Сергей Переслегин - Война на пороге (гильбертова пустыня)

- Верно, доченька! — у Первого за полтора года до войны еще не было двух важных гвоздей: «погодной бомбы» и «новой связи», а о двух десятках неважных он молчал.

Oifttu TjtfcuMM*. Елшл ПЦ4СМЛА+*.

2011 год, ноябрь

...Осенью Первый сходил на встречу новоявленной «фабрики мысли» и в целом принял работу — не Стая, но все-таки. Семинарчик шел в режиме Интернет-конференции, причем количество участников варьировалось от двенадцати до пятнадцати, и длилось все это действо двенадцать часов кряду. Первый вспомнил, что речь о дельности таких предприятий шла когда-то у методологов, но надутые последователи организационно-деятельностных игр споткнулись об организацию же. А тут — система. Солдат не спрашивает. Тоталитаризм, может быть, не лучшая сборка, но когда он трубит сбор — все на месте и при оружии, в данном случае при материале и при мозгах. Первого представили экспертом, ему было оказано уважение первые пять минут мыследей- ствия. Дальше чины кончились. Проекцию своей Стаи на других наблюдать было занимательно, но особенно времени на это не было. Здесь сохранялись традиции «Первого отдела», то есть «отдела Первого» — действуй. Не можешь — доделывай или домысливай за другими, цепляйся за скалу и лезь наверх. Тема, с которой они начинали обсуждение, была «Раздел Китая». Под этот раздел у Первого откусили кусок перспективного молодняка и придавили «японскую линию». Она извивалась.- В Нижнем не совпадало время, но они как- то пересекали семинар со службой, хотя невелики были чины. Изворотливость во времени — не лишнее свойство в «быстром мире». И разведчикам не мешает, и аналитикам Штабов.

Сразу были выделены ключевые ветки сценариев: первая — Китай разделился сам и имеет проект своей сборки по истечении 30-летия (там у них меньших периодов не рассматривается); вторая — Китай разделили США на последнем берегу своего гегемонизма, чтоб в тыл не ударил; третья - разделение спровоцировали японцы для оказания помощи Маньчжурии и втягивания оной в войну на своей стороне.

Третья версия была ощупана и хорошо знакома Первому. Ее придерживался Гном.

С гегемонизмом США покончили быстро и корректно. Первый даже не сильно эксплуатировал свое экспертное положение, но две другие версии встали в конкурентные по- ГИЛЬВЕРТОКО ПУСТЫНЯ

зиции и породили кучу ветвей и вариантов действования на ближайшие годы.

Китайской самостийности придерживался модератор этого сборища, некто Ангел, Первый потом узнал, что это сын погибшего полковника, шестнадцати лет, компьютерный гений и музыкант нового поколения. За его пойнтами тянулись дополнения без вычеркиваний, и все как будто привыкли, что он успевает вести конференцию и думать одновременно.

— Китайцы мыслят пространственно...

— Для них экономическая ситуация невыигрышна по линии энергетического голода и кризиса «ускоренного развитая побережья».

— Чревато гражданской войной...

— Еще Мао говорил, что у них все кончается устакани- ванием через войны...

— Выходит, они сами запланировали сверху распад, чтоб потом спокойно собраться обратно, после оказания помощи отдельной территории.

—Да, у них появляется харизматический лидер, как джин из бутылки, и через месяц все международное сообщество говорит не о Премьере, а о Господине Ли. У него нет официального чина.

«Это будущее, — подумал Первый, — ребята секут Будущее. Я не придал значения этому Ли. Зря».

— Спасибо, - написал он.

— На здоровье, полковник, - отозвался модератор, — призываю вас вспомнить, что Китай — поле Японской истории, а не наоборот. В конце цитат они ставили «У», когда уважали и через это «У» могли спокойно спорить хотя бы и с президентом страны. Хорошая находка.

— Так что, «он не помнит ни чинов, ни имен»?

— Ни при чем здесь, закрывай метафору — уведет.

— Итак, они видят войну, Маньчжурию в ней, нас, ослабленных войной, ну или японцев — и?

— Что и? Им передышки хватит. Потом воссоединятся обратно. Что ты думаешь, они русских или японцев любят больше своих?

— Тут не о любви речь, а об Империи: у них есть свой проект «сжатие—расжатие». У них свои равновесные плоскости.

Otfwi flcfuMu** EMM Цс^имим

— Стоп, какие?

— Сейчас построим, подожди.

— А у нас?

— У нас западная культура: мы сидим на трех китах — инновация, традиция и прорыв, он же ароморфоз, правильно, Сергей Николаевич? — «наверное, кто-то из слушателей».

— Ну, я бы сказал: экология, эвология, спонтанность или неаналитичность.

— Это все едино.

— Еще бывает политика, экономика, культура.

— Не бывает у китайцев: там все в культуре плавает, она у них изначально задана. Это Америке нужно культуру завозить. А четырехтысячелетнему Китаю не надо.

— Пятитысячелетнему.

— Согласен.

— А у японцев?

— С этими просто, у них жизнь, смерть, перерождение. Перерождение хромает, лезут воевать.

— У китайцев это не процесс, у них там три существительных.

— Да, имя, название, миф.

— Братья все троюродные вместо правильных слов, но, по сутй, ты прав: сущность, карма, аттрактор.

— Причем, среди мировых Проектантов никто не ждет, что китайцы на дурочка сыграют и отдадут Маньчжурию, как девку на откорм.

«Гном, что ли, здесь? Что-то Первому всех их экспертов не представили. Но мыслят бойко. Жаль, труба зовет. Уходить надо. Интересно, как такие стайки разговоров происходят в Японии? Наверное, по-птичьи чирикают, и видео побольше».

Первый дослушал, что пройдет десяток лет после японской войны и Китай спокойно тряхнет стариной и воссоздастся в прежних границах, и никто не посмеет ему, Великому, перечить, и Тайвань, и Маньчжурия — сытые, но несчастные под японцами — с радостью вернутся в альма-матер. Эта мысль запала Первому в душу, потому что устами подчиненных иногда глаголят вполне рабочие истины. Если за нашу проигранную войну отомстят китайцы — это уже непрямые действия, как писал английский Лиддел Гарт, повторяя за китайским Сунь Цзы.

Мы уходим (4)

2012 год, август

В свое время Миса прочитала одну заметку в русской газете 2006 года о том, что японский мальчик сжег свою мачеху и ее детей за то, что отец настаивал на его лучшей учебе и, якобы, достал его. «Эх, общественное мнение!» Европа и Америка так никогда и не поймет, что происходит в стране Восходящего солнца. Это и их счастие. Они еще ползут на эту вершину, считая, что сейчас им откроются виды великолепные и дорога в долину захристианского рая. Размечтались! Выход в беспредел понимания всегда чреват беспределом жизни. И те, кто уходят, не справляются с необходимостью баланса между хаосом и порядком. Простая арифметика. Будь все время расслаблен и все время начеку. Их смешной Кастанеда писал об этом в 70-е года. Все прочли, как сказку.