельный. — Там, вообще-то, жертвоприношение было.

— Может, не там.

Надежкин пристально смотрел на меня. Надеюсь, у меня хорошо получалось сохранять покерфейс. Правда, подозреваю, от этого не зависело ровным счетом ничего: похоже, скверники точно знали, кто, где и для чего убил княжича.

— Не там — это где? — скептически спросил Загребельный. — В склепе Симуковых нашли доказательство проведения ритуала, князь просто не успел убрать следы.

— Его могли подставить.

— Александр, ты временами такую чушь несешь, — поморщился Загребельный. — Трупы были найдены в склепе, куда нет никому хода, кроме семьи. И единственный вопрос, который остался неизвестным: какой ритуал там проходил. В том, что он был, сомнений ни у кого нет.

— Ну да, ну да, Симуков такой идиот, что проводит ритуалы в семейном склепе. Петь, что думаешь? Идиот он или нет?

— На меня он произвел впечатление человека, слишком зацикленного на разведении собак, — ответил я.

— Такие люди для достижения своих целей способны на всё, — убежденно сказал Загребельный. — Они непробиваемые.

Сам Загребельный тоже был непробиваемым. Надежкин в попытках пробить меня раз за разом налетал на него как волна на скалу — и разбивался. Надежкин притворялся, что его ничуть не беспокоит отсутствие информации от меня, и продолжал улыбаться. Но улыбка была уже напряженной, а глаза — злыми. Похоже, ему выдали очередное поручение, которое он проваливает.

Жалко мне его ничуть не было: он прекрасно понимал, что вся сливаемая им на сторону информация пойдет во вред мне и моей семье, но не отказывался от шпионажа. Конечно, очень может быть, что у него и выбора особого не было. Но это сейчас, а вот когда он принимал Скверну, выбор точно имелся. И нынче он несет ответственность за последствия этого выбора.

Тем не менее Надежкин не терял надежды выбить у меня при свидетелях оговорку, касающуюся княжича, и заводил этот разговор еще несколько раз, изрядно надоев. Даже после окончания занятий он от меня не отлип. Я уже стоял у автомобиля, а он продолжал разглагольствовать о Симукове.

— Саша, ты выбрал не ту сторону, — намекнул я. — На ней тебя ничего хорошего не ждет.

— Что бы ты понимал, — разозлился он. — Меня вообще ничего хорошего без контроля Скверны не ждет.

— Обещали его? Обманут.

Надежкин понял, что сболтнул лишнего, и фактически удрал с выражением легкой паники на лице.