"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

— А что свеи?

— Они ещё не знают, но я поговорю с их послом в ближайшее время. Если всё сделать по уму, соблюдая секретность, то карельский монарх не сможет позвать на помощь. Точнее, сможет, но датчане и гёты не успеют собрать силы и переправить их через Солёное море. Тем более, что германцы в следующем году могут попытаться напасть на Поляндию, так что нашим недругам будет чем заняться почти у своих южных границ.

— Допустим, свеи согласятся, в чём можно не сомневаться, так как они давно на Карелию смотрят хищным взглядом. Вот только не усилим ли мы чрезмерно их тем самым? Вдруг, у них взыграет скандинавское единство?

— Я постараюсь, чтобы не взыграло. Да и зачем свеям это? Ведь, на очереди будут гёты.

— Выглядит логично, но надо созвать Малый Совет для…

— Нет, — сделал я движение рукой. — Ничего мы созывать не будем. Иначе, секрета никакого не будет.

— Это против традиций, сын наш!

— Наплевать и растереть!

— Всё равно узнают! Невозможно будет скрыть подготовку рот, полков…

— Скрывать и не будем. Объясним всё предстоящее стремлением усилить военное присутствие в Жемайтии под тем предлогом, что там неспокойно. К тому же возле реки Новая надо крепости строить, так что никто ничего не заподозрит.

— А в свеях вы уверены, значит?

— Нет. Среди них тоже могут быть болтливые люди, но это уже проблема их короля, который понимает, что окажется первой мишенью со стороны датчан и гётов. У нас-то флота почти нет, и быстро привести армию на помощь не сможем.

— Получается, что гётский король рискует больше нас. Тогда он и земель карельских оттяпать захочет больше.

— И пускай! Ничего в том краю для нас заманчивого нет. Там только камни и сосны, да и то не везде. К тому же мы не можем бесконечно расширяться на север, поскольку рельеф Карелии сложный, с множеством рек и озёр. Зачем такая головная боль?! Совершенно незачем. Я даже могу предложить провести будущую границу между нашими двумя государствами по линии встречи войск. Уверен, что гёты бегом побегут, лишь бы побольше оттяпать. Но в любом случае озвучу большие претензии, для манёвров в последующих переговорах.

— За что же тогда будут умирать наши солдаты? Вы всегда говорили, что их надо беречь.

— Так они погибать и не будут! От нашей северной границы до Карельского пролива почти никаких их войск нет, так как почти все роты находятся на границе с гётами. Наши солдаты просто совершат пешую прогулку до пролива и встанут. Возможно, пару раз из пушек пальнут для острастки, не более.

— Вы так говорите, сын наш, будто с пифией общались, и она всё подробно объяснила.

— Не исключено, — улыбнулся я. — Значит, вы поддерживаете?

— Ещё неизвестно что гётский король решит, — ответила Елена Седьмая, но, подумав немного, согласилась.

оСвейский посол барон Гуннар Арриксон прибыл на следующий день. Высокий и в меру мускулистый, он вполне мог подойти на роль пирата Солёного моря, если бы не строгий тёмный североевропейский костюм, давно растерявший самобытные скандинавские черты.

— Проходите! — сделал я приглашающий жест рукой, когда посол, откланявшись, выпрямился. — Садитесь, в ногах правды нет.

Мужчина на какое-то время подзавис, пытаясь понять услышанное, но быстро отмер и удобно разместился на диванчике.

— Мы живём в сложное время, барон, — начал я издалека. — Ситуация в Европе меняется чуть ли не каждый месяц, бросая вызов всем монархам. То, что вчера казалось само собой разумеющимся, сегодня кажется странным, а завтра — неприемлемым. Те, кто вчера всеми силами стремились к мирному сосуществованию, завтра пойдут войной на соседа.

— Войной? — посол правильно уловил направление разговора.

— Да, вооружённое решение экономических проблем на данный момент является наиболее эффективным средством агрессивной дипломатии. Ваши соседи в лице датчан и гётов стараются выжать максимум из той географии, в которой пришлось жить, а наши соседи поляндцы с неуклюжим гонором разрываются между Сциллой и Харибдой в тайном желании как можно дороже продаться, чтобы после в очередной раз обмануть доверчивого покупателя.

— Позволю себе заметить, что эта метафора Вашего Величия весьма любопытна.

— Думаю, что мои последующие слова дадут куда большую пищу для размышлений. Сложившаяся ситуация в Солёном море мне представляется ненормальной и крайне опасной. Мы, — в данном случае я говорю о наших двух государствах, — зависим от спесивости двух монархов, слишком много о себе возомнивших. Да, не в наших силах расширить Датские проливы для свободного плавания, поскольку для этого потребуется опустить в морскую пучину несколько больших островов, и человек далеко не всесилен. Боги могли бы нам помочь, но они редко вмешиваются в земные проблемы.

Гуннар Арриксон слушал предельно внимательное, и его чутьё опытного дипломата подсказывало, что сейчас поступит важное предложение.

— Поэтому, — продолжил я, — следует пойти более простым путём: раз невозможно удалить часть суши, то можно попытаться удалить с этой суши некоторых личностей, мешающих огромному множеству людей жить нормально.

— Звучит логично, — ответил посол. — Вот только те личности обладают значительной властью и силами.

— На каждого сильного всегда найдётся более сильный. Если же силы приблизительно равны, то можно попытаться откусывать понемногу. Так даже будет полезнее для желудка, поскольку он сможет всё благополучно переварить, хотя и за больший промежуток времени.

— И какой именно кусочек пирога предлагает откусить Ваше Величие?

— Тот, что давно находится между нами из-за нелепой исторической иронии — Королевство Карелия.

Вот тут свею не удалось сдержать эмоции, и он громко сглотнул:

— Даже так?!

— Да. До той поры, пока их король вёл себя относительно нейтрально, я и императрица Елена Седьмая не видели никаких препятствий для добрососедства. Но относительно недавно Тапио-Укко решил, что он не только по имени, но и по своей природе является королём бурых медведей и правителем бескрайнего северного леса. А, как вы знаете, двух королей бурых медведей и двух правителей бескрайнего северного леса быть не