Академия М.О.С.Т. - Алла Султанова

— Вот мы и на месте, — тихо сказал мой страж.

Я повернулась к нему и заглянула в глаза. Даже в полумраке я увидела, с какой нежностью он смотрит на меня.

— Дима…

Но он не дал мне договорить. Шагнул ко мне, прижал к стене и поцеловал. Его горячие губы были требовательными, настойчивыми. Руки скользнули по моей спине, притягивая ближе.

Отстранившись, выдохнул в мои губы:

— Безумно скучал…

Я обвила его шею руками, запустила пальцы в волосы и поцеловала. Его язык скользнул по моим губам и, рыкнув, Дима впился в губы страстным поцелуем.

Мы целовались долго. Мы просто не могли насытиться. Как будто пытались наверстать всё то время, что были врозь. Его руки блуждали по моей спине, спускались к талии, сжимали её.

Когда мы, наконец, оторвались друг от друга, я с трудом открыла глаза. Губы горели. Дыхание сбилось.

— Ниночка, я до одури скучал по тебе, — с придыханием прошептал он.

Затем прижался лбом к моему лбу.

— Утром я приду за тобой. Пойдём вместе в столовую.

— Хорошо.

Дима поцеловал меня в макушку и ушёл.

Я смотрела ему вслед, пока он не скрылся за углом.

Потом тихо открыла дверь и вошла в комнату.

Аглая спала, свернувшись калачиком, и тихо посапывала. Я не стала её будить. Взяла полотенце, чистую футболку и пошла в ванную.

Горячая вода смыла весь безумный день. Я долго стояла под струями, пока кожа не покраснела. Потом вытерлась махровым полотенцем, надела футболку и вышла из ванны.

Бросив быстрый взгляд в окно, пробормотала:

— Мама… Папа… Всё теперь будет хорошо.

Залезла под одеяло и уснула.

Проснулась я от радостного визга.

— А-а-а! Нина! Ты вернулась!

Я распахнула глаза и не успела даже сесть, как Аглая налетела на меня, обхватила руками и прижала к себе.

— Ты вернулась! — Радостно повторила она. — Я так волновалась! Я так нервничала! Так хотела снова встретиться!

— Я тоже… — я невольно улыбнулась, обнимая её в ответ.

Соседка отстранилась, и я увидела в её глазах выступившие слёзы.

— А нам сказали, что тебе стёрли память.

— Так и было, — я провела ладонью по её щеке, — но память вернули.

— А дар? — перейдя на шёпот, спросила Аглая.

— Не знаю… — я пожала плечами. — Ничего ещё не знаю

Соседка снова обняла меня.

— Тебе обязательно помогут, слышишь, Ниночка.

— Не сомневаюсь, — невесело усмехнулась я.

Аглая выпрямилась и, вытирая слёзы, сказала:

— Кстати, Паулину исключили.

— Да…? — удивлённо выдохнула я.

— Конечно, — хмыкнула соседка. — После всего, что она вытворила в академии… — она встала, достала из шкафа одежду и начала одеваться. — Её лишили дара и стёрли память.

— Жестко…

— Нет, — возразила Аглая. — Комиссия, которая приезжала, выяснила, что у неё столько нарушений, что хватило бы на два отряда.

— А что ещё комиссия выяснила? — поинтересовалась я.

— Много чего, — соседка протянула мне расчёску, — нам много не рассказывают. Узнаём всё из коротких фраз, которые услышим от медиков. — Аглая повернулась ко мне, — про Диму говорили, что он был между жизнью и смертью. Но наши медики смогли его спасти.

У меня внутри всё оборвалось.

— Что…?

— Этот старый козёл применил запретные боевые руны, — Аглая вложила расчёску мне в ладонь, — но, как оказалось, Дима отзеркалил его удары. И убил гада.

— Он был ранен… А я его упрекнула, что долго не приходил… — растерянно пробормотала я.

— Ты же не могла знать, — мягко сказала соседка. — Не терзай себя, Нина. Давай собираться на завтрак. Сегодня обещали творожную запеканку с манго.

— Если бы я знала… — я сокрушенно покачала головой.

— Нина, — Аглая села рядом. — Уже всё в прошлом. Нужно жить дальше и собираться в столовую.

Слабо улыбнувшись ей, я кивнула.

— Да, ты права, — я оглядела себя. — Надо одеваться.

— Вот! Молодец. Чего сидеть и думать о прошлом? — соседка встала и подошла к моему шкафу.

— У тебя, кстати, есть запасная форма, — произнесла она, распахнув дверцы.

— Замечательно.

Когда я надела синюю водолазку и бордовую юбку, во входную дверь постучали.

Я бросилась её открывать. На пороге стоял Дима.

— Прости… — шепнула я, кинувшись к нему на шею. — Я не знала… Прости.

Он обнял меня.

— Ты о чём?

— Ну как же… — я заглянула в его глаза. — Ты был ранен…

— Ой, — раздалось за спиной. — Я случайно проболталась.

Дима одарил Аглаю недовольным взглядом и, взяв меня за руку, потянул в коридор.

— Не обижайся на неё, — сказала я, когда мы были уже в лифте.

— Я не обижаюсь, — буркнул он. — Просто раздражён немного. Просил же её не говорить о моих ранениях.

— Чтобы я не волновалась? — я уткнулась лбом в его плечо.

— Да.

— Дима… — я подняла голову.

— Что? — он повернулся ко мне

— Можно, — тихо произнесла я.

Он свёл брови на переносице, а, когда догадался, широко улыбнулся и поцеловал меня.

Когда лифт дёрнулся и остановился, Дима нехотя выпустил меня из своих объятий.

— Позже продолжим… — с хрипотцой выдохнул он.

В столовой было многолюдно. Большая часть студентов сидели за столами, а человек двадцать стояли около раздаточного стола.

Мы взяли подносы и встали в очередь. Я взяла овсяную кашу и кофе. Дима — омлет, сосиски, овощной салат, печенье и капучино.

Сели за свободный стол у окна.

Я оглядела помещение. Студенты вели себя, как обычно. Смеялись, переговаривались, читали книги, что-то искали в телефонах. И я снова стала частью этой студенческой жизни. Как же я была рада.

— О чём задумалась, Ниночка? — рядом раздался женский голос.

Я подняла глаза и улыбнулась. К нам подошла Таца Икомавна. Она выглядела, как и при нашей первой встрече, вот только в глазах плясали озорные искорки.

— Ой… Как я рада вас видеть, — протянула я, поднимаясь со стула.

— Сиди-сиди, — она положила ладонь мне на плечо. — Завтрак, это самый важный приём пищи.

— Не соглашусь, — с набитым ртом возразил Дима. — Все приёмы пищи важны.

Преподавательница тихо рассмеялась и снова обратилась ко мне:

— Нина, после завтрака, поднимись ко мне в кабинет. Нужно кое-что обсудить.

— Хорошо, Таца Икомавна, — я откинула волосы назад. — Конечно, приду.

Улыбнувшись, преподавательница развернулась на каблуках и зашагала к выходу.

— Как ты думаешь, о чём она хочет со мной поговорить?

— О чём угодно, — пожал плечами Дима. — Но, предположу, что о твоём даре.

На мгновение мне стало грустно.

— Нина, не переживай. Его восстановят так же, как и память.

— Думаешь, я стану хорошим артефактором?

— Нет, ты не станешь хорошим артефактором.

— Нет…? — испугалась я.

Дима усмехнулся.

— Ты станешь самым лучшим артефактором.

Я