Принцесса без лица. Том 1 - Ирина Мур

Калдер выдержал две минуты, прежде чем толкнуть меня локтем.

— Ну хоть на этого ставлю?

Сид в синих шортах действительно давал повод для оптимизма. Уже оттеснил противника почти к канатам, дважды поймал на слишком широком шаге, один раз заставил спасать равновесие на одной ноге. Работал быстро и уверенно. Зал тоже всё решил: после каждого его попадания первые ряды ревели, за столами стучали кружками, и от общего гула начинало неприятно давить на уши.

— Нет.

Калдер перевел взгляд с ринга на меня.

— Ты же даже не думаешь.

— Думаю, просто быстрее тебя.

Напарник еще раз посмотрел на бойца, ненадолго задумался, потом нехотя кивнул.

— Ладно, — пробормотал он. — Не ставим.

Сид в синих шортах в итоге победил. К середине боя его противник успел понять, что после быстрого разворота тот на долю секунды задерживается на передней ноге, и несколько раз заставил повторить одно и то же движение. Вот только найденным преимуществом распорядился плохо. Вместо того чтобы продолжать вытаскивать ошибку наружу, полез в захват, неудачно поменял ноги и оказался снизу.

После хлопка по мату напарник возмущенно повернулся ко мне.

— Он победил!

— Да.

— А ты запретила мне ставить.

— Да.

— Я начинаю подозревать, что у тебя личная неприязнь к тому, что я могу выиграть.

Я пожала плечами:

— Иди поставь сейчас.

— Уже поздно.

— Какая жалость.

Калдер отвернулся с таким видом, словно я только что разрушила все перспективы на его финансовое благополучие, обхватил кружку обеими руками и сделал большой глоток.

В этот момент возле моего стула остановился мужчина. Я сначала решила, что он - очередной знакомый Калдера. За вечер выяснилось, что мой напарник знает примерно половину людей в подвале, а вторая половина знает его. Одни здоровались, другие требовали передать что-то отцу, третьи интересовались кузенами. Один подошел только для того, чтобы сообщить, что Орт опять сломал дверь в раздевалке.

Но этот остался с моей стороны. Сид второго уровня, лет тридцати. Короткие волосы, темная футболка с эмблемой какого-то армейского подразделения, стакан в руке. Взгляд задержался на мне, потом быстро ушел к Калдеру и вернулся обратно.

— Вы вместе?

— Мы напарники.

— Спите?

— Нет.

Калдер продолжал смотреть на ринг с таким усердием, что становилось понятно: не пропускает ни слова.

— Тогда попробую. Меня зовут Ренни.

— Марен.

Армейский широко улыбнулся.

— Мне говорили, что ты с характером.

— Кто?

— Не сдам.

— Тогда разговор начат неправильно.

Ренни кивнул на мой бокал.

— Принести что-нибудь?

— Нет.

— После боев выпьем в другом месте?

— Нет.

Он настойчиво держал взгляд на моем лице.

— Телефон?

— Тоже нет.

— Жаль. Хорошего вечера.

— И тебе.

Ренни еще раз окинул меня взглядом и отошел.

Калдер дождался, пока сид отойдет достаточно далеко.

— Он нормальный. Зря отшила.

— Ты оценивал?

— Я его знаю.

— Это не ответ.

— Он разведен. Детей нет.

Я с подозрением посмотрела на напарника.

— Для чего тебе информация, есть ли у него дети?

Калдер ответил абсолютно честным и невинным взглядом.

— Не знаю.

У матов стало непривычно тихо, и я, оставив напарника в покое, вернула внимание к рингу.

Ведущий поднял микрофон.

— Кер-Лорвен Деверн. Второй уровень. Тюремная служба.

«Кер-…». После знакомства с Ке-Ревалем мне пришлось разбираться в местной системе присвоения имен. В нобельских родах иногда рождаются сиды, и тогда к обычному имени добавляют приставку по уровню фенотипа: «Ке-» для первого, «Кер-» для второго, «Керн-» для третьего. Фамилия при этом остается отцовская, право считаться нобелем не теряется. Кер-Лорвен, следовательно, родился в нобельской семье Девернов и оказался сидом второго уровня.

Возле ринга свистнули, потом выкрикнули фамилию. Еще один голос ответил от дальней колонны, и «Деверн» вскоре закричали отовсюду.

Букмекер начал принимать ставки на следующую пару, и возле его стойки мгновенно образовалась очередь, одновременно с трех сторон. Один из помощников ведущего тут же обнаружил мужчину, решившего прорваться туда через служебный проход. Мужчина спорил, но сид молча держал его ладонью за грудь и постепенно сдвигал назад вместе со всеми аргументами. Второй помощник тем временем энергично тер шваброй пол вокруг канатов.

Сид, сидящий справа от Калдера, прервал разговор с соседом, достал деньги и пошел к букмекеру.

Напарник тоже полез во внутренний карман.

— Нет.

Он остановился.

— Я еще ничего не сказал.

— Зато сделал.

— Хочу на Деверна.

— Я поняла.

— У него сейчас хороший коэффициент.

— Не ставь.

Калдер посмотрел на меня, потом на букмекера, где очередь стала еще больше.

— Почему?

— Сначала я должна увидеть всех участников первого круга.

— Сейчас коэффициент упадет.

— Значит, упадет.

Калдер нехотя вытащил пустую руку.

— Ты же еще не видела треть от тех, кто сегодня дерется.

— Вот именно. Решение принимать рано.

Ему явно хотелось продолжить спор, но вокруг стали непрерывно выкрикивать «Деверн!», и напарнику пришлось замолчать.

Следом ведущий назвал второго участника.

— Корн Хест. Третий уровень, портовая охрана.

Ему тоже засвистели и закричали:

— Давай, Хест!

— Не отдавай руки!

— И ноги!

Портовый вышел первым. Обычный сид третьего уровня, с широкими плечами и коротко остриженными светлыми волосами. На левом боку, под майкой, виднелся старый рваный шрам. Он быстро размял кисти, пару раз качнулся с носка на пятку и встал напротив ведущего, совершенно спокойно перенося массу, которой хватило бы на двух сидов первого уровня.

Деверн явился следом. Довольно крупный для второго уровня. Калдер рядом с ним выглядел бы примерно равным по росту, но Эссер оказался значительно шире в плечах и тяжелее. Короткие темные волосы, широкий нос, старый шрам на подбородке. Нобельское происхождение во внешности не проявилось никак. Публику Деверн, похоже, считал лишь не имеющим никакого значения фоном: на выкрики не отвечал, никого не искал глазами, просто прошел к своему месту и остановился напротив соперника.

В таком положение разница двух фенотипов стала полностью очевидна: Хест подавлял Деверна массой и ростом. Не настолько, чтобы бой выглядел заранее бессмысленным, но достаточно, чтобы любая ошибка второго уровня обещала ему дорого стоить.

Калдер наклонился ко мне и восхищенно прошептал.

— Кер-Лорвен постоянно с третьими дерется.

— Поняла.

Вокруг тоже обсуждали бойцов.

— Хест моложе и тяжелее килограммов на тридцать.

— Больше.

— Деверну без разницы.

— Всем есть разница.

— Посмотрим.

Прием ставок закрыли. Один из помощников убрал от канатов ведро, второй протиснулся обратно к столу ведущего. Хест еще раз встряхнул руками. Деверн стоял напротив него, опустив плечи, и только перекатывал во рту капу.

Ударили в гонг.

Первый же плотный контакт закончился так, как и должен был закончиться при такой разнице в массе. Хест поймал Деверна поперек корпуса, поднял и бросил. Маты глухо приняли спину, первые ряды заорали. Портовый упал сверху, прижал бедро коленом и сразу перенес вес вверх.

Деверн оказался почти целиком под ним. Одна рука зажата у ребер, вторая осталась снаружи. Он не стал долго искать свободное место. Ладонь