"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

От переизбытка эмоций я чуть не вскочила с воплем: «Никогда! Корсетам нет! Я так не играю!», но вовремя опомнилась.

Когда доктор нас покинул, а маменька заснула под действием снотворного, отец поинтересовался:

— Евдокия, так что там у вас случилось? Из эмоциональных высказываний Дарьи Сергеевны я лишь понял, что вы вздумали кидаться друг в дружку молниями, не озаботившись защитой.

А я, наконец, найдя благодарные уши, поделилась нашими с Варей несомненными успехами в артефакторике. Надо было видеть лицо князя! На нем постепенно сменялась целая гамма эмоций от вежливого интереса и искренней заинтересованности до полного восторга, когда я продемонстрировала ему небольшой кругляш на веревочке с выжженной посередине руной, который так и продолжал висеть у меня на шее.

— И что, вот эта штучка защищает от удара молнией? — с непередаваемой смесью недоверия, надежды и восхищения спросил он.

— Да! Представляете! — Я улыбалась от уха до уха.

— Нужно срочно показать это государю! — с зажегшимися глазами проговорил он и даже попытался сцапать мой амулет.

— Эй, нельзя пока ничего показывать царю-батюшке! — возмутилась я и даже прикрыла артефакт рукой.

— Но почему⁈

— Ну как же… Мы же элементарно не знаем даже на сколько зарядов его хватает! Может, после еще одной подзарядки он вообще рассыплется! А что будет, если сделать амулет не из дерева, а из металла? И вообще, может, у него еще свойства есть, какие мы еще не обнаружили?

После моей тирады князь задумался и выглядел, как мальчишка, которому подарили на именины давно желаемую игрушку, а потом отобрали.

— Но что же тогда делать? Такую вещь обязательно нужно показать императору!

— Мы и покажем, — успокоила я его. — Только нужно провести серию испытаний, а уж потом предложить Его Величеству проверенный образец.

Отец помолчал немного, а потом усмехнулся и потер лоб:

— Н-да, эк меня разобрало… — покачал головой. — Это ведь действительно открытие! Можно сказать, новое слово в магии!

— А-то! — горделиво выпятила грудь. — Фирма веников не вяжет!

— Что?

— То ли еще будет, говорю. То ли еще будет…

Вот и настал этот день. День первого серьезного бала после летнего перерыва. Бала, который по установившейся традиции проводился в Кремле и который не так давно в кулуарах начали называть Балом дебютанток, ибо именно здесь молодые девушки имели возможность быть впервые представлены императорскому двору.

Существовало целое уложение, которое регламентировало, какими качествами и знаниями должна обладать девушка, которую родители решили вывозить в свет. Очень сомневаюсь, что хотя бы половина из прибывших обладала всем требуемым, однако никто ведь не экзаменовал прелестниц, иначе большинство из них так до конца дней и прозябали бы в девках, не имея возможности познакомиться с кем-нибудь из своего круга. Ибо именно балы и сопутствующие всему бальному сезону завтраки, ужины и тематические вечеринки давали возможность девушкам встретить свою судьбу и устроить будущую жизнь. Ведь представительницы высшего сословия не могли сами зарабатывать себе на жизнь, зависели от милости сначала папеньки, братьев или опекунов, а потом от мужа. И если последнего в жизни девушки не случалось, то была ей прямая дорога в приживалки и в вечно зависящие от милости более богатых родственников. Конечно, если семья достаточно богата, то у такой девушки был вполне приличный пансион, и ее участь была довольно неплоха, а порой и очень выгодна — смотря кто как к этому относился. Однако же и мужа ей найти тоже было несложно. А потому таких девушек — одиноких и с богатым приданым — были сущие единицы.

Все по тому же уложению наряд девушки для первого бала был тоже строго регламентирован установленными в обществе правилами хорошего тона и подразумевал туалет «простой, воздушный, грациозный и белого цвета. Венок или букетик цветов в волосах и у корсажа совершенно достаточны для туалета молодой девушки. Медальон или крестик на тоненькой цепочке или черной бархатке дополняет наряд».

И вот сразу пять таких воздушных и грациозных леди одномоментно выпорхнули из двух экипажей, а за ними шестая — не такая легкая, но однозначно более воздушная и, надеюсь, не менее грациозная. По крайней мере, подававший мне руку лакей, которому я ненароком наступила на ногу, лишь чудом не признался вслух, как поражен моей грацией и практически невесомостью. Видимо, помешали слишком сильно выпученные при нашем нечаянном знакомстве глаза. В любом случае я решила считать, что на этом легком конфузе мои сегодняшние неприятности закончились, потому как, если считать иначе, то лучше сразу поворачивать домой. А я такой возможности не имела.

Мы с девчонками были в Кремле совершенно в других залах, а потому искренне восхищались богатством и несомненной красотой этих. Была бы моя воля, я бы изучила удивительной красоты отделку стен и потолков. Но ходить с запрокинутой головой и таращиться во все глаза неуместно, что все же не помешало проникнуться волшебством момента, хотя мы все сильно нервничали.

Мне было сложнее всех. Я предвкушала начало танцев и надеялась, что все мои конфузы и неприятности закончились на бедном лакее, хотя в это верилось с трудом. Подруги были воодушевлены и словно светились изнутри от предвкушения и восторга.

Наконец, мы подошли к Тронному залу, около которого уже скопилось около десятка дебютанток. В этот момент в зале прозвучало имя, и какая-то девушка, из ожидавших своей очереди, двинулась вперед, а за ней направилась то ли мать, то ли представительница ее семьи. Нас всех будет представлять моя матушка — это принятый в обществе ритуал.

Я мысленно повторила все виды поклонов и реверансов и, наконец, в освободившемся просвете смогла разглядеть Тронный зал.

— Мама дорогая! Сколько же там народу!

Испугаться окончательно мне не дали подруги и маменька.

— Дусенька, не переживай так. Все будет хорошо!

— Ага, — подтвердила стоявшая по другую руку Наталья, — а мы поможем! — и задорно мне подмигнула. Хотя было видно, что она тоже мандражирует.

«Я не одна, — начала аутотренинг. — И уже успела побывать на том свете, сменить тело и даже прижиться в новом мире! Так что нечего сейчас строить из себя овцу! Они долго не живут, а придворные акулы, которые так и шныряют вокруг,