"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

— Споешь мне еще раз эту песню про менестреля, и мы в расчете. Идет?

— Идет… — все так же растерянно кивнула я и спохватилась: — То есть нет! Вы же им сейчас столько золота заплатили…

— Магистр Птичка, — прервал меня искатель, нахмурившись. — Я же из лучших побуждений. Давай не будем о золоте.

Я неуверенно улыбнулась, понимая, что сегодня стала должницей. Но как я смогу отплатить этому человеку? Не знаю. Жизнь покажет. Но обязательно сделаю для него что-нибудь хорошее.

— Спасибо, — снова искренне поблагодарила я.

Хорас похлопал меня по плечу и усмехнулся:

— Пошли уж. Там нас уже, наверное, заждались. Я удивлен, что никто не ломанулся следом.

Я тоже была удивлена, что за нами не последовали даже мои адепты. Честно говоря, я была уверена, что, несмотря ни на какие запреты, они пойдут за мной, но нет.

Все прояснилось сразу после того, как мы вернулись в кабак. Перед самой дверью спиной к нам стоял, широко расставив ноги, магистр эль Мейр и, сложив руки на груди, буравил застывших напротив него адептов нехорошим взглядом.

— Вернулись! — заорал первым увидевший меня Кайл.

— Да! — подхватили другие, и кабак содрогнулся от общего ликования.

— Празднуем! — снова закричал Кайл.

Леон и Рэй оттерли боевика в сторону, подхватили меня под руки и одним махом усадили другу на плечо. От неожиданности я не на шутку перепугалась и так вцепилась в волосы Кайла, что он зашипел, но тут же заорал:

— Пива магистру!

— Пива искателю!

— Всем пива!

А потом Рэй заорал уже снова появившимся на сцене музыкантам:

— «Искателя» давай!

Народ в кабаке одобрительно загудел:

— Хорас — наш герой!

— И магистр Птичка!

— Да!

Все это время я сидела на плече Кайла, смотрела на счастливые лица людей, радовалась вместе с ними своему освобождению и думала, что Приграничье оказалось совершенно не таким, каким рисовалось мне раньше.

В этот момент мой взгляд встретился с насмешливым взглядом боевика, и меня словно молнией с макушки до пят пробило. Улыбка застыла на губах, а в голове появилось осознание: если магистр эль Мейр все это время сдерживал адептов в кабаке, то кто на улице шептал мне о том, что все будет хорошо?

Но долго предаваться озарениям мне не дали. Музыканты заиграли веселую мелодию, мне всунули в руку кружку с пивом, и весь кабак сначала выпил за здоровье «отличного мужика и певчей птички», а потом начал горланить веселую кабацкую песенку:

Смелый искатель в Пустошь пошел,

Смелый искатель монстра нашел.

Он поначалу хоть и струхнул,

Но мечом своим все же махнул.

У того монстра голова с плеч,

А у искателя счастливый меч.

Хэй-хэй, не робей,

Лучше искателю пива налей!

Хэй-хэй, не робей,

Сегодня гуляем. Всем веселей!

Смелый искатель в Пустошь пошел,

Смелый искатель грокха[2] нашел.

Страшен монстр и его оскал,

Ну наш искатель слегка и упал.

Но он у нас тот еще удалец.

Кортиком в сердце — молодец!

Хэй-хэй, не робей,

Лучше искателю пива налей!

Хэй-хэй, не робей,

Сегодня гуляем. Всем веселей!

Смелый искатель в Пустошь пошел,

Смелый искатель нага нашел…[3]

Эта песня насчитывала столько куплетов, сколько готовы были петь певцы. И в каждом куплете искатель в Пустоши находил нового врага, которого всегда вроде бы как случайно побеждал. Песня была веселая, задорная, а припев пели вообще все. Даже те, кто эту песню до этого дня никогда не слышал. Ну и во время каждого припева все пили за удачливого искателя.

И вот после этой песни я почему-то помнила все какими-то фрагментами.

Вот мы все скачем и горланим «Хэй-хэй, не робей!», а вот я танцую уже под какую-то другую песню. Вот веселые лица моих адептов. Вот магистр эль Мейр уговаривает меня покинуть заведение в самый разгар веселья, и я категорически против. Вот почему-то недовольные зеленые глаза без определенного места жительства. В смысле их обладателя я не помню, а глаза помню. А вот я уже на улице — вышла подышать воздухом и совершенно неожиданно оказалась на плече боевика!

— Что вы себе позволяете?! Отпустите меня немедр… немедж… немедленно! — наконец выговорила я правильно. Но на мои слова не обратили внимания. Меня понесли за ворота кабака. — Адепты! Помогите! Кто же вас будет кулир… кумир… курировать?!

Но самое обидное, что меня никто не слышал! Гады! Магию небось применили. А я сейчас не могу магичить — потоки не идут в руки.

— Докурировалась уже. Хватит, — послышался мрачный голос где-то рядом.

— Это кто тут такой умный? — попыталась я оглядеться, но получила не болючий, но обидный шлепок по попе. — Ай! Отомщу!

— Кому?

— Ему. — И ткнула в несшего меня эль Мейра.

— Почему мне?

— А я больше никого здесь не вижу, — развела я руками. — Вы в сговоре с невидимкой, потому и будете отдуваться за двоих.

— Непробиваемая логика, — заключил боевик и усадил меня в экипаж, ожидавший на дороге неподалеку.

— А то! — Я не стала вырываться из кареты, чтобы побежать обратно в кабак. Что-то я и в самом деле устала, пора возвращаться в академию. — Дядюшка говорил, что мои действия всегда логичны. Прочитала заклинание, провела опыт, починила спальню, снова провела опыт, восстановила стол, а потом пошла закреплять знания в спецзал.

— А почему именно в таком порядке? — внезапно усмехнулась пустота около севшего напротив эль Мейра, и боевик угрожающе закашлялся.

— Неважно. Главное, что все логично.

— А можно проследить ход вашей логики?

— Вполне. Моя комната была самой защищенной в поместье — раз. Даже спецзал был попроще. Я тренировала восстановление предметов — два. Ну и спецзал находился в отдельном флигеле, а я частенько читала книги и пробовала новые заклинания по ночам.

— А что, сложно было дойти до спецзала? — выгнул бровь эль Мейр.

— На улице было темно. Я боялась выходить из дома.

— Ты же маг!

— И что? А у дяди были магически модифицированные сторожевые собачки, которых не видно даже магическим зрением. И ночью их можно было не заметить. А еще они не хотели со мной дружить. Вернее, дядя им не разрешал. Говорил, что ночью я должна спать, а не проверять флигель со спецзалом на прочность.

И так мне вдруг стало грустно от этих воспоминаний — хоть волком вой. Ведь далеко не факт, что я когда-нибудь еще окажусь в поместье, увижу родные стены. И собачки там, наверное, скучают. Они ведь не злые, просто работа у них такая. Я со временем нашла-таки к ним подход — копченая колбаса от старосты